Королева разрушенного замка

Ника босиком прошлепала на кухню, и одарила мужа счастливым взглядом:

— Дорогой, я проснулась! Признавайся, чем так вкусно здесь пахнет!

Геннадий колдовал у плиты. Не поворачивая головы, он сказал:

— Приготовление завтрака на финальном этапе! Еще пару минут, и можно приступать к дегустации!

Ника пискнула, состроив мужу смешную рожицу:

 

— Две минуты — слишком много! Я не могу так долго ждать, потому что умираю от голода!

Геннадий быстро перевел взгляд со сковороды на женщину:

— Разве я могу допустить, чтобы моя любимая жена умерла прямо у меня на глазах!

Мужчина с ловкостью жонглера прокрутил на пальце тарелку, а потом выложил на нее омлет с ветчиной и помидорами. От скромного блюда исходил потрясающий аромат, и мужчина с удовольствием произнес:

— Насыщайся! Надеюсь, ты высоко оценишь мои кулинарные способности!

Вероника кокетливо повела глазами:

— Гена, да ты уникум! Я даже не знаю, за какие такие заслуги мне так повезло с мужем! Ты во всем мастер высочайшего класса!

Мужчина переспросил:

— Во всем?

— Во всем, во всем!

Ника двусмысленно подмигнула мужу. Геннадий присел на стул с противоположной стороны большого обеденного стола:

— Ника, ты преувеличиваешь мои способности! Я банален до безобразия, а мое единственное положительное качество- это патологическая трудоспособность! Но в условиях современной жизни это скорей, минус, чем плюс!

Молодая женщина быстро опустошила тарелку:

— Гена, не прибедняйся! До меня долетела информация, что очень скоро мой муж пойдет на повышение! А это означает, что зарплата у тебя вырастет, и ты будешь иметь возможность еще больше баловать свою жену!

Вероника уселась на колени мужа, обвив его шею руками. Она звонко чмокнула супруга в щеку. Геннадий мягко освободился от женских объятий.

— Ника, ты и так ни в чем не знаешь отказа!…И насчет повышения пока еще ничего неизвестно. Кто-то пустил утку, а ты веришь. Мне тоже много чего про тебя рассказывали!

Мужчина впился страстным взглядом в лицо женщины. Но Веронике хотелось продолжить игру, и она тоном обиженного ребенка спросила:

— Признавайся, что тебе про меня рассказывали?

Они любили подурачиться, что характерно для молодых семейных пар. Но в это утро у Гены не было настроения, потому что он всю ночь просидел над проектом, за который заказчик обещал ему солидный гонорар. Но Ника продолжала его трясти:

— Говори, что ты узнал про меня!

Лицо мужчины стало серьезным, а в его глазах появился металлический блеск.

— Ты, знаешь, что я не люблю сплетен! Поэтому не стану распространять слухи. Остановлюсь лишь на том, что мне доподлинно известно….

Тон мужа не предвещал ничего хорошего. Вероника вскочила с его колен:

— Ну, выкладывай свой компромат!

Геннадий тоже поднялся из-за стола.

— О компромате речи пока не идет. Но скажу честно — мне не нравятся твои частые командировки! Я бы еще мог смириться, если бы ты уезжала на день, а то пропадаешь сутками!

Вероника с облегчением выдохнула:

— Ах, ты об этом! Гена, меня саму это бесит, но я человек подневольный, и не могу плыть против течения.

Она преданно заглянула в глаза мужу:

— Дорогой, не надо думать о плохом! Думаешь, мне хочется оставлять тебя одного? Нет, совсем не хочется! Но, если я буду исполнительной, у меня будет больше шансов на успех.

Геннадий беззлобно произнес:

— Карьеристка!

 

Ника усмехнулась:

— Да, я такая! Но не считаю это недостатком!…Да, кстати, раз у нас зашел разговор на эту тему….Короче, завтра утром мне предстоит очередная поездка. Но ты не волнуйся! Отправляюсь я недалеко, в соседний район, и вернусь на следующий день к вечеру.

Мужчина с досадой развел руками:

— Спасибо! Ты меня очень обрадовала! Я думал, мы завтра сходим к Андреевым, Стас мне уже все уши прожужжал со своей новой квартирой….

Ника обрадовалась:

— Ой! Хорошо, что ты напомнил! Заодно я присмотрю подходящий подарок им на новоселье. Надеюсь, Андреевы будут отмечать это событие?

Геннадий смотрел на жену, и на миг ему показалось, что все в ней фальшиво. Все: и счастливая улыбка, и ее страстные поцелуи, и слова. Эта мысль пронзила мозг, и тут же выскочила из головы. Но она произвела настолько мощный эффект, что у мужчины даже участилось дыхание. Но Вероника не заметила перемены в настроении мужа. Она быстро привела себя в порядок, и, поспешно чмокнув мужа, вылетела из квартиры.

Окно кухни выходило во двор, и Геннадий видел, как его жена села в машину, которую он подарил ей на вторую годовщину их свадьбы. Нехорошая мысль снова обожгла сознание мужчины:

— Гена, твоя жена определенно что-то скрывает!

Он пытался подавить эту мысль, но брошенное в благодатную почву зерно сомнения стало быстро прорастать. Хотя Геннадий не считал себя ревнивцем, он органически не переносил ложь. А в том, что Вероника ему врала, он был уверен на двести процентов.

Но Ника даже не подозревала, чем озабочен ее муж. Она была уверена, что ее тайная вторая жизнь никогда не будем им раскрыта. Выехав со двора, женщина направилась к своему офису. Она припарковала машину на служебной стоянке, и набрала номер, которого не было в записной книжке.

— Димуля, все в порядке! Завтра жди меня после обеда!…Я попытаюсь отпроситься на работе! Да, да, я очень тебя люблю!

Приятные воспоминания о недавней встрече с молодым, и очень талантливым художником, накрыли женщину с головой. Она потянулась на водительском сиденье, как кошка, и со сладким стоном промолвила:

— Я буквально сгораю от нетерпения! Не знаю, как обуздать эту страсть!…А может, и не стоит этого делать?

Этот вопрос не впервые возникал в сознании молодой женщины. Почти полгода она пыталась найти на него правильный ответ, но все время упиралась в стену, которую нельзя было обогнуть или перепрыгнуть. И этой стеной была ее самоуверенность.

Ника была уверена, что Геннадий никогда не догадается, что у нее есть любовник. Муж в прямом смысле, боготворил ее, и готов был исполнить любое желание. Но чувства к нему давно остыли. Конечно, было бы намного честнее во всем признаться, и соединить свою судьбу с Дмитрием. Но…молодой художник не мог ей дать того, что давал муж. Именно это обстоятельно удерживало Веронику от развода.

Весь день Геннадий не мог сосредоточиться на работе. Как на зло еще с утра позвонил начальник работы:

— Гена, как у тебя идет дело с проектом?

Ему не хотелось огорчать руководителя:

— Все нормально! Осталось только перепроверить кое-какие данные….

Иван Ильич нетерпеливо перебил его:

— Гена, прошу тебя, ускорься! Сам понимаешь, что клиент у нас не простой, и мы не имеем права ударить в грязь лицом!

 

Геннадий заверил:

— Не ударим, я вам обещаю!

На всякий случай шеф предупредил:

— Смотри, Гена, если подведешь, сниму с тебя не одну, а две шкуры!

— Не успеете, Иван Ильич! Я застрелюсь, или утоплюсь!…Хотя в любом случае моя шкура останется.

— На твоем месте, Гена, я бы осторожнее шутил! Даю тебе трое суток на доработку!

— Я понял!

Гена отключил мобильник. Он долго смотрел на экран монитора, но его мысли витали за пределами рабочего кабинета. Из груди мужчины невольно вырвалось:

— Завтра…, все станет понятно завтра.

Поскольку Геннадий работал в основном в дистанционном режиме, ему не было нужды отпрашиваться у начальства. Утром следующего дня он, как обычно, приготовил завтрак на двоих. Несколько раз Вероника пыталась продемонстрировать на кухне свои таланты, но готовила она без желания, поэтому у нее всегда получалась какая-то мешанина, напичканная специями. После нескольких неудачных экспериментов супруги Геннадий сам предложил:

— Ника, не истязай себя! Ну, не дано тебе стать поваром! Я тоже слаб в некоторых хозяйственных областях: например, для меня кошмаром кажется уборка в квартире, а большая стрика представляется глобальной катастрофой. Учитывая наши индивидуальные предпочтения, можно справедливо разделить обязанности: я буду готовить завтраки, на тебе будет уборка, а ужинать можно в ресторане.

Вероника обрадовалась такому распределению. Ей не понравился только последний пункт:

— Гена, если мы будем каждый день ужинать в ресторане, очень быстро разоримся. У меня встречное предложение — по вечерам будем стряпать совместно!

Он вспоминал такое недавнее прошлое, и на душе становилось горько.

— Почему все так быстро закончилось? Или я просто накручиваю себя, и для беспокойства нет причин?

Мужчина понимал, что ответить на данный вопрос он сможет только после того, как узнает про «командировки» своей жены. Свое наблюдение он начал с раннего утра, то есть после пробуждения Ники. Но жена вела себя, как обычно. После завтрака она навела красоту, и облачилась в деловой костюм. Вызывал вопросы только единственный момент — женщина ничего не брала с собой. Как бы между прочим, Геннадий спросил:

— Ника, а где твоя дорожная сумка? Ты же на два дня уезжаешь!

Она растерялась, потом наигранно рассмеялась:

— Зачем мне с собой багаж тащить, если я смогу там, на месте все необходимое купить. Я забронировала номер в хорошем отеле, там есть ресторан с превосходной кухней…, у него такое романтическое название «Бриз».

Геннадий слушал жену, и согласно кивал головой. Он запечатлел поцелуй на ее пухлых губах, и попросил:

— Ты только не задерживайся! Я без тебя очень скучаю!

Едва на лестничной площадке затихли каблучки Вероникиных туфель, мужчина стал поспешно собираться. Еще вчера вечером он попросил Стаса одолжить ему на время свою машину. Конечно, друг ему не мог отказать, и Геннадий загодя пригнал авто во двор. Он спокойно следовал за машиной собственной жены, не опасаясь быть обнаруженным: ведь Ника не знала, какое авто у Андреева.

От столицы соседней области их отделяло чуть больше сотни километров, а это час с небольшим езды. Вероника направилась сразу не к гостинице, которую она с таким восхищением описывала, а проехала через весь город, и свернула к новому микрорайону. Оставив машину на платной стоянке, женщина вошла в подъезд высотки. Поскольку Геннадий не имел возможности продолжить слежку, он решил дожидаться продолжения событий у подъезда.

Примерно через три часа Вероника вышла из подъезда в сопровождении молодого, с иголочки одетого парня. Геннадий с удивлением подумал:

— И она променяла меня на этого сопливого пижона? Да ему лет двадцать, от силы двадцать два! А Нике уже двадцать семь!

 

Обманутый муж не стал рассуждать о том, какую роковую роль играет возрастная разница в отношениях между мужчиной и женщиной. В этот момент доминировал инстинкт охотника, преследующего свою добычу, а не страдания ревнивца. И он вел себя, как заядлый охотник, подстерегающий свою добычу.

Когда знакомое авто подкатило к ресторану, над дверями которого зазывно пульсировало неоном название «Бриз», Геннадий решил немного подождать. Мужчина пытался разобраться в своих чувствах, но с удивлением понял, что он не испытывает ни гнева, ни обиды….Только разочарование пряталось где-то в глубине души. Ему было жаль, что все лучшее он растратил на женщину, которая обманула его ожидания. Но Геннадий знал, что у него хватит сил справиться с этой бедой.

Вероника упивалась счастьем тайной встречи, когда в ресторан вошел ее муж. Она сидела спиной ко входу, и не могла видеть, как Геннадий проследовал через весь зал. Когда он остановился возле их столика, Дмитрий недовольно спросил:

— Чувак, не пялься, глаза сломаешь! Это моя женщина!

Ника резко подняла глаза вверх, и побледнела.

Гена…, почему ты здесь?

От страха глаза женщины пытались выйти за границы орбит, а губы и подбородок тряслись. Дмитрий переводил взгляд с подружки на незнакомого посетителя. Но ситуация затягивалась, и парень решился пойти на радикальные меры. Он встал, сжав кулаки:

— Эй, обезьяна облезлая! Пшел отсюда прочь! Не пугай мою девушку!

Геннадий без слов вмазал по смазливой физиономии молодого хлыща, и только потом промолвил:

— Это моя жена…, по ходу теперь уже бывшая!

Геннадий развернулся, и стремительной походкой направился к выходу. Он слышал, как Ника просила его остановиться, и выслушать ее. Но ему больше всего хотелось в тот момент никогда не видеть ее, не слышать ее голоса, забыть обо всем, что их связывало.

Он не помнит, как вернулся домой. Больше всего Геннадию хотелось в тот момент напиться, а потом забыться. Но он не поддался этому желанию.

— Нет! Я не позволю себе сделать шаг к самоуничтожению. Переживу этот удар, хотя мне очень больно сейчас. Но это, как после операции, боль будет постепенно, день за днем, притупляться.

Утром следующего дня мужчина уже мог здраво рассуждать. Он стал себя убеждать в том, что все, что случается в жизни, происходит не просто так. А любая потеря в будущем окупиться. Такой самотренинг позволил Геннадию привести в порядок свои мысли и чувства. За день он успел добить проект, о чем сообщил начальству. Иван Ильич обрадовался:

— Гена! Я готов тебя расцеловать, но боюсь, меня могут неправильно понять! Поэтому я тебе обещаю, что обязательно замолвлю словечко, когда будет решаться вопрос о назначение управляющего дочерней компанией.

У Геннадия даже дух перехватило от такой новости.

— Иван Ильич, я не готов к такому резкому «взлету».

— Поэтому я тебе и предупредил заранее, чтобы было время подготовиться!

После разговора с шефом Гена еще больше окреп духом. Он решил, что это знак свыше, а потому ему надо резко порвать с прошлым.

Вечером, когда явилась Вероника, мужчина очень спокойно сказал:

— Я собрал твои вещи! Машину можешь оставить себе, я подарки не забираю!

Ника попыталась устроить истерику.

— Гена, это просто мой друг! У нас с Димой ничего не было, и быть не может! Я клянусь тебе!

Он смотрел на нее так, словно пытался проникнуть к ней в голову. Молодая женщина ежилась под этим взглядом.

 

— Геночка, ну зачем так горячиться! Ты же знаешь, что я тебя люблю! Давай, заведем ребеночка, ты же все время хотел детей….

Ника протянула руки к мужу, но он отшатнулся от нее:

— Не смей ко мне прикасаться! Я не верю тебе, и благодарен Богу, что у нас с тобой нет детей!…Я думал, ты фея, неземное создание! А ты,…ты обычная, распутная баба!…Уходи! Я не желаю видеть тебя!

Вероника не двигалась с места. Она явственно слышала, как рушится построенный ею замок, в котором она была королевой. Но тот, которого она считала наивным простачком, и часто смеялась над ним, называя его «папой Карло», теперь выгонял ее на улицу. Нечто напоминающее звериный рык вырвалось из уст женщины:

— Гена, ты не можешь так поступить со мной!

— Почему не могу? Ты смогла, и я могу!…Я даже готов помочь тебе!

Геннадий в каком-то диком кураже схватил вещи супруги, и поволок их к дверям, не обращая никакого внимания на угрозы женщины. Когда операция под кодовым названием «выселение», была завершена, он долго стоял у окна, наблюдая, как Вероника грузит свои пожитки в багажник подаренной им машины. Перед тем, как навсегда уйти из его жизни, Вероника долго смотрела на окно, по ту сторону которого стоял ее муж.

Вероника с трудом взобралась на крыльцо дома хрущевской эпохи, где они с Дмитрием снимали квартиру. Вернее сказать, за жилье, как и за все прочие блага, платила она. Ибо непризнанный гений, каким себя считал ее молодой любовник, все эти три года находился в творческом поиске. Он выходил на натуру, пытался писать портреты, но все потуги не имели успеха. Но Вероника терпела, потому что верила в своего избранника.

Она окинула взглядом ряды сверкающих автомобилей, и тяжело вздохнула. Когда-то ее безумно красная тачка тоже стояла здесь. Ника долго горевала после продажи машины. Она успокаивала себя мыслью:

— За все в этом мире надо платить! А за возможность быть с любимым — двойной тариф!

Женщина набрала в грудь побольше воздуха, чтобы беспрепятственно совершить восхождение на пятый, самый последний этаж. И это ей удалось, хотя она чуть не упала на финише. Дверь квартиры была приоткрыта, и Ника бесшумно пробралась в прихожую. Она хотела громко известить любовника о своем приходе, но вовремя остановилась, потому что Дима с кем-то говорил по телефону.

— Алиса, не торопи меня, пожалуйста! Мы с тобой это уже обсуждали не раз, и ты согласилась с тем, что надо немного подождать!…Ну, как ты не поймешь, что я не могу ее выгнать!…Почему? Да хотя бы потому, что она все оплачивает: и квартиру эту галимую, и жрачку….Алиса! Не бросай трубку! Обещаю тебе, что как только продам хоть пару своих картин, я выгоню эту старуху!

Слезы струились по щекам Ники, но она не могла даже пошевелиться. Горькая правда пригвоздила ее к полу прихожей. Дмитрий еще несколько минут говорил с Алисой, о существовании которая Ника до этого дня ничего не знала.

Потом он показался в прихожей, и радостно воскликнул:

— О! Моя мамуля пришла! И чего вкусненького ты своему малышу принесла?

Вероника с размаху влепила сначала одну, затем вторую оплеуху:

— Вот, что я тебе принесла! Мразь! Ничтожество!…Убирайся, и чтобы твоего духу через минуту здесь не было!

Дмитрий смотрел на разбушевавшуюся женщину широко распахнутыми глазами:

— Ника, ты чего взбесилась?

Но ее уже было не остановить. Она хватала его вещи, и тут же выкидывала на площадку:

— Я думала ты меня любишь, а ты просто использовал меня!

Поначалу Дмитрий пытался вернуть вещи в квартиру, но потом разозлился, и стал оскорблять ту, которая пожертвовала ради него всем: благополучной жизнью, карьерой, надеждами….

Дмитрий кривлялся и кричал:

— Неужели ты думала, что я действительно тебя люблю? Да ты же полная уродина, и вдобавок старая!…Я уйду сегодня, но завтра ты сама приползешь ко мне! Ты будешь меня умолять….

 

Поток слов обиженного любовника прекратил живописный пинок, которым на прощание наградила его Вероника. Тот вечер она провела в одиночестве, пытаясь понять, как это все могло с ней случиться.

Утром Вероника позвонила хозяйке, и сообщила, что освобождает жилплощадь. Хозяйка с вызовом заявила:

— Мне все равно, но деньги я не верну!

Хотя Ника очень нуждалась в деньгах, она не стала отстаивать свое право.

Оказавшись перед дверью квартиры, где прошли четыре, самых счастливых года ее жизни, Ника не могла справиться с волнением. Несколько раз ее рука тянулась к звонку, но она боялась нажать на кнопку. Наконец, она решилась. За дверью сразу послышались незнакомые, легкие шаги. На пороге стояла миловидная брюнетка с маленьким ребенком на руках. Хозяйка с улыбкой спросила:

— Вам кого?

Ника с трудом выдавила:

— Извините, я ошиблась!

Сзади послышался голос Геннадия:

— Светик, кто там?

Вероника боялась этой встречи. Но после того, что она увидела, она испугалась еще больше. Она резко развернулась и побежала вниз по ступенькам.

До ее слуха донеслось:

— Да, женщина какая-то, адресом ошиблась!

Дверь квартиры, за которой осталось Вероникино счастье, громко захлопнулась. И Ника поняла, что это навсегда.

Автор Татьяна Ковалева

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.88MB | MySQL:68 | 0,390sec