Третий лишний ?

Муж с сыном досматривали футбольный матч по телевизору. Люба ждала мужа в спальне и волновалась. Наконец он пришёл.

— Коля, не знаю даже, как и сказать-то… мне кажется… да, нет не кажется, уже точно, у нас будет ещё один ребёнок, — наконец выдохнула она.

 

— Ничего себе! Ну и дела… так это же хорошо! Даша с Вовкой уже совсем взрослые, вот-вот упорхнут из дома. Будет нам заделье, ещё один ребёночек. Молодцы мы с тобой, однако, — сказал немного растерявшийся муж.

— Возраст у меня уже немолодой, 38 годочков, как-никак. Таких и в роддоме не любят, — продолжала сомневаться Люба.

— Какой это возраст? В Америке первого ребёнка в таком возрасте заводят. Погляди на наших артистов, этот, как его…фамилию, никак не могу выговорить, чуть не в 80 лет папашей стал, а мне всего 39. Не бери в голову, всё будет хорошо! Тебе и не надо, чтобы тебя в роддоме любили, пусть они своё дело делают. Любить тебя буду я, — успокаивал Коля свою ненаглядную Любушку.

Они поженились, как только Николай вернулся из армии. Любу он ещё в школе приметил. Славная, голубоглазая девчушка запала ему в душу. Переписывались, пока служил.

Люба разносила почту по селу. Сейчас она уже начальница, у неё в подчинении оператор и две почтальонки.

Николай после армии, как сел на грейдер, так и работал. С Любой они жили душа в душу. Родились любимые дети: дочь Даша и сын Владимир.

У них был хороший и ухоженный дом, хозяйство, огород, а как без этого? Была, конечно, машина, старенький, но надёжно работающий трактор» Беларусь .» Не бедствовали, одним словом.

Летом Николай с сыном ходили в тайгу шишку бить, потом шишки шелушили. Николай специальное приспособление смастерил, а излишки кедрового ореха продавали. Орехи всегда в цене.

Всей семьёй осенью делали вылазки на ближайшее болото, собирали клюкву и бруснику.

Дочь в этом году пошла в выпускной класс, ей шёл 17-ый год, сын был на два года моложе.

На следующее утро завтракали поздно. Выходной день и дети долго спасли. Когда все собрались за столом и с аппетитом уплетали оладушки с домашней сметанкой, Николай рассказал старшим детям новость, что скоро в их семье появится ещё один малыш, братик или сестрёнка.

Сын, как всегда был немногословен. — Интересно. Спасибо мама за оладушки, — и отправился по своим делам.

 

Реакция дочери стала для родителей шоком. Они такого никак не ожидали,

— Под старость лет все с ума сходят, а вы в первых рядах. Странное у вас желание размножаться так некстати, раньше что ли не могли сподобиться? Мне не надо ни братика, ни сестрёнку! —

И она ушла громко, хлопнув дверью. Люба заплакала. Николай успокаивал её, — Ничего, ничего, они привыкнут, вот родишь, ещё просить будут, чтобы поводиться с малышом. Всё наладится. —

Шло время, но никаких изменений к лучшему не было. Дочь не разговаривала с матерью, а потом начала откровенно грубить. Люба не жаловалась мужу, в доме и так творится не пойми что, не хотела окончательно рассорить семью.

Люба родила здоровенького мальчика, назвали Андреем.

Из роддома Любу встречал муж. Он же приготовил обед, купил тортик и привёз их… в пустой дом. Дети появились только к ночи, когда родители уже спали.

Сын со временем привык, что у него есть маленький брат и даже стал помогать матери: мог поменять ему подгузник, укачивал, брал коляску и гулял с ребёнком, чтобы мама отдохнула.

Даша игнорировала братика. Упорно делала вид, что его нет. Андрейка же был на редкость спокойным ребёнком, как чувствовал, что ему здесь не все рады. Он почти никогда не плакал, и не мешал Даше готовиться к экзаменам.

Люба тихо страдала и чувствую свою вину за то, что произошло. Она всегда считала, что у них дружная семья, а случилась непредвиденная ситуация и вся дружба рассыпалась в прах.

Однажды, после очередной колкости дочери Любы не выдержала,

— Сядь! И слушай! Видит Бог, я долго терпела, но всякому терпению приходит конец. Ты что вытворяешь? Ты почему решила, что можешь оскорблять мать? Я тебя не перестала любить и никогда не перестану. Я люблю всех детей одинаково, но и издеваться над собой больше не позволю.

Чем тебе помешал ребёнок? Тебя перестали кормить? Одевать-обувать? Ты нас с отцом считаешь стариками, которые не имели права, как ты выразилась «размножаться». Даша, ты не заметишь, как пролетит время, ты выйдешь замуж, и у тебя будут свои дети. Вот тогда тебе понадобится моя помощь. Но захочу ли я тебе помогать, вот в чём вопрос?

 

Скоро ты уедешь в город учиться. Иди и подумай, как мы будем дальше жить? Как мы расстанемся? Как враги или как родные люди? —

Даша в ответ ничего не сказала, Нет, она не изменилась в одночасье, но говорить матери гадости перестала.

— И на том спасибо, — думала Люба.

Как-то Люба пошла во двор управляться по хозяйству. Андрюша спал. Люба подоила корову и зашла в дом. От удивления она чуть не уронила подойник с молоком.

Даша укачивала брата и даже напевала ему песенку.

— Он плакал. Мне кажется, у него зубки режутся, дёсна припухли, — сказала она матери.

— Всё может быть. У тебя тоже рано зубки полезли, — ответила Люба, а про себя подумала, — Вот и славно! Теперь всё будет хорошо! —

P.S

Оказывается, бывает и такое. Когда у детей большая разница в возрасте старшие дети не всегда с восторгом принимают младших, но такое, наверное, всё же случается редко.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.83MB | MySQL:70 | 0,386sec