– Как же ты меня бесишь! – я выскочила из спальни чуть ли не со слезами на глазах. Реально, все эти заскоки Бори встали мне как кость в горле. Что ему неймется? Что постоянно не нравится? Только и знает, что дрессировать меня, как комнатную собачку, а мне уже осточертело оглядываться на его настроение…
![](http://ladylike.su/wp-content/uploads/2024/07/Screenshot_4-2.png)
Если бы я знала, что у меня в браке будут подобные проблемы, сто раз бы подумала -связываться с Борей или нет. Он у меня вроде бы хороший – не пьет, не курит, налево не ходит, денежки приносит, по дому помогает. Но все равно, я рядом с ним задыхаюсь. Мама ведь столько раз говорила, чтобы я не повторяла ее ошибок. А я, как по заказу, сделала именно то, от чего она меня оберегала. Вышла замуж за мужчину на 11 лет старше меня. Мне сейчас двадцать девять, а ему, соответственно, уже сороковник.
Иногда гляжу на Борю и думаю, что у него кризис среднего возраста прямо налицо. Туда не ходи, с теми не общайся, никакой косметики и маникюра, платья должны быть ниже колен и тому подобная чушь. Он страшно злится, когда видит, что я собираюсь на работу при полном параде. То есть освежающий легкий макияж, красивое платье или блузка с облегающей юбкой-карандаш. Без каблуков я себе не представляю жизни. В смысле, могу и на плоском ходу, но чувствую себя намного увереннее, если на мне хотя бы семисантиметровые каблучки. Чтобы со стуком вышагивать по каменному полу, даже настроение поднимается от звука собственных шагов.
Мне даже клиенты делают комплименты, говоря, что у меня руки в идеальном состоянии и на них просто приятно посмотреть. Они правы, я за руками и сама люблю поухаживать. Уборку по дому всегда делаю только в защитных перчатках, чтобы не от домашней химии не потрескалась кожа и не повредились ногти -это предмет моей гордости.
Помню, когда я была маленькой, мама мне часто говорила, что у меня руки, как у пианистки. С такими же длинными и тонкими изящными пальцами, а ногти такой формы, что подойдет любой маникюр и украшение. Руки руками, но медведь на уши мне не то, что наступил, а от души потоптался. Нет у меня музыкального слуха, и все тут. Уже не до музыки, которую папа, кстати говоря, терпеть не может. Порой я поражаюсь, что мама в нем нашла? Он же с таким невыносимым характером, что находиться рядом с ним надолго ни у кого не хватает нервов, кроме мамы. Как они, настолько разные, умудряются жить вместе? Для меня это непостижимая загадка…
Маме было тридцать лет, когда она приняла предложение папы и вышла за него. А ему, на минуточку, на момент женитьбы стукнуло целых сорок семь лет, то есть без трех полтинник. Как она не побоялась выходить за дядьку, у которого приличный жизненный багаж, расшатанные нервы и куча вредных привычек?
Когда я задавала маме этот вопрос, она лишь вздыхала:
– В девках засиделась, вот и пошла. Куда мне было деваться, если все вокруг только и твердили, что на старости лет буду с кошками из одной миски есть? Вот и решила, что, пока не ушло мое время, принять его предложение…
Я знала по рассказам бабушки, что отец недолго ухаживал за мамой. Пришел пару раз с букетом цветов и коробкой конфет, что-то поднес ее родителям и даже свататься пришел один. Мол, родных не осталось никого, а семью хочется иметь. В принципе, маму и не спрашивали. Главное, ею кто-то заинтересовался, значит, пора сплавлять. Вот и сплавили. Родилась я через год после свадьбы, но, честно говоря, не могу вспомнить ни одного раза, чтобы от папы услышала ласковое слово. Он всегда был надутым и сердитым, косился на меня так, словно готов был придушить, да только страх перед уголовным наказанием останавливал.
Мама делала вид, что ничего особенного не происходит. Характерец у муженька был еще тот, чуть что -ор на всю квартиру и напоминание, что он нас кормит и одевает. Можно подумать, меня специально родили для того, чтобы моему ненормальному папаше было на ком-то еще срывать свою злость, кроме мамы. Ее он, кстати, не трогал. Зато на мне стал отрываться от души после того, как мне минуло двенадцать лет.
Помню, один раз пришла из школы, а мамы дома нет. В кресле сидит папаня, как обычно, надутым индюком. Услышав, что вошла я, а не мама, взбеленился.
– Ты где ходишь, зараза такая? Уроки во сколько закончились? -прошипел он, даже не повернувшись ко мне.
– Пап, у меня сегодня была репетиция к школьному празднику, можешь у нашей классной спросить, -обиделась я. У него лицо перекосилось, когда он увидел мои руки. Дело в том, что подруга накрасила мне ногти на одной руке розовым, а на другой – бледно-фиолетовым лаком.
– Это еще что за пошлятина?! -папа заревел, как бык, и вскочил с кресла. Схватил меня за руку и потащил на кухню:
– Где этот чертов топорик? Руки откромсать надо, чтобы не ходила, как уличная девка!
Я плакала и просила не трогать меня.
– Пап, не надо, пожалуйста! Я сейчас же все сотру, не надо!
Видимо, ему понравилось, что я так испугалась. Отпустил меня и сквозь зубы бросил:
– Чтобы через две минуты ногти были нормальные. Моя дочь не будет выглядеть, как какая-то дешевка.
Я чуть с ума не сошла от страха, пока стирала лак на ногтях. Когда пришла мама, он обвинил ее в том, что из меня растет прости т утка.
– Если уж сейчас начала красить ногти, через годик у нее будет боевой раскрас, как у индейцев, а к концу школы она вместо аттестата принесет в подоле.
Как бы мама ни пыталась его переубедить, все было напрасно. Папа у меня реально был упертый, как бык. Про таких говорят — вот бы эту энергию да в мирных целях использовать. Но мой отец использовал ее исключительно для разрушения.
За первую в моей жизни дискотеку, на которую я пошла в короткой юбке и слегка подкрасила губы, папаша отходил меня ремнем так, что я неделю сидеть и лежать не могла. Синяки были на все тело, было больно двигаться. А он и в ус не дул, потому что считал себя безусловно правым в любой ситуации.
Неудивительно, что на похоронах отца (мне было тогда двадцать лет) я почти не проронила ни слезинки. Мама сидела с печальным лицом, принимала соболезнования. Я в глубине души радовалась, что отныне нашим мучениям пришел конец. Если кто-то хочет бросить камень в мой огород, скажу одно -попробуйте проживите с тираном двадцать лет своей жизни. Проживите, каждый день рискуя получить ни за что, и тогда посмотрим, что вы будете чувствовать, когда его в один прекрасный день не станет.
Мне было стыдно говорить, что мой отец нас с мамой ни во что не ставит. Он всегда вел себя так, словно сделал всему миру одолжение, согласившись взять в жену одну и родить другую. Папа искренне считал, что особи женского пола существуют только для того, чтобы ему было удобно жить.
Детские травмы еще долго давали о себе знать. Я почти всегда избегала общения с парнями, видя в них образ моего папаши. Если я видела, что кто-то из тех, кто пытался ухаживать за мной, грубил кому-нибудь из девушек, такой человек переставал для меня существовать. Но как меня угораздило влюбиться в Борю? Иногда думаю, что на меня морок навели, чтобы я вообще перестала соображать и потеряла голову от чувств к нему…
Мы познакомились с моим будущим мужем, когда я после университета уже год как работала в страховой компании. Он тогда приходил к нам узнать насчет страхования имущества, и консультацию провела я. Мне Боря показался очень вежливым и приятным человеком, хорошо умеющим излагать свои мысли. А еще, когда он бывал в ударе, шутки из него так и сыпались, мне понравилось его чувство юмора.
Когда он начал ухаживать за мной, мама первым делом спросила про его возраст.
– Зачем? -чуть не заплакала она. — Тебе мало моих ошибок? Не повторяй их, доченька. Этот человек не подходит тебе, он намного старше. Ровесников не нашлось, что ли? Или он единственный мужчина на земле, за которого можно выйти замуж?
Я твердила, что люблю его и никого другого рядом с собой не представляю. Мама лишь покачала головой.
– Как бы тебе с ним не наплакаться. Слишком уж большая разница в возрасте. Что будешь делать, если начнет гонять, как твой отец? Выдержишь? Или уйдешь?
Мне бы в самом страшном сне не могло присниться, что Боря так изменится после свадьбы. До бракосочетания он был сама нежность, галантность и обходительность. Называл меня своей малышкой, все время обнимал и говорил, как ему повезло встретить меня. За какие-то полгода общения я стала совсем ручной и потеряла бдительность…Иногда задаю себе вопрос -может, замуж так хотела, что перестала соображать? Но я его люблю, действительно люблю, не хочу расставаться. Даже несмотря на то, что он порядком испортил мне самооценку и нервы…
Началось все с того дня, когда нас общие знакомые пригласили в кафе на какое-то мероприятие. По такому случаю я надела красивое платье, накрасилась и примеряла на себя новые туфли на шпильках. В салоне сделала укладку и считала, что выгляжу очень даже ничего, моложе своего возраста. Хотя и так нельзя сказать, что я старуха, мне всего-то двадцать пять.
Когда Боря увидел меня, то резко замолчал. Я думала, у него от восхищения такая реакция, но вместо это муж тихо, но отчетливо прошипел:
– Сейчас же снимай с себя этот наряд работницы торговли собой и оденься, как приличная замужняя женщина. Ты в зеркале видела, на кого ты похожа? Это сигнал всем мужикам – смотрите, какая я доступная, налетайте, подешевело? И умойся, не позорься с такими губами. Как будто крови напилась.
От неожиданности я чуть не села. Мне было обидно до слез, и я не смогла сдержаться. Все праздничное настроение как рукой сняло, на душе стало омерзительно тоскливо. Боря даже пальцем не пошевелил, чтобы успокоить меня. Дождался, когда я выплачусь, и спокойно скомандовал:
– Смывай с себя краску и выходим. Нам пора ехать.
От шока я молча встала и пошла в ванную. Глаза были красные и опухшие от слез. Боря молча протянул мне кубик льда и показал жестами, чтобы я протерла им вокруг глаз. Помогло – теперь хоть не так заметно, что несколько минут назад у меня на лице была маска из слез и соплей.
Всю дорогу он нежно держал меня за руку и тихим голосом говорил, что полюбил меня не за умение красиво одеваться или модный макияж, а за мой характер и человечность. Сказал, что любой макияж смоешь и не найдешь под ним душу.
– Я ценю в тебе то, что отличает тебя от других. А со всем этим раскрасом и прочим бредом ты становишься похожей на всех уличных девиц.
Меня словно током ударило. То же самое когда-то и мой отец говорил маме, если она осмеливалась на разные праздники хоть чуть-чуть тронуть губы практически бесцветной помадой. Но про лак на ногтях или накрашенные брови и ресницы разговора между ними не было. Потому что мама панически боялась вызвать малейшее неудовольствие со стороны папы. До сих пор стоит перед глазами его перекошенное от ярости лицо и сжатые кулаки. Маму он не бил, но орал так, что она потом неделю в себя приходила.
И как меня угораздило? Я чуть не начала снова реветь, а Боря нежно обнимал меня за плечи и что-то шептал мне в ухо.
Когда мы пришли в кафе, нас встретили виновники торжества. Это была супружеская пара лет под сорок, оба еще молодые и подтянутые. Женщина смотрела на меня испытующим взглядом, словно хотела прочитать меня, как книгу. Когда начали говорить тосты, кто-то из гостей сказал:
– Прежде чем мы приступим к пожеланиям в адрес хозяев застолья, позвольте узнать, с кем это сегодня пришел наш уважаемый Борис Алексеевич. Я всегда знал, что он умеет выбирать, но такой красоты все равно не ожидал встретить.
Боря бросил на меня холодный взгляд и поднялся с места:
– Неописуемая красавица рядом со мной — моя жена, Олеся Анатольевна. Прошу любить и жаловать.
По тому, как он сжал губы, мне стало понятно, что дома будет новая серия семейного сериала. Я сидела тихо, как мышь, чтобы не привлекать к себе внимания. Однако это было почти невозможно. Я была самая молодая и никто меня не знал. Всех этих людей я даже на нашей свадьбе не видела.
Действительно, когда мы вернулись, Боря набросился на меня с порога с криками:
– Какого рожна ты поперлась туда в таком виде? Заметила, что все мужчины слюнями давились, когда смотрели на тебя? У тебя же на лбу было написано — берите, кто хочет! Тебе не стыдно за свое поведение?
Шампанское сделало свое дело. Мне стало в какой-то момент плевать на все, и я выкрикнула:
– Достал со своими запретами! Я не старуха, мне есть, что показать. Но для этого и раздеваться незачем. Что я тебе плохого сделала? Если бы плохо оделась, сказал бы, что выгляжу позорно. У тебя все не то и не так. Зачем мне вообще надо было тебе верить?
Я ушла в другую комнату и устроилась спать на диване. Боря полночи просидел на пороге комнаты, сверля меня злым взглядом. Утром он сделал вид, что вечером ничего не было, и вел себя, как обычно. Чмокнул меня в затылок, прижал к себе и попросил сварить ему кофе.
Я решила последовать правилам его игры и тоже притворилась, что все в порядке. Но зато на работе целый день промучилась от осознания того, что об меня вытерли ноги, как будто так и должно быть. Мол, ничего страшного, заживет, как на собаке. Но я не хотела быть собакой и вечером запланировала поговорить с мужем по душам. Если он меня любит, почему так себя ведет? Я не рассказывала Боре, какое у меня было детство с отцом. Надеялась, что избегу повторения подобного сценария в собственной жизни.
Боря отмахнулся от меня и назвал истеричкой за то, что полезла вспоминать прошлый день. На фига это надо, когда других проблем хватает? Я молча проглотила обиду и сделала для себя вывод, что мне нужно все-таки соблюдать и защищать личные границы. Муженек их попросту не замечает, потому что уверен, что я без него никуда не пойду и ни на что не гожусь. Спрашивается, как я тогда жила столько лет до встречи с ним?
Ситуация повторилась, когда у меня на работе устроили корпоратив в честь Нового года. Я предупредила мужа, что домой заезжать не стану, а то попаду в пробку и вряд ли успею у началу. Он согласился, что опаздывать нехорошо, и я со спокойной совестью поехала в офис.
Помня про опыт с кафе, где были его знакомые, я купила платье и спрятала его в своем кабинете, в личном шкафчике. Ничего криминального в наряде не было, но Боря бы нашел его слишком легкомысленным. Просто на шее был квадратный вырез, который открывал мои ключицы, а по бокам шли два коротких разреза. Длина платья была чуть ниже колен. В общем, довольно скромное. И как же без туфель к нему? Я купила по такому случаю красивые туфельки из натуральной кожи, украшенные небольшой пряжкой в виде банта. И высота каблука тоже была довольно скромной – всего 5 см.
На корпоративе я от души повеселилась, танцуя с сотрудниками. Мне было просто здорово – никаких тебе тяжелых взглядов, полных осуждения. В конкурсах я тоже принимала участие, причем они были безобидные, без всякого намека на пошлость. Шеф за этим сам строго следил, требовал, чтобы мы умели веселиться в рамках приличий.
Вернулась я домой трезвая, как стеклышко, но…совершенно забыла, как была одета. При виде моего платья Боря долго сопел, но ничего не сказал. Зато утром я обнаружила, что оно изорвано от ворота до подола, по швам. У меня первые несколько минут даже слов не было, чтобы сказать мужу, что его поведение -полный зашквар.
Он снова сделал вид, что ничего не было, зато я подняла крик:
–Зачем ты это сделал? Ты хоть понимаешь, сколько оно стоило? Что за варварство -если тебе не нравится, просто взять и порвать к чертовой матери?
И тут услышала:
–Скажи спасибо, что вместо тебя я платье порвал. Чтобы больше я тебя в таком не видел, усекла? Кто тебе сказал, что у меня резиновое терпение?
– То есть ради того, чтобы подкормить свое ущемленное мужское самолюбие, ты готов порвать меня? Женщину, которой ты клялся в любви? -ехидно спросила я.
–Я женился на достойной молодой девушке, а получил не пойми что с дурным вкусом и замашками уличной девки, -хлестко ответил супруг.
Я растерялась настолько, что не нашлась, что ответить. Вот как он обо мне думает? Зачем я только терплю такое отношение к себе? Как будто отца было мало…
Я ушла собирать вещи, а Боря лениво следил за мной.
– Куда намылилась? -спокойно спросил он.
– Я не собираюсь так жить, -ответила я сквозь слезы. – Делай, что хочешь, но без меня.
Я уехала в гостиницу — не хотела тревожить маму почем зря. Было странное ощущение облегчения, с одной стороны, а с другой -появился чуть ли не панический страх. Чего именно я боялась, понятия не имею.
Боря заявился за мной через пару дней. Видимо, стало скучно одному. Клялся, что больше не допустит такого, но в то же время подводил меня к мысли, что я сама виновата. Мол, нечего было его провоцировать.
Я думала, что рождение ребенка сделает моего мужа мягче, но Боря устроил мне жуткий скандал. Заявил, что не в том возрасте, чтобы терпеть ночные истерики ребенка, бесконечные горшки и следы отрыжки по всей квартире.
– Что ты так рвешься рожать? — вопил он. – Знаешь, в кого превращаются женщины после родов? Была красивая милая стройняшка, а превращается в трехтонного бегемота с уродливой гулькой на голове вместо прически. Я не говорю про свисающий с боков жир, из-за которого туша выглядит, как огромный тюлень. И огромную грудь — вместо бидонов с молоком. Ты такой участи для нас хочешь? Запомни, милая. Я против детей, потому что люблю тебя такой, какая ты сейчас. Если ты растолстеешь и будешь похожа на корову, вряд ли я смогу принять такие изменения. Так что подумай.
Сколько раз мы с ним скандалили, словами не передать. Я, наивная, почему-то думала, что рождение детей в любом браке приведет к объединению супругов. Что им будет о чем поговорить, кроме тем, связанных с домом и работой. Но с Борей такой номер не прокатит. Я даже рискнула его спросить, почему он так против стать отцом, в ответ услышала, что это не моего бабского ума дело.
Мама, узнав, что у нас происходит, грустно вздохнула:
– Советы даются только для того, чтобы никто к ним не прислушивался, да? Уходи от него, пока не поздно. Пока он не выпил тебя досуха. Твой Боря такой же самодур и эгоист, каким был и папа. Ты прожила с ним четыре года, что ты получила от совместной жизни с ним? Только нервы и здоровье зря потратила…
Я понимаю, что она права, но не могу заставить себя уйти от мужа. Держит и чувство долга, и то, что я называю любовью. Или это не любовь? Я уже измучилась от такой жизни, но не знаю, как выйти из замкнутого круга…
Сушкины истории