Не бывает поздно

К десяти часам утра мартовское небо вдруг очистилось от серой пелены облаков и выглянуло солнце. Море стало приветливо синим, волны мягко лизали прибрежную гальку. Даже воздух стал чище и прозрачнее.

Сидеть в комнате в такое прекрасное утро не хотелось, и Фёдор отложил газету, которую читал после завтрака. Крякнув, он поднялся с кресла и пошёл одеваться. В холле пансионата пусто. Обычно тут сидели маленькие компании отдыхающих. Но и они вышли на улицу, покинув удобные диванчики.

 

Фёдор шёл по набережной. Под толстыми подошвами ботинок похрустывала галька. В небе радостно перекликались чайки. Свежий морской воздух легко проникал в легкие и бодрил.

Когда прибрежные пансионаты остались позади, Фёдор поднялся по пологому склону и пошёл по пожухлой прошлогодней траве, сквозь которую пробивались новые несмелые побеги. Ещё издалека он заметил, что единственная скамейка на берегу занята. Фёдора удивляло, почему не поставили здесь несколько лавочек. Ведь так приятно сидеть и смотреть на море. Он часто приходил сюда, когда позволяла переменчивая весенняя погода.

Он хотел, было, повернуть назад, но передумал. Лавочка не куплена, хватит места и ему. А с собеседником смотреть на море ещё лучше. Подойдя поближе, Фёдор понял, что на скамейке сидела женщина. При его приближении она чуть повернула голову и скользнула по нему равнодушным взглядом.

Фёдор определил, что она его возраста или чуть младше. На женщине надеты спортивные брюки, тёмно-бордовая толстовка и кроссовки. Седые волосы коротко пострижены. Черты лица правильные. «В молодости, наверное, была красавицей. Да и сейчас ничего», — некстати подумал Фёдор.

— Хорошее утро, правда? – сказал он вместо приветствия.

Женщина не ответила, лишь чуть приподняла одну бровь.

— Не помешаю? – спросил он и, не дожидаясь ответа, обошёл скамейку за спиной женщины, присел на другом конце. — Я вас не видел здесь раньше. Вы недавно приехали?

— Два дня назад, – вдруг ответила она.
Голос у неё был низкий, с хрипотцой.

— А я тут уже неделю. На море можно смотреть вечно. Успокаивает.

— А вы нервничаете? – Женщина повернула голову, взглянула на него коротко и снова отвернулась к морю.

— Что? А, нет. Я так просто сказал. Впрочем, в наше беспокойное время много причин нервничать. – Фёдор уже не рад был, что влез с разговором. Слова мешали наслаждаться видом.

— И что вас тревожит? – Казалось, женщина не прочь была поговорить.
— Вот так сразу вам и расскажи, – ворчливо бросил Фёдор.

— А почему нет? Ведь за этим вы и пришли сюда, сели рядом со мной. Случайному собеседнику легко открывать своё сердце.

— Вы правы. – Фёдор помолчал. – Знаете, тридцать с лишним лет назад я приезжал сюда после развода с женой. Переживал сильно. На стену лез от одиночества. Друзей доставал набегами и жалобами на свою неудавшуюся жизнь. Они решили хоть на время избавиться от меня и отправили к морю. – Федор засмеялся. — Тогда я был молод, небо было голубее, море желаннее, а солнце ярче. Была ранняя осень. Кое-кто даже купался ещё. Я тоже разок решился. Скамейки тут тогда не было, и я любил сидеть подальше, вон на тех камнях. Однажды я увидел на набережной новое лицо. Помните, так начинается «Дама с собачкой»?

 

Вот и я сразу обратил внимание на молодую женщину, которая в одиночестве гуляла вдоль берега. Она постоянно улыбалась одними уголками губ. Я сразу почувствовал в ней родственную душу и подошёл познакомиться. Её звали… Впрочем, зачем называть имена.

Мы гуляли, разговаривали. Она была замужем. Муж старше её и смертельно болен. Он вызвал к себе сестру, а её уговорил поехать к морю, отдохнуть недельку. Она впервые за последние годы отдыхала от забот и переживаний, поэтому постоянно улыбалась.

На следующий день мы договорились встретиться снова. И она пришла! Мы не расставались с ней ни днём, ни ночью. Мы провели вместе несколько счастливых дней. Она не была распутной, нет, наоборот… – Фёдор подыскивал подходящие слова, но не нашёл и замолчал.

— Я, конечно, женился по любви. Но мы постепенно перестали слышать, понимать друг друга. Даже когда мы с женой лежали в супружеской постели, она думала не об удовольствии, а что купить сыну: самокат или новые кроссовки. Нет. Я не винил её. Всегда виноваты оба. А тут… Это был подарок измученной, неудовлетворённой браком душе.

Она дарила мне свою любовь самозабвенно, с каким-то отчаянием, словно приговорённый к казни. Но время неумолимо. Подошёл день моего отъезда. Она провожала меня в аэропорту. Улыбалась и махала мне рукой. А по щекам текли слёзы. А я… У меня тогда даже мысли не возникло остаться с ней ещё на несколько дней.

— И вы не виделись больше? – хриплым голосом спросила собеседница.
Она внимательно слушала, глядя на море. Фёдору даже показалось, напряжённо как-то слушала.

— Нет, не виделись. Я попросил у неё адрес. Сотовых тогда ещё не было. Да и не стал бы звонить, подставлять её. Сначала скучал сильно. Всё откладывал свою поездку. Потом эта идея мне стала казаться неудачной. Зачем? Муж умирает, а я приеду такой весь… Мучить её и себя. Ей пришлось бы врать мужу, выкручиваться… Забот у неё и без того хватало. Да и ничего хорошего из нашей встречи не вышло бы. Так решил я. Потом… Адрес куда-то подевался… — Фёдор замолчал, и женщина тоже молчала.

— Струсил, наверное. Знаете, неудачный опыт в отношениях очень портит самооценку. Начинаешь копаться в себе, становишься нерешительным…

— Красивая история. Вы так и не женились больше? – спросила собеседница.

— Нет. Женщины были, скрывать не буду. Но не получилось ни с одной. Вспоминал ту короткую любовь у моря.

— Может, потому что она была короткой, без обязательств, разочарований и последствий. — Женщина встала со скамейки.

— Вы уже уходите? – забеспокоился Фёдор.

— Мне пора. И всё-таки, зря вы не поехали к ней. Она вас ждала. – Женщина развернулась и быстро пошла к пансионатам.

 

Фёдор в недоумении смотрел ей вслед. «Что она имела в виду, сказав, что она его ждала? Интуитивно догадалась? Или…» — размышлял он. Но не пошёл за ней, не догнал.

Устав маяться от догадок, после обеда он снова пошёл к морю, надеясь встретить собеседницу. Но она не появилась. Никого похожего на неё не увидел и за ужином в ресторане. На следующий день высматривал её, сидя на скамейке. Вдруг представил её молодой, с тёмными длинными волосами и его бросило в жар. «Это же она, Аня! Вот дурень старый». Он бросился в ближайшие пансионаты и гостевые дома, справлялся о ней. В одном дежурная на ресепшене сказала, что ранним утром от них съехала похожая по описанию на его знакомую. И звали её Анна.

— А куда она уехала? Дайте мне, пожалуйста, её адрес. Вы же записываете его при заселении, — умолял он девушку.

— Вдруг она не хочет, чтобы вы её искали? – резонно заметила дежурная и адреса не дала.

Фёдору ничего не оставалось, как кратко поведать ей свою историю. Тронутая рассказом, девушка всё же написал адрес незадачливому влюблённому.

И вот он приехал в чужой город. С бьющимся от волнения сердцем поднялся на четвёртый этаж типового кирпичного дома. Долго не решался нажать на кнопку звонка. «Что я скажу ей? Столько лет прошло. Зачем я здесь? А вдруг она замужем? Она прогонит меня, и будет права. Но уж приехал, так будь мужчиной, позвони, – ругал он себя у двери. Лоб покрылся испариной, сердце покалывало. — Не хватало ещё у её двери свалиться с инфарктом». Фёдор сделал глубокий вдох и нажал на кнопку. В глубине квартиры послышалась приглушённая трель. Дверь открылась, и Анна улыбнулась ему. Фёдору показалось, что она не удивилась, словно ждала его.

— Здравствуй. Я была уверена, что ты приедешь, – просто сказала она и пригласила войти.

— Прости, что так поздно, — задыхаясь, сказал Фёдор, сообразив, что нужно было по дороге цветов купить.

— Не бывает поздно, бывает не вовремя. Вот, надень. – Она поставила перед ним шлёпанцы. — Не мужа, новые, — уточнила она.

Они сидели в уютной кухне, пили чай, и теперь она рассказала о себе, а он слушал. Муж Анны умер через восемь месяцев после её возвращения. Перед смертью он сказал, что любит её и ни в чём не винит. Он догадался, почувствовал перемену в ней. А она долго ждала Фёдора. Потом успокоилась. Когда на берегу он рассказывал их историю, ей хотелось признаться, что это она. Обрадовалась, что не забыл её. Но ведь не узнал. Лишь уходя, она бросила ему подсказку.

— Я струсил тогда, лишил себя стольких лет счастливой жизни вдвоём. Но ведь ещё не всё потеряно? Судьба снова свела нас. Анна, давай попробуем дальше идти по жизни вместе. Мы же ещё не старые. Ты не бойся, я всё умею делать сам. Столько лет прожил один. Я не буду тебе в тягость. – Начал Фёдор важный разговор через несколько дней.

 

— И я, и ты привыкли к одиночеству. Трудно начинать жизнь заново. Поздно совершать и исправлять ошибки. У нас нет на это времени. Ты прав, неудачный опыт делает нас осторожными, неуверенными. Но я так устала жить одна. Для чего? Детей у нас с мужем не получилось. И дело не в стакане воды. Человеку одному плохо. Бог создал для каждого свою пару. Мы заслужили счастье прошлыми неудачами и потерями. Что ж, давай попробуем, – просто согласилась Анна.

Какой будет их жизнь? Решать только им.
В молодости мы пьём вино любви страстно, взахлёб. С возрастом оно настаивается, крепнет, его пьют неторопливо, наслаждаясь каждой каплей.

«Две жизни на двоих. И никаких надежд и обещаний. И всё-таки я радуюсь за них, влюбившихся друг в друга на прощанье»
Андрей Дементьев.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.87MB | MySQL:68 | 0,401sec