Временный лучший друг

– Вот, доктор, надо усыпить, – мужчина потянул за поводок и в кабинете появился вполне ухоженный и здоровый бигль.

– А что с ним не так? Проблемы со здоровьем? – поинтересовался ветеринар, спустив очки на кончик носа.

– Со здоровьем всё в полном порядке, просто он гиперактивный. А у нас маленький ребёнок, скоро второй родится. Тут, знаете ли не до собаки, – Джерри – с большим интересом обнюхивал всё, что встречал в кабинете.

 

Он своей светлой собачьей головой совершенно не понимал, зачем хозяин с утра посадил его в машину, надел этот злосчастный намордник, который жутко давил на нос, и куда-то повёз.

Джерри лишь дважды ездил на машине: первый – когда Максим и Маша забрали его из дома, где он родился. Тогда он всю дорогу скулил, ведь мамы и братьев в машине не оказалось. Он их звал и надеялся, что скоро к ним вернётся. Но этого не произошло.

Джерри привезли в совершенно незнакомое место, где пахло только людьми. Сначала он выл, а потом перестал. Ведь Маша и Максим давали ему лакомства, бросали косточку и позволяли спать на кровати.

А какие весёлые прогулки устраивали Максим и Маша для Джерри – он каждый раз приходил домой и без ног растягивался на лежанке, погружаясь в сладкий сон, где ему непременно снилась полная миска корма.

Потом в доме появился маленький человек. Джерри нравилось подолгу гулять с Машей и коляской. Но прогулки перестали быть весёлыми. Маша не разрешала далеко отходить от коляски, редко спускала Джерри с поводка и больно дёргала за ухо, когда Джерри набирал в грудь побольше воздуха, чтобы разразиться звонким лаем, возвещая о своём выходе на улицу.

Нельзя было лаять, бегать, прыгать на кровати и жевать пахнущие молоком игрушки маленького человека. Не жизнь, а сплошная скука. В два года Джерри должен был вести себя как полноценный взрослый пёс. Только как это вообще возможно?

Однажды во время прогулки, Джерри поддался своему природному инстинкту, и что было сил рванул за кошкой, которая очень вальяжно тёрлась о колесо машины. Вслед за Джерри с места рванула коляска, к которой он был привязан. За коляской ускорилась и Маша.

Кошку он не поймал, так ещё и получил от Маши за плохое поведение. А потом и от Максима за то, что чуть не угробил коляску и спящего в ней младенца.

Потом его оттаскали за уши за то, что прикусил за ногу маленького человека. Но как же было не прикусить, если он больно тянул Джерри за хвост?

Максим всё чаще ругался, на прогулки Маша пса больше не брала. А за погром, который Джерри устраивал в квартире, пока Маша катала по двору коляску, ему влетало регулярно.

Последней каплей стал паспорт Максима, который по трагической случайности оказался очень привлекательным для собачьей пасти. И момент выдался самый что ни на есть неподходящий – Максим собирался в командировку. Командировку пришлось отменить, вместо неё хозяин второй раз в жизни посадил Джерри в машину и молча куда-то повёз.

– Вы понимаете, что нельзя просто так усыплять здоровое животное? – ветеринар пытался заглянуть в глаза Максиму и найти в них хотя бы каплю сочувствия, пытался рассмотреть хотя бы тень сомнения.

– Не на улицу же его выгонять. Мы давали объявление, никому не нужен это пёс. А нам от него одни проблемы. Мы всё обдумали, так будет лучше. Для всех, – Максим был непреклонен. Слишком он устал от постоянных жалоб жены на собаку, да и обида за съеденный паспорт и провалившуюся командировку давала о себе знать.

– Ну что ж, я вам хочу сказать, что усыпление законно только, если животное находится при смерти или неизлечимо больно, – начал было доктор.

– Что вы мне предлагаете? – в голосе Максима зазвучала сталь.

– Ничего, просто оплатите в кассу вот эту сумму, – ветеринар протянул Максиму квадратную бумажку, на которой карандашом была написана некая цифра.

 

Ветеринар поднял трубку телефона:

– Кирилл, зайдите ко мне. Вы намордник и поводок забирать будете? – спросил он, подняв глаза на Максима.

– Нет.

– Кирилл, намордник и поводок брать не надо, – сказал ветеринар и положил трубку.

В кабинет вошёл высокий темноволосый парень крепкого телосложения и без лишних слов взял из рук Максима поводок, на обратном конце которого ничего не подозревающий Джерри нюхал ножку медицинского шкафа.

– Всё, вы можете быть свободны, – обратился врач к Максиму. – Кирилл, собаку в вольер. Им позже займусь, – Кирилл молча кивнул.

Максим, бросив короткое “До свидания” вышел из кабинета, прошёл по коридору клиники и вышел на улицу.

Всю дорогу домой он рефлекторно смотрел в зеркало заднего вида, пытаясь убедиться, что Джерри ничего не грызёт.

Но Джерри на заднем сиденье не было.

Маша встретила мужа немым вопросом, Максим лишь молча кивнул. В доме стало тихо и спокойно. До тошноты спокойно и тихо.

Никто не тащил на диван кости , когда Максим и Маша смотрели телевизор. Не отбирал у ребёнка игрушки и не претендовал на содержимое хозяйских тарелок, прыгая вокруг стола во время ужина.

Никто не разбудил весь дом своим лаем в воскресное утро. И не было ни одной причины, в такой дождь выходить на улицу.

Максим с Машей не общались на эту тему, но оба понимали, что чувствуют одно и то же – пустоту. В обед Максим не выдержал и, рывком встав из-за стола, вышел из квартиры и приехал в лечебницу.

– Доктор, где Джерри? – спросил он, без стука открыв дверь в кабинет ветеринара.

– Джерри? – непонимающе спросил врач, приспустив очки. Он прекрасно понимал, о ком идёт речь, об этом свидетельствовала лёгкая улыбка, едва коснувшаяся его губ.

– Бигль. Я вчера его привёз на усыпление, – Максим нервно развёл руками, не понимая, как врач мог забыть то, что произошло меньше суток назад.

– Ах, бигль. На усыпление? Так всё в порядке. Вы всё оплатили, мы всё сделали, – ответил ветеринар.

Максим поверить не мог, что ничего нельзя исправить. Он молча вышел из клиники и сел в машину, где в полной тишине просидел ещё четверть часа.

Мимо машину проходили люди, ведущие на поводке собак или несущие в руках переноски, в которых сидели кошки. Его сердце замерло, когда он увидел бигля, весело прыгающего перед хозяином.

 

“Джерри! – мелькнуло в его голове, – Какой Джерри? Ему я вчера собственноручно приговор подписал”, – помотав головой, словно вытряхивая оттуда ненужные мысли, Максим завёл машину и отъехал от клиники.

– Джерри, смотри, это Аня – твоя новая хозяйка, – Кирилл, обняв собаку за шею, повернул его морду в сторону девочки, бегущей к ним навстречу.

– Кирилл, откуда такой красавец? – Ольга удивлённо посмотрела на собаку и поцеловала мужа. Кирилл лишь подмигнул ей и, присев на одно колено, протянул дочке поводок.

– Аня, Джерри – твой друг. А друзей не предают и в беде не бросают, договорились?

– Да! – схватив поводок десятилетняя Аня рванула с места и они с Джерри наперегонки побежали вперёд.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.85MB | MySQL:70 | 0,367sec