Лучший подарок для матери

Маша закрыла книгу. «Не сегодня! – подумала, – На прошлом уроке биологии меня вызывали, так что на следующем точно не вызовут!» Девочка со спокойной душой отложила учебник и взяла телефон.

— Маш, ты уже уроки сделала? Что-то быстро! – заглянула к ней мама, – Иди ужинать!

 

— А ты почему не ешь? Запеканка, как всегда, чудесная получилась! – Маша смотрела на мать. Та пила чай с мятой и выглядела как-то не так, как всегда: бледная, с лихорадочным блеском в глазах, – Ты себя плохо чувствуешь, мам? Температуру мерила? – девочка внимательно смотрела на мать.

— Не знаю, Маш, вроде бы, нормально. А температура 37: ни туда, ни сюда… Морозит что-то, наверное, заболеваю, – тихо проговорила женщина.

— Ты бы прилегла, – дочь обняла мать, – не нужно было с ужином заморачиваться – перекусили бы что-нибудь!

— Как же я свою девочку голодной оставлю?! – улыбнулась Тамара Антоновна.

— Мам, девочке 17 уже! Она вполне взрослая и ужин может приготовить! Правда, лениться, – покаялась Маша. Какая-то непонятная тревога закралась в её душу, – Правда, всё нормально? – спросила она у матери.

— Не волнуйся, всё хорошо! Я отдохну немножко и завтра буду как новенькая! – улыбнулась та…

Маша жила с мамой вдвоём. Отца девочка не знала – родители разошлись ещё до её рождения. Мужчине было тесно в их небольшом провинциальном городке – он уехал покорять столицу. Там встретил новую любовь, женился, обжился. О нём напоминали только алименты, которые он переводил ежемесячно. Маша по отцу не скучала: как можно скучать по тому, кого не знаешь! В последний раз они виделись, когда Маше было 5 лет. Она прекрасно жила с мамой вдвоём. Женщине досталась в наследство от бабушки двухкомнатная квартира в хрущёвке, она работала и неплохо для их городка зарабатывала. Мать с дочерью ездили каждое лето на море, была у них и дача около речки. Маша только-только перешла в 11 класс и сейчас пыталась определиться с вузом для поступления. Это для девушки была больная тема: она не знала, кем хочет быть.

— Кать, ты точно будешь поступать в педагогический?! – спрашивала она у лучшей подруги.

— Конечно, я ещё класса с 8-го это знала! – кивала та.

— Как ты поняла, что хочешь стать учителем?! – допытывалась Маша.

— Просто! У меня ведь 2 младших брата, родители работают – приходится заниматься мальчишками мне. Плюс – волонтёрство. Сколько мероприятий мы курировали в младших классах! А в прошлом году были вожатыми в отряде первоклассников в пришкольном лагере – ты же была со мной! Давай поступать в педагогический вместе! У тебя неплохо получается работать с детьми – они тебя любят!

 

— Я не знаю, Кать, не уверена, что хочу посвятить свою жизнь чужим детям! – пожала плечами девушка.

— А чему ты хочешь посвятить свою жизнь?! Анька собирается на стюардессу учиться – иди с ней! Романтика: небо, самолёт…

— Ты что! – поёжилась Маша, – Я высоты боюсь!

— Иди на экономический – будешь, как твоя мама, бухгалтером или деловодом! – предлагала Катя, – Да много профессий есть, надо, чтобы душа лежала к чему-то, ведь это выбор на всю жизнь!

— Вот и я об этом. Выбор на всю жизнь. А я понятия не имею, кем хочу быть! – вздыхала Маша.

— Знаешь, подруга, пора определяться: ЕГЭ не за горами, готовиться надо!

— Я готовлюсь. Русский и математику всё равно сдавать – хожу к репетиторам. Историю сама учу – интересно…

— Слушай, у тебя же химия хорошо идёт! Может, тебе в мед пойти?! – воскликнула Катя.

— Не знаю, – протянула Маша, может, и в мед, а может и нет. Не знаю…

Проблема была в том, что у Маши, действительно, всё получалось «неплохо». Она была хорошисткой, старательной и усидчивой ученицей. Единственное, слегка ленивой. Однако любимых предметов у неё не было: всё было «неплохо». Разве что химия – её бабушка, мамина мама, была учителем химии. Наверное, класса с 3-го она занималась с Машей этим предметом. Говорила, что интереснее науки в мире нет. Внучка прониклась бабушкиным увлечением, она тоже влюбилась в химию. Бабули не было уже 2 года, а химию Маша до сих пор знала лучше всех в классе. Ей достаточно было взглянуть на реакцию или задачу, и она уже знала ответ. Правда, часто решала их она немного устаревшими способами, но из-за этого Маргарита Трофимовна, их учитель, оценки ей не снижала…

Тамара Антоновна дочь любила и баловала. Однако даже она настаивала на том, чтобы Маша побыстрее определилась: нужно ведь было готовиться к ЕГЭ. Это всеобщее «нужно» девушку сбивало ещё больше…

 

Ночь бархатным покрывалом укутала город. Всё стихло, уснуло. Только редкие машины проезжали где-то далеко, освещая светом фар спящие окна домов. Маша давно спала, ей снилось лето и тёплые морские волны. Тамара Антоновна зашла к дочери в комнату, аккуратно поправила ей одеяло: девушка раскрылась во сне и спала, поджав ноги почти к подбородку. Маша улыбалась. Тамара Антоновна погладила её по волосам. Снова эта непонятная тревога. Женщину бросило в пот, потом начало морозить. Что-то было не так, что-то плохое, инородное прокралось в её организм. Тамара Антоновна почувствовала слабость несколько месяцев назад: стала быстро уставать, у неё кружилась голова и постоянно накатывалась тошнота. Женщина всё надеялась, что это со временем пройдёт. Однако становилось только хуже. К тому же на руке в районе родимого пятна появилось какое-то непонятное утолщение. Оно чесалось и мешало. Иногда даже кровоточило. Казалось, даже само родимое пятно расползлось и стало каким-то тёмным и плотным. Что это, Тамара Антоновна не знала, но чувствовала, что что-то очень нехорошее… Утром женщина, отпросившись с работы, пошла в больницу.

— Мария Тихонова! – учитель биологии Софья Алексеевна смотрела на Машу выжидающе, – Маша, к доске! – повторила она.

— Но почему я?! – девочка была в недоумении, – У меняя же нормальные оценки!

— А ты решила, что если на прошлом уроке выходила к доске и получила «5», то на этом я тебя не вызову?! – чуть насмешливо произнесла женщина, – Теория вероятности работает не всегда!

— Это точно, – вздохнула Маша. В этот раз она еле-еле вытянула на «3» – материал был сложный, дома она напрягаться не стала, а на уроке запомнила немного. Вот и результат…

— Мария, ты случайно не собираешься сдавать ЕГЭ по биологии? – подозрительно спросила учитель, – Просто у тебя оценки от «3» до «5», может, стоило бы больше внимания учёбе уделять?!

Маша кивнула и покраснела: неприятно было выслушивать упрёки в лени в 11 классе! Тем более, что остальные одноклассники, которые выходили к доске после неё, материал знали на «5».

— Машка, ты это чего?! – подошла на перемене Катя, – В 11 классе, планируя поступать на бюджет, «3» не получают!

— Да знаю я! – отмахнулась Маша. Было, конечно, обидно услышать такое от лучшей подруги. Катя была идеалисткой и отличницей. Она уверенно шла на золотую медаль и чётко знала, чего хочет от жизни. Маша не понимала её стремления стать учителем: с таким аттестатом перед подругой были открыты двери любого вуза. Однако Катя твёрдо решила поступать именно в педагогический.

 

— Мамуль, ты как? – Маша заглянула в спальню. Тамара Антоновна лежала на кровати, уставившись в потолок. На лице её читалась усталость и какая-то безнадёжная грусть, – Что тебе сказали? – Маша присела около матери.

— Всё нормально, дочь, так, переутомление, просто нужно больше отдыхать, – Тамара Антоновна отвела взгляд. Как она могла сказать дочери о том, что шансы на выздоровление у неё минимальные: меланома, которую ей диагностировали, оказалась чрезвычайно агрессивной, и срочно нужно было делать операцию. Желательно, в столичной клинике. А это – огромные деньги. А ведь Маше нужно будет поступать в вуз, вдруг она не пройдёт на бюджет?! Тамара Антоновна планировала потратить сбережения на высшее образование дочери, помочь ей с жильём… Как она может потратить всё на себя?! Притом, что стопроцентной гарантии выздоровления ей всё равно не давали… Тамара Антоновна ещё раздумывала над тем, как поступить, но уже всё больше склонялась к тому, что от операции откажется…

— Тома, ты не можешь так поступить! – бывшая одноклассница женщины Ангелина, работающая медсестрой онколога, догнала её в коридоре больницы, – У тебя хорошие шансы на выздоровление!

— 70% – это не совсем хорошие шансы! – горько улыбнулась Тамара Антоновна.

— Не выдумывай! Многие бы наши пациенты мечтали о таких шансах! Большинство соглашаются и даже просят об операции с шансом 20%! Не смей отказываться – тебе ведь только 40 лет! Вся жизнь впереди! – Ангелина продолжала уговаривать старую знакомую.

— Гель, сколько мне осталось без операции? – вдруг спросила Тамара Антоновна, заглядывая знакомой прямо в глаза.

— Ну, год-второй, в лучшем случае, – ответила та, – но ты же понимаешь, что состояние будет ухудшаться?

— Мне главное, чтобы дочь 11 класс окончила и в вуз поступила, чтобы ей 18 исполнилось. А там уже будь что будет…

— Ты с ума сошла?! Думаешь, в 18 лет мать не нужна?! А дальше?! Ты ведь одна у неё!

— Вот именно. Поэтому я и не хочу отнимать у неё шанс на высшее образование и на нормальную жизнь! Если операция не поможет, то всё будет ещё хуже: Маша останется и без меня, и без денег, – Тамара Антоновна была непреклонна. Ангелина только плечами пожала, глядя ей вслед.

 

Ничего не подозревающая Маша возвращалась домой из школы вместе с Катей. Около подъезда её окликнула незнакомая женщина:

— Маша? Маша Аникина? – спросила она, вглядываясь ей в лицо.

— Да, это я. Откуда Вы меня знаете? – удивилась девочка.

— Ты очень похожа на свою мать. Она была такой же в школе. Раньше мы дружили. А потом – взрослая жизнь, учёба, замужество, дети… Живём в разных районах – вот и не общаемся почти…

— Так мамы нет, она на работе! – отчеканила Маша, – Она обычно позже возвращается.

— Я знаю, Маш, я к тебе пришла. Подождала немножко, вспомнила, как мы с твоей мамой сюда же после школы возвращались – я в том доме раньше жила, – женщина указала на соседнюю пятиэтажку, – сейчас там живёт моя старенькая мама. Вот с тобой поговорю – и забегу к ней в гости.

— А я-то Вам зачем? – удивилась Маша.

— Присядем, разговор будет непростым, – вздохнула женщина…

Тёплые лучики осеннего солнца скользили по деревьям и по траве, на клумбе цвели разноцветные астры. Рыжий кот Васька, огромный увалень, которого кормил весь двор, растянулся посреди двора на солнышке… В такой хороший тёплый день Маше не хотелось верить в то, что говорила Ангелина: её мать смертельно больна, а от операции, которая способна спасти её жизнь, женщина отказывается.

— Маш, мать делает это из-за тебя! Она боится, что не сможет помочь тебе с учёбой в вузе, с жильём… Вот и не хочет «тратить», как она говорит, деньги на операцию. Без неё она не жилец!

— Мамочка! Что же ты делаешь?! – с ужасом прошептала девушка, – Зачем мне этот вуз без тебя?!

— Нет, Маш! Так ты точно её не убедишь! Нужно придумать что-то другое! Но времени осталось немного. С каждой неделей шансов на выздоровление становится всё меньше…

Маша ходила по квартире взад и вперёд. Она ждала мать с работы, готовя пламенную речь. Входная дверь открылась, и все слова вылетели у девушки из головы: перед ней стояла её мама. Она была бледная, измученная и ужасно уставшая. Маша бросилась к маме, забрала у неё сумки с продуктами.

 

— Мамочка, позвонила бы – я бы всё купила! – воскликнула девушка, – Мам, я очень, очень тебя люблю! – она прижалась к матери, как когда-то в детстве, когда ей так нужна была материнская защита и поддержка, – Я без тебя не смогу! Не бросай меня, пожалуйста! – расплакалась.

— Ты всё знаешь, да? – Тамара Антоновна устало присела на стул, – Откуда?

— Да, мам, не только знаю, но и настаиваю на операции! Не важно, откуда информация, важно другое: не вздумай отказываться от операции! Не вздумай меня бросать! – она говорила, глотая слёзы. Плакала и Тамара Антоновна.

— Маш, ты пойми, гарантий никаких, а деньги…

— Да плевать на деньги, мам! Мы квартиру можем продать, кредитов набрать – я отработаю и отдам, даже если даётся всего 1% выздоровления – это уже шанс! И его нельзя терять! Нельзя, понимаешь?!

— Маш, а как же твоё высшее образование?! Ты ведь можешь не поступить на бюджет – сама говорила, что не всё гладко. Я рассчитывала, что эти деньги пойдут на оплату контракта и тебе на жильё…

— Я поступлю на бюджет! Обещаю, мамуль, поступлю! – Маша вдруг и сама поверила в свои слова, – А жильё… Это всё наживное, мамуль, а ты у меня одна! Как ты, вообще, могла такое подумать?! Какой здесь может быть выбор?! Мы воспользуемся малейшим шансом!

Тамара Антоновна этой ночью долго не спала: сначала они разговаривали с Машей по душам, как в первый раз, плакали и старались поддержать друг друга, потом женщина вспоминала свою жизнь. Она понимала, что дочь права: впереди ещё может быть много всего, полжизни, не стоит добровольно от этого отказываться…

Спустя несколько дней Тамара Антоновна уехала в московскую клинику при онкоцентре. Там её готовили к операции и последующей химиотерапии. Маша осталась дома одна. Она провожала маму с улыбкой, не подавая виду, что переживает и волнуется. Как только поезд тронулся, улыбка сползла с её лица: Маша очень боялась. Боялась, что мать не войдёт в те вожделенные 70%. Девушка ходила по квартире, которая без мамы казалась ей огромной и пустой…

— Маш, не плачь! Ты должна держаться и верить в лучшее! – Катя сделала им чай, заставила подругу поужинать. Она приехала к Маше без приглашения: знала, что та сегодня провела в больницу мать. Не ошиблась – подруге, действительно, нужна была её помощь и поддержка.

— Я очень боюсь! – Маша поёжилась, – Очень! Если с мамой что-то случится, я этого не переживу!

— Всё будет хорошо! Вы правильно всё делаете! Ты, кстати, к биологии приготовилась? – перевела тему Катя.

— Ещё нет, поможешь? – Маша взглянула на подругу. Та кивнула…

 

Катя часто ночевала у Маши. Вместе они готовились к урокам, учили и зубрили. Маша отказалась от занятий с репетиторами: не хотела тратить деньги. Теперь она училась сама – штудировала учебники, решала задания ЕГЭ прошлых лет.

— Теперь я знаю, куда буду поступать! – сказала она как-то Кате.

— Куда же? – заинтересовалась та.

— В медицинский! – ответила Маша, – Буду онкологом. Хочу бороться с самой страшной болезнью нашего времени! Хочу, чтобы у таких больных, как моя мама, было больше шансов!

— Это, конечно, хорошее решение, – кивнула Катя, – но, ты же знаешь, какой там конкурс?! А контракт в меде очень дорогой – не меньше 150.000!

— Я поступлю на бюджет! Увидишь! Обязательно поступлю! – уверенно сказала Маша.

Девушка с отъездом матери изменилась: она поняла, что теперь только от неё зависит собственное будущее. Времени, как оказалось, катастрофически мало: ведь нужно было не только учить те темы, что разбирали на уроках, но и тот материал, что учили в 9-10 классах. Алёна Станиславовна, учитель математики, к которой Маша ходила с 8 класса на дополнительные задания, услышав о причинах отказа, возмутилась:

— Маша, не выдумывай, приходи ко мне так, бесплатно! Ты же занималась с Соней в паре – с ней и продолжай ходить! Я не обеднею…

— Я не могу так, – тихо проговорила Маша.

— Мы никому не скажем, – улыбнулась женщина, – приходи и занимайся!

Оставался русский язык и биология. В химии Маша была уверена, но всё же время от времени повторяла некоторые отдельные темы. Биологию Маша учила сама. С русским языком ей помогала Катя – девушка была организованной и целеустремлённой – было, чему у неё поучиться. Маша и училась…

Теперь она просыпалась не в 7.15, как раньше, с мамой, а в 6.00. Делала зарядку (если бы кто-нибудь ей сказал, что она будет делать зарядку по утрам – рассмеялась бы в лицо!) – оказалось, это бодрит получше, чем кофе. После этого – душ и завтрак. Мамы дома не было, чтобы готовить, поэтому обычно Маша обходилась овсянкой. Потом девушка доучивала домашние задания или прорабатывала очередную тему по биологии. В 7.45 выходила в школу… После занятий – дополнительные, домашнее задание, приготовление обеда или ужина, уборка или стирка – теперь все домашние хлопоты легли на плечи Маши. Она каждый вечер звонила маме, рассказывала о своих успехах и подбадривала её, а после операции поехала к ней на несколько дней. Маша искренне верила, что всё будет хорошо – иначе просто не могло быть, Тамара Антоновна прониклась верой дочери…

 

— Мария, я очень довольна твоими успехами! – Софья Алексеевна улыбалась, – Не ожидала от тебя такого рвения в учёбе, если честно! Раньше ты совершенно этим не отличалась…

— Я буду сдавать ЕГЭ по биологии, поступать в медицинский! – заявила Маша.

— Ого! – одноклассники удивлённо смотрели на девушку. Она, действительно, в последнее время заметно подтянула учёбу. Это заметила не только учитель биологии, но и многие другие. Но вот о медицинском университете Маша заговорила впервые, – Туда на бюджет не поступишь! – отозвался кто-то из ребят.

— Поступлю! – Маша была полностью уверена в своих силах, – Вот посмотрите – поступлю! Иначе просто не может быть!

Тамара Антоновна с волнением ждала результатов обследования. Сейчас должна была решиться её судьба: помогла ли ей операция, химиотерапия? Сможет ли она увидеть, как взрослеет её дочь, дождаться внуков? Всё это зависело от того, что сейчас скажет ей врач.

— Присаживайтесь, – пожилой доктор в очках внимательно смотрел на женщину, – слышал, Вы хотели отказаться от операции?

— Была такая мысль, – протянула Тамара Антоновна, – слишком много поставлено на кон.

— А зря! Ведь, действительно, на кону – жизнь! За неё нужно бороться до последнего! Вам повезло: меланома практически не дала метостаз. В Вашем случае выздоровление практически 100%.

— Это не сон? – тихо спросила женщина. В её глазах стояли слёзы.

— Скажите спасибо тому, кто уговорил Вас лечиться! – улыбнулся доктор, – Благо, Вы не успели запустить болезнь. Встретимся через три месяца на плановом обследовании. Теперь Вам придётся время от времени их проходить!

Тамара Антоновна плакала. Однако теперь это были уже слёзы радости: она будет жить. Это большое счастье…

— Маш, ну что?! Ты уже смотрела свой балл по химии?! Уже пришли результаты – у Кольки 85! Он расстроился: думал, будет больше! – Катя тараторила в телефонную трубку, а Маша всё никак не могла войти в личный кабинет: она боялась. Боялась увидеть результат и понять, что не поступила. Она, как и Катя, хорошо сдала русский язык: набрала почти 93 балла. Её результат стал вторым по школе. Этого никто не ожидал. Её учительница, Марья Андреевна, ещё долго удивлённо качала головой, узнав об этом. Не подвела и биология: 91 балл. Пока всё шло, как надо. А вот за химию Маша переживала больше всего: там ей попалась такая задача, в правильности решения которой девочка очень сомневалась. Слишком уж всё оказалось легко! Так не могло быть – Маша ожидала подвоха. Да и одноклассник Санька задачу решил по-другому. Поэтому девочка всё никак не решалась войти в личный кабинет.

 

— Машунь, ну что?! – Тамара Антоновна заглянула к дочери в комнату, – Ещё не смотрела?

Девушка покачала головой.

— Боюсь! – прошептала она.

— Брось! Нашла чего бояться! Вот результат операции узнавать было страшно! – поёжилась Тамара Антоновна, – Даже если и не сдала на высокий балл – ничего страшного! Пойдёшь на контракт! Возьмём кредит…

— Нет, мам, только бюджет! – Маша зажмурилась и нажала клавишу компьютера, – Я же не зря столько времени учёбе посвятила!

— Ну, что там?! – склонилась над Машей Тамара Антоновна.

— Мам, этого не может быть! – Маша ликовала, – 92 балла! 92, мам! Больше, чем у Кольки! Значит, это я, а не он, задачу правильно решила!

Девушка принялась пританцовывать, кружась по комнате в обнимку с матерью.

— Я сделала это! Мамуль, это для тебя! Я буду врачом!

— Это лучший подарок, доченька! Ты подарила мне целую жизнь!

Они обе улыбались, а на глазах стояли слёзы… За окном расцветало лето. Оно манило тёплыми морскими волнами и пеньем птиц, душистыми яблоками с дачи и прогулками по узеньким лесным тропкам… Она манило новой жизнью, долгой и счастливой, которая обязательно сбудется у каждой из счастливых женщин: взрослой и юной!

Автор: Ирина Б.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.89MB | MySQL:68 | 0,400sec