Долгий перелет

Геннадий Иванович, вот уже двое суток сидит в московском аэропорту и дожидается регистрации рейса Москва — Иркутск. Рейс то задерживался из-за тумана, то из-за заправки самолета, то просто откладывался на неопределенное время. Геннадий Иванович очень устал и его то и дело клонило в сон, но спать он боялся, чтобы не пропустить регистрацию. Ему стало казаться, что вся его жизнь остановилась здесь, в аэропорту.

 

Целый месяц, который стал для Геннадия Ивановича вечностью, по чистой случайности он проводит в различных аэропортах, дожидаясь вылета самолета. Сначала из Иркутска в Москву, а затем из Москвы в Нью — Йорк, из Нью — Йорка в Нью — Джерси, куда он летел к сыну Антону в гости. А теперь он сидит в аэропорту в Москве и ожидает вылета своего рейса на Иркутск.

Геннадий Иванович никак не может забыть свое необычное путешествие. Сын Антон обещал его встретить, но не встретил и прождав целых полдня в аэропорту Нью — Йорка, Геннадий Иванович поехал по адресу, который ему продиктовал Антон по телефону еще в Иркутске. Дверь открыла молодая женщина и сказала, что такой по этому адресу не проживает и что это возможно ошибка.

— Неужели я, старый осел неправильно записал адрес? Но, если он ошибся, то где тогда Антон и почему он не встречал отца в аэропорту? — в сердцах подумал Геннадий Иванович и вышел из подъезда. Рейс в Нью — Йорк не задерживался и Геннадий Иванович прилетел вовремя, поэтому они не могли разминуться с Антоном — рассуждая, Геннадий Иванович сел на лавочку возле парка и стал набирать номер сына, но телефон молчал.

Если бы он был в своей стране, то знал куда ему пойти в этом случае. Но это была чужая и далекая страна, перелет которой он проделал целых двенадцать часов. А может с Антоном что то случилось и он находится в больнице? Но в какую и как найти эту больницу, да и английский он не очень то хорошо знает. Геннадий Иванович еще никогда не был в такой ситуации. Кругом незнакомые лица и иностранная речь. Посидев еще немного, Геннадий Иванович решил действовать. В первую очередь он должен найти полицейский участок и попросить помощи, чтобы выяснить все обстоятельства — С такими мыслями Геннадий Иванович начал свои поиски.

В полицейском участке к нему отнеслись очень доброжелательно, хотя с большим трудом поняли ломаную английскую речь Геннадия Ивановича. Начальник полиции по телефону стал вызывать представителя Российского посольства, когда увидели российский паспорт Геннадия Ивановича. Дмитрий Владимирович, так назвался представитель российского посольства, внимательно выслушал Геннадия Ивановича и сказал, что вместе с полицией города Нью — Йорка будут разыскивать Антона и обязательно ему сообщат. А до этого времени Геннадию Ивановичу было предложено пожить в гостинице от посольства.

Дмитрий Владимирович заверил, что Геннадию Ивановичу не нужно волноваться по поводу оплаты гостиницы так, как эту заботу берет на себя посольство, а чтобы Геннадий Иванович не потерялся в этом огромном городе, его будет сопровождать один из сотрудников посольства, пока они не разыщут сына Геннадия Ивановича и сообщат ему. Геннадия Ивановича это устраивало и он даже обрадовался тому, что будет не один в этом городе, а с сотрудником который говорил на русском языке.

Ждать оказалось не так долго и буквально через два дня Геннадию Ивановичу сообщили, что его сын находится в Нью — Джерси. В тот день, когда Геннадий Иванович прилетел в Нью — Йорк, Антон ожидал прилета отца в Нью — Джерси. Геннадий Иванович действительно все перепутал и вместо Нью — Джерси прилетел в Нью — Йорк, потому что сел не на тот самолет.

Они вылетали почти одновременно и Геннадий Иванович просто не туда свернул при прохождения коридора на посадку. По чистой случайности на его место никого не было, поэтому выяснять недоразумение не пришлось и Геннадий Иванович благополучно прилетел в Нью — Йорк. Дмитрий Владимирович сказал, что он сразу подумал о том, что Геннадий Иванович мог перепутать самолет и город в котором проживал его сын, ведь первые буквы названия города были схожи, поэтому запросил участок полиции города Нью — Джерси в содействию помощи розыска.

 

Оказывается Антон подходил к служащим аэропорта и спрашивал о Геннадии Ивановиче, нет ли его в списках прибывших. Он тоже прождал в аэропорту пол дня, при этом постоянно звонил отцу, но абонент не отвечал. А Геннадий Иванович не смог дозвониться Антону по причине того, что просто не включил роуминг, поэтому телефон Геннадия Ивановича для Антона был недоступен. Антон в свою очередь пытался дозвониться в Москву и узнать не случилось ли что с отцом в аэропорту, но не дозвонился — линия была постоянно занята.

Как ни странно, но его адрес по чистой случайности совпал с адресом Нью — Йорка поэтому разыскать Антона не составляло труда. Геннадию Ивановичу продлили визу пребывания в Штатах на целых три месяца, чтобы он мог побольше пообщаться с внуками и сыном, которые очень обрадовались дедушке. В аэропорту Геннадия Ивановича провожали чуть ли не вся полиция Нью — Йорка и все по очереди улыбаясь и хлопали его по плечу, приглашая еще раз посетить их город.

— Папа, ну как же так ты все перепутал? Я очень волновался за тебя: сказал Антон обнимая отца — больше мы тебя никуда не отпустим. Будешь жить с нами. Давай скорее поехали домой — твои внуки и Ольга заждались тебя. Мы боялись, что тебе в аэропорту стало плохо и тебя высадили и отправили назад домой.

Так они обнявшись вышли из аэропорта Нью — Джерси под названием Либерти и поехали на квартиру к сыну. Весь месяц Геннадий Иванович наслаждался общением с внуками и сыном, которого не видел целых шесть лет. Конечно, Геннадия Ивановича все радовало в Штатах и современный комфорт, и магазины, и сам город. Он был доволен тем, что у сына все получилось с работой и прекрасным местом жительства. Он порадовался учебой внуков и женой сына Ольгой, которая была хорошей хозяйкой. Но оставаться жить в Америке Геннадию Ивановичу не хотелось. Все ему казалось здесь чужим и не родным.

А дома свое хозяйство, хотя и далеко не новый требующий ремонта дом, а самое главное дома была рыбалка на Ангаре, где водились хариус, ленок, таймень, пелядь, елец, язь, байкальский омуль и другие рыбы. Геннадий Иванович на озере частенько ловил озерную форель, а затем коптил на углях в бане. От всего этого у Геннадия Ивановича щемило сердце и душа просилась домой. Как ни уговаривал его сын остаться, Геннадий Иванович был непреклонен.

Антон знал о болезни отца и надеялся, что тот ляжет в больницу полечить хронический радикулит в хорошую клинику, но Геннадий Иванович говорил, что дома и стены помогают и что Бог даст он приедет на будущий год обязательно и полечится в его больнице. Антон был хорошим врачом и у него здесь была своя кафедра, но все равно Геннадий Иванович считал, что самое лучшее лечение это русская банька с хвоей и березовым веничком. Затем, после баньки он закидывал на печку телогрейку и прогревал свой радикулит. После такого «лечения» его хворь как рукой снимало, как будто и не было вовсе радикулита. Только иногда, в крепкие морозы радикулит давал о себе знать, но тут как раз и спасала банька и растирка соседки Анастасии.

После смерти жены Геннадий Иванович долго не смотрел на женщин, люба ему была его женушка Валентина, которую он не может забыть, хоть и прошло уже десяток лет как она померла от болезни. Десять лет Геннадий Иванович ходил бобылем, но все же достучалась до его сердечка соседка Анастасия, которая помогала ему по хозяйству. То пирогов напечет, то чаю приглашала попить, то в избе приберется. А как она поет!

 

Голосистая была в девицах — на всю деревню одна такая. Еще тогда на нее обратил внимание Геннадий Иванович, но Валентина своими косами и станом затмила всех девушек. Геннадий Иванович отдал свое предпочтение Валентине, которая оказалась прекрасной хозяйкой и матерью Антона. Вот только по зиме в прорубь провалилась, когда прорвало плотину, слегла с пневмонией и умерла. От этих воспоминаний у Геннадия Ивановича накатились слезы и он украдкой их вытер, чтобы сын не видел и не расстраивался за отца.

— Антон, уеду я завтра. Ты меня прости старого, что учудил в аэропорту, но домой мне пора загостился я уже. Пора и честь знать. У вас своя семья, а внуки, так они в школе целый день, а мне не мочь одному сидеть. Пойми, мне здесь и общаться особо не с кем, все для меня чужое и незнакомое. А в деревне мужики и соседи поди заждались. Поеду я сынок, ты уж не серчай на меня.

— Ну что ты отец, я и не думал серчать. Жаль конечно, что так скоро уезжаешь, но ты прав — дома и стены помогают. Может когда и мы на Родину вернемся…
До Москвы Геннадий Иванович долетел без приключений, вот только погода подвела и он уже, как двое суток не может вылететь домой в Иркутск из Москвы. Гостиница, какая бы не была хорошая, но все равно это не дом и не его пышущая жаром печка. С такими мыслями Геннадий Иванович чуть не пропустил объявление на регистрацию и посадку. Взяв ворох сумок с гостинцами сельчанам и подарки от сына и невестки Ольги, Геннадий Иванович направился к регистрационной стойке. Уже в самолете Геннадий Иванович расслабился и успокоившись, что летит домой, задремал. Домой… Наконец то он летит домой…
Тамара Коханская

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.89MB | MySQL:68 | 0,444sec