Матушкина заначка. Рассказ

Давно это было, в начале пятидесятых. Мало кто уже помнит эти годы. А ведь и тогда люди счастья хотели, да жизни не тяжёлой.

Жили в поселке Василий да Мария.

И хоть она не была женой священника, но на поселке её все называли Матушка. Работала она в детском садике, что от фабрики.

А муж на той же самой фабрике работал бригадиром строительно- ремонтной бригады. На потребу людям фабричным все, что надо, строили, да ремонтировали.

Оба они были жители деревенские, рукастые, хозяйственные. Мария в семье старшей была. Отец на Великой Отечественной без вести пропал. Мама ждала его, глаза все проплакала. Все ей чудилось, что муж в окошечко постучится. Последний кусочек мама деткам своим отдавала. Младшему — Коленьке, да дочкам — Марусе и Зине. Марии лишь шестнадцать стукнуло, когда померла мама. Сестре Зине четырнадцать, а брату Кольке восемь.

 

Вот тогда Василий к ней и посватался первый раз. Он на два года её старше был. Приглянулась ему Мария. Сам то он хлебнул горюшка с детства самого. Сирота он был, ни отца, ни матери не помнил. Тетка его растила. Своих у нее было семеро, да Васька племяш восьмой — довесочек.

И опухал он с голода, и в лесу замерзал, и от волков еле убежал как-то.

Но выжил. Видно, сильно к Маше своей стремился. Очень Василий хотел наконец-то семью свою создать.

Вот и посватался он к Марии. Она и согласилась, но с одним условием.

Семью то она тоже хотела. Мужик в доме нужен. Да и жалко ей было Василия. По женски жалко, по бабьи, сироту неприкаянного. Только ждал он Марию три года, пока Зинка, сестра ее, не подросла:

— Иначе не выйду за тебя, пока сестра ещё малая. Как она братца Кольку растить будет, коли я их брошу.

Василий, тем временем, прознал, что многие из их деревни в поселок поближе к Столице переезжать стали. Фабрика там ткацкая. Работникам строительный материал выдают, чтоб дома сами строили. Надо же как-то и жизнь устраивать.

Вот и поехал Василий на разведку. Сказали:

— Плотничать умеешь?

— А как же ж, — Василий отвечал.

— А столярничать?

— И это могу

И взяли его в бригаду, что домА для работников строила. А потом, на работу его посмотрели, да и бригадиром назначили.

Построили они три дома.

Каждый на четыре семьи. Тут Василий и заявил:

— Женится я надумал, хочу молодую сюда привезти. Дайте жильё в четвертинке. Это так четверть дома они называли.

— А что она умеет делать, где работать сможет?

— Все умеет. И шить, и вязать, и готовить. Даже уколы делать и лечить немного — курсы медсестер закончила. Но лучше всего с детьми ладит, — гордо заявил Василий.

— Ну, вези, бригадир, молодую свою, будет в новом детсаду от фабрики деток наших рОстить, — разрешили Василию, да и жилье дали.

 

Привез Марию Василий на новое место. Плакала она по Зинке, да по Кольке. Но ничего, Зине уже семнадцать, выдюжит. Зинка у них заводила, смелая, да и Колька подрос. Помощник уже.

— Ты, Маруся, не плачь, не страдай. Увидимся ещё, точно знаю. Я ж бедовая, наперед все вижу. Ну все, прощай пока. До свиданьица.

— Обещаю тебе Зина, как устроимся, заберём вас с Колькой.

Привез Василий Марию в поселок. Через два дня их расписали. А потом Мария на работу вышла.

Прикипела она к работе этой сразу. В детсаду она как в доме родном себя чувствовала. Деток маленьких и кормила, и утешала, и купала, и лечила, если надо. Работницы ведь на фабрике допоздна работали. А деткам и уход нужен, да и ласка.

Вот и стали ее на поселке Матушкой звать. За доброе сердце, да сострадание. А она все о своих мечтала, хоть и жили бедно.

Скоро у Марии и Василия свои детки народились. Первого сына Мария в честь деда, без вести пропавшего, назвала Петром. А второго Колей — видно, по брату очень тосковала. Не получалось Зину и Колю к себе забрать, сами ютились в четвертинке. А жилье только семейным давали. Да и не просто давали, мужики его сами строили.

Желала Мария ещё и дочку, да не дал господь.

— Вот женятся сыновья — будут у меня и дочки, — мечтала Мария. И от скромного достатка денежки потихоньку откладывала. Так хотелось ей покрасивее пожить, побогаче.

Сыновей, Петра и Николая в труде и любви Мария и Василий воспитали. Хорошие парни выросли. Ладные, крепкие, образованные. Оба друг за другом закончили техникум железнодорожный. На железку помощниками машиниста их взяли.

Мария и Василий семьёй и сыновьями гордились. Ждали, что жен хороших в дом приведут. Им на то время уже полдома дали. Места много — живи не хочу! Не то, что раньше.

Только надо же как получилось!

Сперва младший, Коля, привел невесту Галину. Матушка обрадовалась, вроде девушка хорошая, скромная. А потом оказалось — с ребенком она. Сынок у нее маленький. Ну ладно. Приняли их в дом. Года не прошло — старший, Петр, жениться надумал. Привел свою невесту Любу с родителями знакомиться. Хорошая девушка, добрая, улыбается. Стали о свадьбе разговаривать. Оказалось, в общежитии живёт, да не одна, а с дочкой маленькой. «Видно и правда, судьба моя такая. Деток всю жизнь подращивать. И своих, и чужих. Не видать мне жизни богатой», — потужила немного Матушка, да и достала свою заначку, годами на жизнь сытую накопленную.

— Вот вам, сыночки, вот вам, снохи дорогие, от нас с папой подарок, чтобы жизнь полегче начинать было. Знаем, нелегко это.

Расцеловали ее сыновья и снохи:

— спасибо, Матушка.

 

Так и пошло — сыновья на железке работают, а снохи на фабрике. Одна бухгалтером, вторая ткачихой. Потом в семье младшего сына, Коли, и родной сынок народился. А у старшего Петра — дочка, вторая получается.

Тут им на расширение фабрика весь дом и предоставила. Из двух четвертинок съехали люди.

И стала семья их в большом доме жить.

Приехали к ним сестра Зина из деревни с мужем. Да брат Коля с женой:

— Ну и богатеи вы стали, Маруся, да Вася. Ну и ну! И дом огромный, и огород, и баня, и сарай. По двору куры, гуси, да индоутки гуляют. В саду и сливы, и вишни, и яблони. И смородины разные.

А за стол сели — батюшки! Мария с Василием, сыновья Петр и Николай, снохи Люба и Галина, внуков четверо, две девочки, да два мальца. Богатство то какое!

Сбылась мечта Марии и Василия, без родителей оставшихся, о большой и дружной семье. Всем есть в ней место, нет чужих, все родные.

Пусть денег не скопили, зато семью сколотили.

Вот оно, главное богатство. Чего же ещё желать!

А счастье ни за какие заначки не купить. Не хвались серебром, а хвались любовью и добром!

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.83MB | MySQL:72 | 0,420sec