Бродяга и Сонное озеро

Долго бродил Богдан по лесам дремучим, по долам, по полям, много городов видывал, много разных людей повстречал. Рвалась душа к свободе, что там за очередным горизонтом ему откроется? Вело его любопытство всё дальше и дальше от родного очага, от матушки с батюшкой и меньших сестёр. Но вдруг влилась тоска в сердце и понял он, что всё уже повидал и пришла пора возвращаться в отчий дом. Понял он, что повзрослел и время подошло перенимать дело отцовское и свою семью создавать, захотелось, чтобы ждала его дома жена и детишки бежали навстречу гурьбой. На том странствие его закончилось, повернул Богдан назад.

 

Долго ли коротко, завела его тропка в лесную чащобу, да тут и оборвалась. Расстроился Богдан, он то планировал выйти аккурат к тракту торговому и по нему до дома и дойти. Обратно поворачивать не стал, решил напрямки пойти и по расчётам своим выйти — таки на тракт. Но неведомо, чем прогневал парень духов лесных, но только заплутал он быстро. Ельник стоял сплошной стеной, не пролезть и не пройти. Богдан весь исцарапанный и злой, клял себя, что пошёл не повернул назад.

Весь день шёл Богдан и страх начинал проникать в душеньку тонкими нитями, накручиваясь с каждым часом всё больше, сжимаясь клубком ужаса. Полог лесной был плотен, свет небесный едва касался земли и сумрачный ковёр под ногами не дарил ни ягод, ни грибов. Зверьё тоже хоронилось в где — то в тёмных чащобах и не показывалось на глаза усталому путнику. Богдан со страхом думал, что будет когда иссякнут его запасы еды?

Какова же была его радость, когда прямо перед ним внезапно возникло озеро. Воды его широко раскинулись, что не видать конца, замерло оно в сонном мареве и только рыба плещется на тёмной поверхности. А рыбы столько Богдан отродясь не видывал, заходи и руками бери. Так он и сделал, наплавался всласть, смыл с себя все невзгоды и страхи этого дня, да рыбы наловил. Вкусна рыбка на костре запечённая и настроение сразу улучшается, коли желудок полный.

А тем временем Заря — заряница разлеглась на верхушках елей, раскинула богатый свой наряд на пол неба, края платья своего алого в воду окунула и окрасилось озеро розовыми бликами. Залюбовался Богдан на красоты природные, лёг подле костра и задремал. А как проснулся, тут уж ночь — чародейка заполонила небеса чёрными своими космами и звёздную пыль вплела в них, дабы быть ещё краше. Но дивится Богдан, в тишине будто поёт кто — то, а в далеке на воде цветы огненные полыхают.

Собрал парень свои пожитки и пошёл на пение. Оказывается, что здесь раскинулось вдоль берега целое селение, а жители его и стар и мал толпились на берегу. Они спускали на воду что — то вроде подносов с едой и поджигали, издалека Богдан и принял их за огненные цветы. Тем временем подошёл парень вплотную к жителям занятым этим странным занятием. Две девки увидев его взвизгнули и убежали, средь людей начался переполох. Тогда вперёд выступил старец, борода белее белого, до пояса свисает, а в руках посох как у странника.

«Я староста сей деревни, — представился старик, — извини, что так реагирует на тебя наш народ, но давненько не видели мы иных людей, окромя тутошних. Мы не можем покинуть это место, а другие не могут найти, так и живём. Добро пожаловать в наше селение при Сонном озере. В связи с тем, что от остального белого света мы оторваны, все уже переженились и перероднились и новый человек, а особливо такой молодой да крепкий, ой, как нужен! Любую девку выбирай, никто тебе не откажет. Кто ты таков расскажи, наш новый житель?»

 

«Я просто бродяга, — пожал плечами Богдан, — оставаться я у вас не собираюсь, так как путь держу к отчему дому.» Но старец покачал головой и поведал: «Сонное озеро уже не отпустит тебя, теперь ты новый прислужник его. Много лет назад, когда лес этот был молод и даже дед мой ещё не народился на свет, в неведомых глубинах Сонного озера завелось нечто ужасное. Предания гласят, что был это злой озёрный дух принимавший обличье настолько мерзкое и безобразное, что описать его невозможно. С тех пор никто не может покинуть это место, Сонное озеро не отпускает нас. Вся наша жизнь подчинена служению духу. Когда луна являет нам свой полный лик, мы приносим чудовищу дары, что ты и видывал сегодня. Мы никогда не пьём воду из озера, ни купаемся в нём и стараемся не соприкасаться с его гладью. О рыбной ловле нет и речи! Всё принадлежит духу.»

«Хм, а если кто — то всё же искупается?» — полюбопытствовал Богдан. «В тот же миг, — отвечал старец, — ноги его покроются чешуёй и обернуться рыбьим хвостом!» Взглянул Богдан на всякий случай на свои ноги и решил промолчать о том, что уже нарушил все запреты, не хотелось пугать этих людей. Он попросил старосту о ночлеге и тот радостно предложил своё жилище.

Лучшее место ему выделили в избе просторной, Богдан едва смежил веки, как сон уже навалился на него ворохом приятных видений. Хорошо спится на мягком да чистом, без пения комаров под ухом. Но сон его был недолог. Коротка летняя ночь и вскоре староста уже тряс Богдана за плечо. «Просыпайся, — говорил он, — нужно встать, покуда солнце не показало край своего огненного диска из — за леса…» «Иначе дух озёрный осерчает и сожрёт всех?» — пробурчал в полусне Богдан. Укоризненный взгляд старосты был ему ответом. Чужая изба — чужие правила и парень нехотя поднялся со столь уютного ложа.

Утренняя трапеза не радовала разнообразием, подношения озёрному чудовищу видно обеднили запасы семьи. Жена старосты вовсю старалась угодить, сетуя на небогатый стол, мол не ждали столь дорогого гостя. А напротив Богдана сидела и сама причина столь явного радушия хозяев. Дочь старосты звали Веселина, была она девицей на выданье, приятной во всех отношениях, было на чём задержаться взору случайному. Румяная и полнотелая, она бросала быстрые взгляды на парня и щёки её начинали полыхать ещё ярче.

После трапезы разбрелись все по своим делам, Богдан хотел чем — нибудь помочь по хозяйству, дабы отплатить за оказанное гостеприимство, но староста сказал: «Ты наш гость почётный, не утруждай себя заботами чужими, а коли скучно, сопроводи Веселину в лес по грибы, боится она зверей диких, а с таким молодцем ни волк, ни медведь не страшны.»

Снарядили их в лес, будто в поход дальний и отправили с ними девку Любаву, что в прислугах у старосты ходила, чтобы разговоров не было по деревне. Идёт Веселина будто царица, медленно и степенно, а Богдан всё развлекает её историями из своих странствий. Дочка старостина охает и ахает, пугают её рассказы такие, как и всё неведанное и далёкое. Грибы им не попадаются и посему пусто Веселинино лукошко, зверья тоже не встретили, как и следов его.

 

Со вздохом рассказала Веселина, как тяжко живётся селению при Сонном озере, только тем, что сами вырастят и питаются, а коли неурожай, то голод в двери стучит. А тем временем Любава снует вокруг них и зоркий глазок её то там, то тут заприметит грибок или ягодку, успевает она между делом послушать рассказы Богдана и любопытством светятся шустрые глазки её.

Веселине было невдомёк, что вовсе не она очаровала молодого красавца, а обычная служанка. Пусть не было у Любавы той царственной стати, но горела она вся задором и любопытством и душа Богдана потянулась к ней, почуяв их родство и схожесть. Три дня сопровождал он девчат в лес и за это время украла его сердце милая Любава.

Лес молчал, лишь изредка подавала голос случайная птаха и сразу замолкала, испугавшись собственной трели. Они шли весело переговариваясь и сами не заметили, как деревья аккуратно расступившись пред ними, открыли их взору Сонное озеро. Оно кишело рыбой и казалось, что вода кипит, как в котелке. Девушки присели поодаль, наслаждаясь прохладой, что невидимыми струями тянулась от воды.

«Жил у нас старый пёс, — внезапно сказал Богдан, — я ещё тогда совсем малец был, он сидел всё время за низким заборчиком и ходил по кругу изо дня в день делая одно и тоже и ни разу даже не попытался перепрыгнуть ограду, а она была так низка…» «К чему ты это сказал?» — не поняла Веселина. «Ни к чему, — отозвался Богдан, — марит сегодня страшно, вот и лезет в голову всякое. Не освежиться ли нам?»

Дух озорства одолел его и парень с разбегу прыгнул в озеро. Он плавал и нырял, разгоняя стайки рыб ошалевших от такого наглого вторжения. Веселина побелев от ужаса, взирала на это, ожидая, что вот — вот подымится из тёмных глубин жуткая тварь и накажет их всех за дерзость. В глазах Любавы застыл восторг и это решило её судьбу.

Веселина шла впереди, спотыкаясь о корни и постоянно оглядываясь на Богдана, чтобы удостовериться, что тот ещё не покрылся чешуёй. «Чую, мне не стоит возвращаться, — тихо сказал он Любаве — и пора снова в путь, благо моя котомка всегда при мне, пошли вместе со мной, отец мой человек не бедный, а матушка ласковая и не обидит тебя, заживём мы ладно да славно!» «Я бы с радостью, — прошептала Любава, — но не отпустит меня Сонное озеро…» «Оно никого и не держит, — ответил Богдан, — уже показались дома, решайся!»

 

Любава остановилась и взяла его за руку. «Прощай, Веселина — крикнул Богдан, — не поминай лихом и прости, если что не так!» Богдан и Любава повернули назад, лес принял их в свои объятья, огородил от мира еловыми лапами, скрыл от посторонних глаз вспенив зелёные кроны. Полюбились они чаще лесной, долго она их не выпускала, но наконец, усталые, вышли они на торговый тракт. Весь путь оглядывалась Любава, ожидая, что гонится за ними озёрный дух в ужасающем своём обличии, но позади лишь ветер трепал ветви деревьев и тёмно — зелёные ели упирались верхушками в белый пух облаков…

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.86MB | MySQL:70 | 0,586sec