Чужой ребёнок

Никогда бы не подумал, что фраза «чужие дети растут быстро», может приобрести прямой и даже зловещий смысл.

Наши соседи, с которыми мы хорошо общались, решили переехать. Двушка стала им мала. Оно и понятно, с тремя-то детьми. И вот уже через несколько недель мы обзавелись новыми соседями.

На первый взгляд они показались нам милой и любезной парой с крошечным ребенком, которого я мельком увидел в машине. Малышу на вид было месяца три-четыре, и я мысленно подготовился к бессонным ночам. Плавали, знаем. Свой недавно только в садик пошел, а некоторые ночи до сих пор бессонные. Но слышимость в нашем доме отменная, и уж детские вопли будем слышать не только мы, но и наверное весь подъезд.

Дав волю пессимистичным мыслям, я всё же настроился подружиться с соседями. Я не из тех единоличников, которые даже не здороваются. Я люблю, когда всё по-простому. Когда запросто можно прийти друг к другу в гости и дружить семьями. Такие отношения у нас были с предыдущими соседями. И я искренне надеялся, что и с четой Макаровых получится наладить контакт.

 

Но мои ожидания не оправдались. Маша и Олег были немного старше нас, и они держались отстраненно. Я их к себе в гости звал несколько раз, но они наотрез отказывались. К себе в квартиру не пускали, разговаривали на лестничной площадке. Конечно, я всё понимаю, не всем нужна компания, но не до такой же степени. Я как-то раз хотел им помощь свою предложить, с обустройством, ремонтом. Позвонил в дверь, а они даже не открыли. Хотя я отчетливо слышал шаги за дверью и видел, как кто-то посмотрел в глазок.

Ну, в конце концов, я тоже себя не на помойке нашел. Навязываться не буду. Не хотят – не надо. Так мы и стали жить. Но ненадолго. Через пару недель после их переезда я возвращался к себе домой, и в этот момент Олег выходил из их квартиры. Я невольно посмотрел туда, а там в дверях была его жена, а рядом с ней стоял ребенок. Сам стоял. И вообще выглядел как двухлетний или типа того. Может у них еще один? Или это кто-то приехал к ним в гости.

— Привет, Олег, — поздоровался я.

Он проследил за моим взглядом, и, кажется, понял, почему у меня такое недоумённое выражение лица.

— Привет. – Бросил он и быстро направился к лифту.

— Слушай. Я все хотел спросить, как вам наш район. Все изучили? Что-то я не видел вас на детской площадке. Она одна из лучших в районе. У вас мальчик? Сколько ему?

Олег открыл рот, а потом закрыл его, будто бы боясь что-то сказать. Но всё-таки он выдал.

— Да, спасибо. Район отличный. Мы довольны.

Лифт приехал, и Олег скрылся в нем, так и не ответив на основной мой вопрос.

Вечером я рассказал всё жене.

— Всё же странные они, ты не думаешь? И ребенок этот. И поведение. Они нелюдимые. – Возмущался я.

— Ой, да брось. Обычные люди, просто ты всегда всё идеализируешь, а тут столкнулся с реальностью. Большинство людей – одиночки. Человек человеку волк, знаешь ли. А про ребенка. Ну и что такого. Может ты тогда ошибся, когда в машине его увидел. Что издалека вообще можно было разглядеть?

— Я не ошибся. Еще несколько лет назад я бы согласился с тобой, но теперь, имея собственного ребенка. И почему они никогда не гуляют с ним? И он ни разу, НИ РАЗУ, не плакал ночью. Что это за ребенок вообще?

— Дети разные бывают. Успокойся и забудь. А не гуляют, может из-за болезни или еще по какой причине. Отстань от людей и живи спокойно, — посоветовала мне жена.

Где-то через месяц я снова столкнулся с Олегом в коридоре. Я не стал у него ничего спрашивать, только кивнул. Он ответил тем же. Олег быстро зашел к себе, при этом стараясь широко не открывать дверь. Я не смог заглянуть, но кое-что услышал.

— Папочка! Что ты купил? Где моя машинка?

Это был детский голос, но не двухлетки. Я бы сказал, что ребенок говорил лучше моего четырехлетнего.

Я уже не мог это просто забыть. Я был слишком любопытен. Стал наводить справки про семью Макаровых, благо есть у меня в городе много знакомых. Ну так я же люблю заводить друзей. И вот выяснилось, что переехали они весьма неожиданно. Буквально за пару дней. И на прошлом месте жительства они вели себя по-другому. Все десять лет, что Макаровы там прожили, они были общительными, приветливыми, к ним постоянно приходили друзья. Только вот детей у них своих не было. И еще полтора месяца назад, когда они неожиданно съехали, у них тоже не было детей. Машу никто не видел беременной.

 

Вот тогда я и задался вопросом, откуда ребенок? Единственное объяснение, которое бы всё расставило по местам – это то, что они воруют детей. Забирают себе малыша, живут с ним пару дней, а потом что-то с ним происходит, и они заводят нового. Это же… похищение. Нужно срочно обратится в полицию.

Но у меня не было доказательств. А зная нашу полицию, меня бы послали куда подальше. Да и смешно это со стороны выглядит. И тогда я решил, что мне нужны хотя бы фото доказательства.

Через пару недель у меня начинался отпуск. Вот я и придумал себе занятие. Моя жена только посмеялась над моей затеей, сказав, что я веду себя как ребенок. Ну и пусть.

Когда пришло время, я начал свою фото-охоту. Я разместил скрытую камеру на этаже, напротив квартиры Макаровых. Но через проем входной двери можно было увидеть не так много, тем более выходили они из дома весьма редко. Тогда я додумался до гениального – телескоп. Я сумел договориться с одной из квартир в соседнем доме. Сказал, что подозреваю жену в неверности. Хозяин квартиры – мужик, пошел мне навстречу. Даже пообещал помочь расправиться с предателями.

И вот в первый же день я увидел в квартире Макаровых ребенка. Это был мальчик, причем довольно большой, в смысле уже школьник начальных классов. Мальчик стоял возле окна и с грустью смотрел вниз, видимо, на детскую площадку, где гуляли другие дети. Не похоже было, чтобы его держали в плену или как-то издевались. Но уж больно он грустный был.

Я наблюдал за ним весь отпуск и заметил, что этот мальчик стал старше. Он вырос в прямом смысле этого слова. К концу отпуска я уже смотрел на подростка. Как такое возможно?

Еще какое-то время я терзался сомнениями, а потом решил спросить напрямую у Олега. Ну что он мне сделает?

Я долго звонил им в дверь. Они не открывали, но я был настойчив. В конце концов, когда Олег с недовольным видом появился на пороге, я ошарашил его.

— Я всё знаю…

Он смотрел с недоумением. – Что знаешь?

— Про вашего ребенка… Я видел его.

Олег молчал. В его глазах читался страх, стыд и отчаяние. Я увидел зачатки слез. Боже мой, а я не подозревал, какую боль он испытывает.

— Уходи, — прошептал он, опустив взгляд, чтобы я не видел его слёз.

— Нет, подожди. Я могу… я хочу помочь. Расскажи мне, что у вас произошло.

Олег медлил. – Ты всё равно не поверишь.

— А ты попробуй. Я человек простой, но в жизни многое повидал.

Олег посмотрел на меня, а потом кивнул. – Проходи.

Мы прошли на кухню. Его жена спустя пару секунд заглянула к нам.

— Олег, ты что? Зачем…

— Маш, он сказал, что всё знает. И потом, мы с тобой сами не справимся. Мы зашли в тупик.

Его жена развернулась и вышла, оставив нас вдвоём. Олег начал рассказ.

 

— Это началось всего несколько месяцев назад. Подумать только, мы тогда были почти абсолютно счастливы. Вот только детей у нас не было. Не получалось. И по врачам ходили, и ЭКО. Тогда Маша нашла одну бабку, к которой мы и поехали. Я ведь не особо в это верю, но чем черт не шутит. Бабка посмотрела на нас и сказала, что детей у нас не будет и быть не может, потому что мы не пара. Я тогда возмутился. Что значит – не пара?! А бабка ответила, что один из нас привороженный. А когда такое происходит, то семья не настоящая. И в такой семье часто бывают проблемы. Невозможно достичь полного счастья.

Ну про себя я точно знал, что никогда такой фигней не занимался. Я посмотрел на Машу, а она опустила взгляд.

— Маша? Ты что, приворожила меня?

Она нехотя кивнула.

— Зачем? Ведь я и так тебя люблю, глупая.

— Ты меня не замечал то того, как я не сделала это.

Я был в полной растерянности. Ну ведь похоже на бред. Но моя Машка в это верила. А еще Машка всегда была очень упертой. И когда мы вышли от бабки, она заявила, что добьётся своего. Так и вышло. Через несколько недель мы узнали, что у нас будет ребенок. Это было в понедельник. А во вторник Маша родила.

— Что? – Не понял я.

— Да. За одну ночь у нее вырос живот и она родила прямо дома. Я принимал роды. Это было ненормально. Маша заливалась слезами и просила только о том, чтобы я помог нам спрятаться. Мы переехали сюда. Но наш сын… Он растет очень быстро. Примерно год-полтора за неделю.

Маша сказала, что это плата за ее непослушание. Она нашла какого-то старика, который занимался нехорошими вещами. Боялись его люди. Так вот и пообещал он Машке, что она станет матерью, но ненадолго. Так и выходит. Ведь через пару лет нашему сыну будет сто лет, и вряд ли он доживет до этого.

Я смотрел на него и не верил ни единому слову. Но вскоре мне пришлось еще раз лично убедиться в сказанном. Они стали мне доверять, и я лично видел, как мальчик на глазах вытягивается, меняется его лицо. Он скоро станет моим сверстником.

— Знаешь Олег, — сказал я как-то вечером, — ты не должен держать его взаперти. Давай я буду с ним гулять, если тебе тяжело. В конце концов, мальчик не виноват, что у него такая судьба. И хоть ему отведено немного, но пусть это будут лучшие дни.

 

Я очень подружился с Ваней – так они назвали сына. Мы часто гуляли с ним. Иван схватывал всё очень быстро, я еще ни у кого не видел такого быстрого развития. И всё же время его не щадило. Через год это был уже солидный мужчина, а еще через полгода Вани не стало. Вот так и закончилась эта удивительная история. А еще Олег и Маша съехали. Я слышал, что Олег собирался развестись с женой. Больше я их никогда не видел, и ничего про них не знаю. Но иногда я прихожу на могилу к Ване, где с портрета на меня смотрит глубокий старик с глазами ребенка.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.84MB | MySQL:70 | 0,435sec