Простила

— Всё, мам. Переболело уже всё. Нету брата Вадика, да и не надо.

— Да как это, нету. – всполошилась мать. – Есть он. Есть! Всё устаканится. Наладится всё у вас.

— Хорошо. – не стала спорить Жанна.

Она берегла себя – нервничать ей было нельзя. Ребёнку это совершенно ни к чему.

Прошло ещё какое-то время, родился сын, Данька. Макс был на седьмом небе от счастья…

 

Вадик с Жанной были братом и сестрой. Родными. Дружными братом и сестрой – так бывает не всегда. Они сами лично замечали противоположную ситуацию у своих друзей, тех же Свиридовых с их двора – брат с сестрой готовы были убить друг друга. Постоянно дрались, портили вещи друг друга. Жаловались матери по любому поводу. Вадик с Жанной пожимали плечами, и дальше дружили. Им было интересно вместе с самого детства, несмотря на разницу в три года.

Родители, Юрий и Валентина, не нарадовались на эту прочную связь. Ребята были горой друг за друга. Жанна, как старшая, помогала Вадику с уроками. А он ей помогал по дому, когда мать просила что-то сделать. Помогал с удовольствием, радуясь, что может сделать что-то хорошее для сестры. Так они и росли, и выросли. Любили друг друга. Любили родителей. Родители любили их. Идиллия.

Жанна поступила в институт в Москве, но на выходные и каникулы мчалась в родной Владимир, и первым делом обнимала Вадика. Стискивала в объятиях так, что самой казалось – задушит.

— Братишка, я так соскучилась!

— Я тоже, Жанка! – со слезой в голосе говорил Вадик.

Уже потом девушка шла обниматься-целоваться с родителями. Но главное – брат. Самый близкий и родной человек.

В период учёбы Жанна подрабатывала на промоакциях и заработала денег. Не слишком много, но достаточно, чтобы съездить на море, например. Поехала она не с парнем и не с подружкой Катей. Поехала Жанна с братом. Просто ей так было интереснее всего.

Валяясь на горячем песке, они рассказывали друг другу всё, что происходило за недели разлуки. Что ещё не успели рассказать. Вадик друг взял руку сестры и сжал:

— Жанка, давай поклянёмся всегда быть такими дружными! Что бы в жизни не произошло – всегда будем близкими людьми. Как сейчас. Как все детство.

— Конечно!

Ей было двадцать. Ему – семнадцать.

Через год Вадика забрали в армию, но недалеко. В Московскую область. Жанна ездила на присягу – родители не поехали, папа как раз приболел. Ездила и так, каждую неделю – возила передачки, гуляла с Вадиком во время увольнительных по городу. Ей было ближе поехать к нему, чем добраться до родителей. Хотя, и родители были недалеко. Она звонила маме, спрашивала:

— Мам, что там папа? Может мне к вам приехать? Может помощь нужна?

— Нет-нет, Жанночка, всё неплохо. Папа поправляется. Ты лучше к Вадику съезди. Денег тебе прислать?

— Нет, мамуль, у меня есть. Я работаю.

— Работа учёбе-то не мешает?

— Справляюсь, мам. Всё нормально.

 

Отец выздоровел. Вадик отслужил. А вскоре и Жанна отучилась, но во Владимир не спешила возвращаться – она влюбилась. Парень Жанны, Максим, был москвич, жил в двухкомнатной квартире с сестрой. И нередко конфликтовал с ней на бытовой почве. Жанна как-то стала свидетелем подобной ссоры и пришла в ужас.

— Макс, ну ты чего? Ведь это твоя сестра!

— Да ну. – отмахнулся он. – Даже говорить не хочу ничего. Была когда-то сестра… а теперь – противная баба, которая строит из себя начальницу. А какая она мне тут начальница? Мы на равных живём, лицевые счета разделены.

— Даже так. – поразилась Жанна.

И в очередной раз порадовалась, что у них с Вадиком всегда любовь-дружба-взаимопонимание.

Жанна переехала к Максиму – уговорил. Его сестра, Зоя, пробовала и Жанной командовать: то не бери, это сюда не ставь, то выключи, это подними.

— Зоя, займись своими делами. – резко ответила ей Жанна. – А со своими я как-нибудь сама разберусь!

Сестра Максима, тридцатилетняя Зоя, чуть не задохнулась от возмущения. Приехала какая-то приживалка, и вякает ещё тут. Правда, тон, которым её отбрили, учла, и старалась больше с Жанной не связываться.

Вадик приехал к ним в гости. Макс с Жанной водили его по Москве — ходили на выставку, потом в бар. Уже ночью поехали в клуб. Максиму брат Жанны понравился. И, конечно, понравились их взаимоотношения. Эх… жаль, ему так не повезло с сестрой. Жанка, конечно, и как девушка просто прекрасная, но как сестра она была просто огонь!

— Круто у вас тут! – сказал Вадик. – Я вот думаю, может мне тоже поступить куда-нибудь в Москве учиться? Пожить в общаге.

— Конечно! – обрадовалась Жанна. – Конечно, приезжай. А на кого ты будешь учиться?

— Ну… что-нибудь с машинами связанное. Ты же знаешь, что я шарю в этом.

Она знала, он ей рассказывал, конечно. После того, как Жанна учиться уехала в столицу, Вадик увлёкся ремонтом машин. У друга в гараже они там всё что-то собирали, разбирали. Ремонтировали. Вадику это было интересно. Почему не получить хорошее образование в деле, которое интересует брата?

— Пока общагу не дадут, приютите меня?

Макс замялся. Жанна сказала: «да». Вадик уехал во Владимир, и им пришлось поговорить.

— Слушай, я всё понимаю, он твой брат. И мне Вадик тоже очень понравился. Но если мы ещё и его сюда поселим, Зойка нас сожрет с потрохами.

— Да не поселим! А временно пустим, пока не поступит, и не получит общежитие.

— Жанна… у нас с тобой комната двенадцать метров. Ну, куда мы его тут… временно пустим?

 

Максу не хотелось ссориться с ней, но он правда себе всё это слабо представлял – три человека в маленькой комнате. Плюс, очередная атака Зои гарантирована. Сестра непременно решит, что они потихоньку захватывают квартиру, чтобы выселить её. И предпримет контрмеры – уж Макс-то её знал. До разделения лицевого счёта они тут почти дрались – инициатором была Зоя. Да и после тоже скандалили, дай Бог. Только в последнее время сестра чуть притихла. Просто ходит с каменным лицом, может толкнуть, якобы не специально. Но только дай ей повод…

Раньше сестра была нормальной. А потом неудачно сходила замуж, и стала злой, как собака. Почему она решила вымещать эту злобу на собственном брате, Макс не понимал. А потом уже и не хотел понимать. И спросить не у кого было – родители умерли пять лет назад, один за другим.

Жанна ластилась и уговаривала. И уговорила. Макс смирился. Правда, чего это он? Ненадолго же. Как-нибудь уж разберутся они с Зоей.

Жанна узнавала всё об учебных заведениях автомобильного направления, чтобы с общежитием. Ждала приезда брата – дни считала. Как вдруг он позвонил. Они последнее время редко говорили по телефону, а тут он позвонил, и Жанна обрадовалась – наверное, скажет, когда его ждать.

— Не жди меня. – сказал Вадик. – Кое-что изменилось.

— А… что?

— С девчонкой я познакомился. Влюбился.

— Так. – стараясь не злиться, сказала Жанна. – А учёба при чём?

— А что? Она тут, а я – там? Фигня, а не учеба. Ну, и личной жизни никакой.

— Как её зовут хоть? – спохватилась Жанна.

— Юля.

— Когда познакомишь?

— Мы пока в Москву не собираемся. Как только смогу, так и познакомлю.

Жанну разговор расстроил. Странный какой-то вышел разговор. Она так ждала брата, а он… ну, а с другой стороны, парень молод. Это естественно, что он встретил девушку. Она же, Жанна, живёт своей личной жизнью. А ему, что? Сидеть рядом с родителями?

Через неделю, в разговоре с матерью, выяснилось, что Вадик и не сидит. Собрал вещи и уехал.

— Просто взял, и уехал, что ли? – не поняла Жанна.

— Ну… да.

— А… куда?

— К Юле своей, куда ещё.

Такая горечь прозвучала в этих словах. Жанна насторожилась.

— Мам, что такое? Что не так с Юлей?

— Не знаю я, Жан… толком не знаю, а сердце подсказывает: всё, это конец.

— Конец чего?! – не выдержав, вскричала Жанна.

Она была в кухне. Варила суп. Тут же заглянула Зоя и высокомерно поинтересовалась:

— А можно не кричать тут?

Жанна так на неё зыркнула, что та ушла.

— Конец семьи нашей дружной. Потеряли мы Вадьку.

— Да почему?! Ну, мам… ему уже скоро двадцать лет. Нормально, что он живёт с девушкой. А кстати, где они живут.

 

Валентина сказала, где. Жили они не в городе. Юля сама была из деревни, из большой семьи. Туда, к ним, и поехал Вадик.

На свадьбу он не позвал. Ну, то есть, звонил… говорил, что свадьба будет. А потом… не пригласил, почему-то. Все были в шоке. Искали Вадику оправдания, и… не находили.

Звонил он всё реже. Потом перестал звонить вообще. Никому не звонил – ни матери, ни отцу. Ни сестре. Они до Вадика дозванивались, конечно. Иногда. Он говорил, что жутко занят, и много работает. Что он счастлив, и у него всё хорошо. Жанна смотрела фото в соцсетях – брат и выглядел так, словно он счастлив, и у него всё хорошо. Но почему тогда он не общается с ними? Со своей семьёй, в которой родился и вырос?

— Как ты думаешь, Макс, может он что-то употребляет? – спросила Жанна.

— Я думаю, ипотеку взять. Предложение тебе сделать. Ребёнка общего родить. Вот что я думаю.

Макс недавно устроился на хорошую работу в финансовую компанию, и у них теперь были деньги. Если есть деньги, зачем жить в маленькой комнате, и терпеть несносную Зою?

— Что же касается Вадика, Жан… если он не хочет общаться, не нужно лезть. Это глупо. Хотел бы – общался. И с тобой, и с родителями.

Она расплакалась. Макс обнимал, утешал.

— Я ничего не понимаю! – всхлипывала Жанна. – Что мы сделали ему? За что так? У меня как будто руку отрезали. Или ногу. Мне больно, Максим. Понимаешь? Больно!

Она залила слезами всю его футболку. А они всё не останавливались. Словно прорвало плотину, и теперь уж точно будет потоп. Всемирный. Так ли уж это далеко от истины? Ведь их маленький мир, мир Жанны и Вадика, то ли рухнул, то ли утонул. И причины неясны – брат не объясняет ничего. И спасения не видно.

— Понимаю. Понимаю. Ш-ш-ш. – успокаивал её Макс, наплевав на новую дорогую футболку.

Жанна думала, что может если она всё выплачет, то успокоится. И не будет мучиться, скучать по брату, пытаться выяснить, за что он с ними так.

Как-то, уже спустя долгое время, позвонила мать. Сказала бесцветным голосом:

— Вадик заезжал. Машину купил новую.

— Вау. – отреагировала Жанна.

Она была уже на пятом месяце беременности. Ипотеку им дали. Сейчас, когда они уже почти обустроились в новой квартире, Максим выставил свою комнату в Нагорном районе на продажу.

— Как ты, доченька?

— У меня всё хорошо. А у вас?

Мать не ответила. После небольшой паузы она сказала:

— Ты не сердись на Вадика. Он просто ещё очень молод. Попал под влияние девушки, так бывает.

— Да всё, мам. Переболело уже всё. Нету брата Вадика, да и не надо.

— Да как это, нету. – всполошилась мать. – Есть он. Есть! Всё устаканится. Наладится всё у вас.

— Хорошо. – не стала спорить Жанна.

 

Она берегла себя – нервничать ей было нельзя. Ребёнку это совершенно ни к чему.

Прошло ещё какое-то время, родился сын, Данька. Макс был на седьмом небе от счастья. В гости приехали родители Жанны, отмечали рождение наследника.

— Со вторым-то не затягивайте. – посоветовал отец.

— Посмотрим. – сказал Макс, улыбаясь. – Мы ещё про этого ничего не поняли.

— Да зачем это нужно? – вдруг сказала Жанна. – Зачем? Чтобы потом, как вон у Максима с Зоей? Или, как у нас с Вадиком? Был у меня родной человек…

— Тише, Жанна… — попытался Макс.

— … да весь вышел. Ночная кукушка мало нам накуковала. Совсем мало. Нисколько!

Она сдержала слёзы. Отец ничего не ответил, подавленно промолчал.

Родители уехали. А через месяц позвонил Вадик. Жанна смотрела на дисплей телефона и не могла себя заставить ответить. Не могла! Телефон всё звонил и звонил. Замолкал и снова звонил. Она всё-таки нажала на зеленую трубочку:

— Да?

— Сеструха, привет! Я извиняюсь, что с запозданием… поздравляю вас, в общем. Мать говорит, настоящий богатырь!

— Кто? – совершенно глупо спросила Жанна.

— Так это… племянник мой! Даниил.

— А. Да. Богатырь. У тебя что-то случилось?

— Да нет.

— А зачем ты звонишь?

— Ладно тебе, Жан… ну был я козлом. Прости меня.

— Я не обижаюсь. Можешь дальше быть козлом.

— Да? – кисло спросил Вадик. – А я думал, в гости к вам заехать. Мелкого посмотреть.

Жанна совершенно неожиданно для себя самой выпалила, забыв все обиды:

— Заезжай.

— Да? Супер! Скоро буду в Москве по делам – заскочу.

Он не заскочил. Конечно, нет. Иногда – раз в три месяца – Вадик звонил. Спрашивал что-то дежурное. Никогда ничего не рассказывал о себе. Жанна могла только судить по фотографиям в соцсетях, что детей у них с женой Юлей пока нет.

Потом у отца сломалось в машине что-то серьёзное. Она заводилась, но ездить было опасно. Была зима. Такая… неприятная. Холодная, скользкая. Машину нужно было починить, но рисковать не хотелось – ехать в сервис на сломанной. С эвакуатором тоже не разбежишься – дорого. Юрий попросил Вадика заехать, посмотреть машину. Может тут же и отремонтировать. Вадик клятвенно пообещал заехать.

Всё это рассказала Жанне мама по телефону.

— Мам, так может я вам дам денег, на эвакуатор-то? – предложила девушка.

— Сиди! Лишние у тебя, что ли?

Лишних не было. Это правда. На ребёнка уходила просто уйма денег. Плюс ипотека. Но что теперь, машины не ремонтировать? Жанна знала, Макс поймёт.

— Мама, смотри. Если нужно, я дам. – строго сказала Жанна. – Не занимайтесь там самодеятельностью. И на эвакуатор дам. И на ремонт, если нужно. Как-нибудь ужмёмся.

— Что ты — что ты, доча. Вадик приедет, и всё сделает. Он обещал.

 

Он обещал, но всё не ехал, не ехал. А Юрию нужна была машина. Жена ушла на работу, а он сел и решил, что доедет потихоньку. И… не доехал. В легковушку Юрия врезался грузовик, а он на неисправной машине никак не смог сманеврировать. Отец Жанны и Вадика погиб.

На похороны Вадик приехал. Один. Без жены. Он стоял в сторонке, как чужой. Невидящими глазами смотрел, как плачут женщины. Мать. Жанна. Соседки. Щеке стало мокро, а потом холодно. Вадик снял перчатку и пощупал лицо. Ну и морозы в этом году в их краях… слёзы на бегу замерзают. А ведь это всё из-за него! Он виноват.

Когда всё закончилось, Вадик повернулся, чтобы уйти. На мать и сестру он смотреть не мог. Стыдно было. А ещё жалко отца до слёз. А ещё было непонятно, когда и почему он сам стал таким уродом. Вадик оглянулся на себя, вчерашнего, и обалдел. Как это могло произойти с ним?

— Вадик. – услышал он за спиной.

Повернулся. Его догоняла Жанна.

— Ты что, уезжаешь? А отца помянуть?

— Я не могу. – у него вдруг перехватило горло. – Я не могу. Это из-за меня… это я виноват. Если бы я приехал, как обещал…

— Почему – ты виноват? Папа был взрослым человеком. Он решил сесть за руль и поехать, его никто не заставлял. Матери тоже плохо. – Жанна говорила с каким-то убийственным равнодушием. – Она винит себя. Не доследила. Ушла на работу. Вот, если бы не ушла… я тоже могу внести свою лепту. Если бы я не спрашивала, а просто дала денег на эвакуатор… Это я виновата. Всем плохо, Вадик.

Она тяжело вздохнула.

— Всем жутко плохо. Но может ты всё-таки останешься? Помянуть нашего отца.

Вадик покачал головой, отвернулся и сделал шаг прочь от сестры. За спиной всё таким же равнодушным голосом сказали:

— Я тебя всё равно очень люблю. Думала, нет. А увидела, и поняла. Ты мой единственный брат. Я тебя люблю.

Вадик услышал скрип снега за спиной. Уходит. Жанка, его сестра, уходит. И снова они не будут видеться. Почему? Он и сам толком не знал. Вляпался в отношения. Кроме Юли его никто не интересовал. А Юля была против его общения с родней. Почему против? На этот вопрос у него тоже не было ответа. Он бросил их. Бросил их всех, а теперь умер папа. Насовсем. Ничего уже не исправить!

Вадик повернулся и побежал. И слёзы побежали у него из глаз, замерзая на ходу. Вадик больше не хотел жить без своей семьи. Мало ли кто там против!

— Жанка! – крикнул он, пугаясь, что она уйдёт далеко. – Жанна!

Она повернулась, Вадик подбежал и обнял её, чуть не сбив с ног. Жанна слышала, что он плачет. Чувствовала. Всё его тело содрогалось от рыданий.

— Ну всё. Всё! Успокойся. – она гладила брата по плечу. – Пойдём скорее. Холодно.

— Прости меня, пожалуйста. – прорыдал Вадик. – Прости меня, Жанночка.

Конечно, она простила.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.87MB | MySQL:68 | 0,361sec