Как Вера Сергеевна и Василий Петрович вещи делили или милые бранятся…

Вера Сергеевна и Василий Петрович, супруги с тридцатилетнем стажем, стояли на своей маленькой кухне.

— Да, Вера, ты права. Надо делать ремонт, — с грустью в голосе произнес Василий Петрович.

— Давай обои поменяем, все веселее будет. Лена обещала приехать. Зайдет, а у нас на кухне красота. Я видела в магазине такие беленькие в цветочек.

— Зачем белые, они маркие. Давай купим темно-зеленые, как у соседей сверху. Не маркие и торжественные.

— Маркие, не маркие,- проворчала Вера Сергеевна, — Ты здесь поросенка резать собрался? Кухня в нашей однушке пять квадратов. Не то что поросенку, коту тесно.

— Да ты готовить будешь, стены маслом заляпаешь, — парировал Василий Петрович.

— Что ты такое говоришь? Я за всю жизнь ни одной капли масла не пролила. Посмотри, старый, как все блестит. Это ты постоянно свинячишь, а я убирай, — обиделась Вера Сергеевна, — Вот вчера кто чашку мою любимую разбил?

— Да этой чашке сто лет в обед. Мы ее покупали, когда еще Ленки в проекте не было. Давно ее надо было на свалку.

— Конечно, все тебе на свалку, — возмутилась Вера Сергеевна, — Может и меня на свалку выбросить собираешься? Вот дура, надо было за Сережку замуж идти, а не за тебя, дурня.

— Да, твой Сережка, убегал, аж пятки сверкали, когда я ему рожу начистил. То же мне жених. Это я тебя, дуру, пожалел, женился. А мне Светка с третьего подъезда глазки строила.

— Да к этой Светки пол города таскалось. Значит и ты захаживал? Вот она какая твоя «рыбалка». Глаза бы мои на тебя не смотрели.

— А ты и так не смотришь. Вылупишь зенки в телевизор, ничего вокруг не замечаешь.

— А куда мне смотреть? Тебя дома никогда нет, то на рыбалке, то в гараже, а может и у Светки. Хочу и смотрю, тебя спрашивать не буду.

— А ты меня никогда ни о чем не спрашиваешь. Притащила два кресла, даже не посоветовалась. Чем тебя старые не устраивали? — возмутился Василий Петрович, — Последние деньги на них спустила, а у меня лодка прохудилась. Как мне на рыбалку ехать?

— Ой, ой, ой, рыбалка. Твоя крупная рыба в спичечный коробок помещается, а мелкую, кот не ест, разглядеть не может. А кресла красивые, на них спать можно.

— Вот и спи на них. Зачем ко мне на кровать ложишься?

— Ах вот до чего дошло, ты меня выгнать собрался? Светку сюда удумал притащить? Не уйду. Сам иди на кресла и стол свой безногий забирай. Надоел он мне. Пройти к окну невозможно, — вспылила Вера Сергеевна.

— А ты свои горшки с дурацкими цветами на свой диван оттаскивай, незачем им на моей половине стоять. И отдай мою тумбочку, это мне ребята с работы подарили.

— Тогда я себе шифоньер заберу, а свои вещи можешь в свою тумбочку складывать, все равно барахло, — съязвила Вера Сергеевна.

— Тогда нечего ему стоять на моей половине.

Василий Петрович достал из тумбочки старый мелок, оглядел комнату.

— А ну сворачивай ковер, буду на полу линию чертить. Мои вещи на моей половине, твои на твоей.

Он мелом аккуратно расчертил прямую линию на полу в комнате, затем в коридоре и отправился на кухню. Вера Сергеевна мелкими шашками засеменила вслед.

— Холодильник и плиту я себе забираю, — засуетилась она.

— Ладно, а я тогда все кастрюли и сковородки. Все равно готовишь плохо.

Василий Петрович начал вынимать кухонную утварь из стола и переносить на свою половину в комнате. Вера Сергеевна быстро собрала тарелки и чашки.

— А посуда моя. Хочу посмотреть из чего ты есть будешь.

— А я посмотрю, чем ты есть будешь, — промолвил Василий Петрович и сгреб все ложки с вилками.

Все разложив на своих половинах, они уставились друг на друга.

«Мяу», — услышали они. Рыжий кот Мурзик сидел посередине комнаты, прямо на линии.

— Кис, кис, кис, Мурзик, иди ко мне, — всполошился Василий Петрович,- Помнишь, ведь это я его принес, значит он мой.

— А кто его кормил?, — быстро нашлась Вера Сергеевна, — Мурзик, котик мой, иди к мамочке.

— Давай так. К кому он подойдет, тот и хозяин, — предложил Василий Петрович.

— Давай, — согласилась Вера Сергеевна.

 

Они на перебой начали подзывать кота. Мурзик растерялся, покрутил головой и распушив хвост, чинно вышел из комнаты. Весь его вид говорил: — «Разбирайтесь сами, а я в этом бедламе участвовать не буду.»

Василий Петрович опустил глаза и заметил свернутый ковер на половине жены.

— Зачем ковер заграбастала? Его нам обоим на свадьбу подарили.

— Ничего я не грабастала, сам свернул, когда линию чертил. А как его делить будем?, — Спросила Вера Сергеевна.

— Может разрежем пополам, так справедливо будет, никому не обидно.

— Жалко. Хороший ковер. Еще долго прослужит, — вдохнула Вера Сергеевна.

— Жалко, — согласился муж.

В это время зазвонил телефон. Звонила дочка Лена.

— Телефон один, кто ответит?

— Включай громкую связь, — рассудительно решил Василий Петрович.

— Мама, папа, Мне отгулы дали, я раньше приеду. Уже билет купила. Завтра часов в десять утра ждите. Кстати, я вам такие классные обои на кухню купила, вам понравится. Приеду, кухню вашу обновим. Соскучилась очень. Люблю вас.

Вера Сергеевна и Василий Петрович сели напротив друг друга. Молча оглядели комнату. В квартире был полнейший разгром.

— Ладно, мать, некогда рассиживаться. Надо до приезда Лены порядок навести, да праздничный обед приготовить, — решительно проговорил Василий Петрович, — Ты уж прости меня, светленькие обои конечно лучше.

— Да и ты меня прости. Можно и темно-зеленые, они немаркие.

Они дружно рассмеялись и начали вместе наводить порядок. Мурзик сидел на шифоньере и внимательно наблюдал за их работой.

Лена привезла светло-зеленые обои. Очень красивые.

 

Продолжение этого рассказа:

Как Вера Сергеевна и Василий Петрович будущего зятя встречали.

Как Вера Сергеевна и Василий Петрович урожай собирали.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.87MB | MySQL:70 | 0,351sec