Ностальгия в раю

В благословенную страну они переехали почти пятнадцать лет назад. Сюда, еще раньше, переехала одна семья — знакомые их родственников, родственники часто рассказывали о том, как у них дела, те хвалили страну, в которой теперь жили, многое там нравилось, хотя были и проблемы, конечно. Но Рита слышала не о проблемах, которые казались ей вовсе несущественными, а только о плюсах. Идея переезда возникла и у нее и у мужа практически одновременно. Почему бы не попробовать?

 

Конечно, в России была неплохая работа — и у нее и у мужа, но в свое время им приходилось искать разные подработки, и вовсе не по профилю. Муж неплохо разбирался в автомобилях, и постепенно эта его страсть и стала источником дохода, а не работа на большом и когда-то престижном предприятии, которое медленно, но неизбежно приходило в упадок.

Сама Рита, немного подумав, решила освоить профессию парикмахера. Разумеется, за плечами высшее образование, однако работа инженером не больно-то оплачивалась, даже на оборонном предприятии. И подстригать и делать прически Рита умела давно, вся семья этим пользовалась, даже родственники нередко к ней обращались, Рита не отказывала.

Идею подала подруга.

— Рит… Руки у тебя тем самым местом прикреплены. Спасибо тебе огромное.

Подруга не оставалась в долгу и приносила, «к празднику пригодится», что-то к столу, как бы расплачиваясь с Ритой за проделанную работу. С подругой их много что связывало и Рита сначала отнекивалась от подношений, мало ли чем и она подруге должна. Но Даша настаивала:

— Ритка, ты не представляешь, сколько с меня в парикмахерской взяли бы за такую прическу! Бери, и даже не думай.

С Дашей Рита общалась постоянно, делилась проблемами — на работе грузят, а с зарплатой, увы, не так благополучно, как с объемом работы. Даша не раз говорила, чтобы Ритка бросала к чертям свою оборонку и находила себе другую работу, да вот хотя бы парикмахером.

Рита все же сомневалась, одно дело — увлечение, другое… Но Даша стала подгонять к ней клиенток. те были чрезвычайно довольны, а деньги Рита постепенно научилась брать, уже не стеснялась этого. Прошла курсы парикмахерского мастерства, получила сертификат, число клиенток стало расти. Она втягивалась в своё былое увлечение всё больше, часто посещала мастер-классы, деньги теперь на это были.

Со временем совсем оставила прежнюю работу и стала работать вот так — на дому, клиенток было много и почти все они становились постоянными.

А с переездом в другую страну… Если бы в доме не появились деньги, то такой идеи и не возникло бы. Но она теперь прекрасно зарабатывала, доход мужа тоже стал более, чем хороший. Они стали жить так, как и не представляли еще несколько лет назад. Теперь же оба прошли языковые курсы, подали документы. Сын был против переезда, недавно женился, жена ждала ребенка. Но сами они уже не хотели отказаться от такой манящей затеи, жить в такой стране, ездить купаться на океан, почти всегда тепло… Страна манила своей необычностью и хорошими перспективами, они давно уже знали, что там живет очень много выходцев из России, и живут неплохо. Ответа пришлось ждать очень долго, что не было для них неожиданностью. Но, в конце концов, получили одобрение и переехали в благословенную страну с западным менталитетом и, на их взгляд, неплохим климатом.

 

Сначала снимали квартиру, не очень большую, идея построить здесь свой собственный дом была у них изначально, они все же немало общались с русскими иммигрантами, проживающими здесь, так что знали, что делать.

Рита сначала смогла устроиться в фирму, занимающуюся недвижимостью, работать приходилось очень много, да и добираться до работы — тоже. Работа была вспомогательная, с бумагами, поэтому нельзя сказать, что она много зарабатывала. Слава устроился в частную автомастерскую и тоже зарабатывал пока немного. Дочка, Алиса, пошла в школу, у нее все было более-менее благополучно, довольно быстро нашла себе подруг. Рита боялась, что у дочки могут быть проблемы, но этого, к счастью, не случилось.

Обжившись, стали присматривать участок для строительства дома, средства, накопленные в России, это позволяли. Дом строили пару лет, вложили почти все, что у них было. По законам страны, они не могли всё делать самостоятельно, а должны были нанимать профессионалов для выполнения немалой части работы. Впрочем, самостоятельно они и не смогли бы всё сделать, конечно.

Рита, поработав несколько лет в своей конторе (куда ее еще устроили по протекции), поняла, что особого карьерного роста не будет. Работать приходилось много, из дома Рита выезжала около семи утра и возвращалась в восьмом часу вечера. Сейчас она уже хорошо владела разговорным языком и, наконец, решила вложить деньги в обучение, здесь требовались местные документы, только по российским сертификатам работать не давали, стала мастером татуажа. Дом был уже отделан и обжит, так что скоро Рита смогла работать уже там, клиенток было не стыдно принимать, ремонт в доме был очень хороший, район считался достаточно престижным. Муж к тому времени тоже сменил работу, автомастерских хватало и здесь, машины были практически у всех. В новой мастерской он зарабатывал намного больше, дела у них снова пошли хорошо, как и когда-то в России.

Теперь, казалось бы, живи да радуйся. Так, собственно, они и жили, присылая фотографии родственникам и знакомым. Те только охали, дом казался им великолепным. Одноэтажный, с огромной светлой кухней, интерьер всех помещений со стороны выглядел просто дизайнерским, хотя такого они, конечно, не могли себе позволить. Но мебель Рита выбирала сама, и, разумеется, хорошую. Обустроила она и сад, всё, как у людей — с декоративными кустарниками, зоной отдыха, цветами и лужайкой. Не хуже, чем у соседей.

 

Выезжая в местный супермаркет, не очень большой, но уютный, специально для жителей их района, Рита каждый раз не уставала удивляться безлюдию улиц. Их район состоял из частных домов и был совсем немаленький, но только иногда можно было увидеть человека, прогуливающегося с собакой или спортсменов-бегунов. Просто гуляющих людей почти не было, зато было множество машин. В супермаркете народ, конечно, был.

Общалась с клиентками, те нередко рассказывали о своей жизни, иногда и жаловались. Рита старалась поддержать, как могла, хотя бы просто выслушать, если были какие-то проблемы. Клиентки у нее были разного возраста, среди них немало и молодых женщин, и Рита просто поражалась их желанию поговорить. Неужели у них нет для этого подруг? Сама она, живя в России и посещая мастеров салонов красоты, никогда не имела желания изливать что-то про свою жизнь, разговоры, если и были, носили достаточно поверхностный характер.

А здесь… Конечно, не все клиентки так себя вели, да и не сразу, а только когда становились постоянными. Помимо татуажа, Рита, заплатив немалые деньги и пройдя обучение, занималась теперь и другими услугами — реснички, ноготочки, в общем, клиентки обращались к ней нередко далеко не по разу. И некоторые, да их было не так и мало, были вовсе не прочь поговорить о своих делах и проблемах. Одна даже призналась, что стала реже посещать своего психотерапевта, так ей повезло, что встретила замечательного мастера, из России. Даже сказала, что русские женщины очень добрые и понимающие.

У самой Риты подруг здесь практически не было. Конечно, она общалась с соседками, но это общение было не дружеским, а именно — добрососедским, и не более того. Постепенно у нее возникло ощущение какой-то всеобъемлющей пустоты вокруг. Пустота — отсутствие людей на улицах ее района, пустота — отсутствие полноценного общения с людьми. Город был большой, но иногда казался ей каким-то призрачным, словно и были здесь люди, и немало, — и не было их.

В центр Рита выбиралась не часто, вот там людей она встречала много, но тоже не везде. Однажды она решила заехать в парк около залива, поснимать какаду, которых здесь было много и орали они хуже ворон. Какаду быстро слопали все, что у нее было, а потом стали ее немного сторониться. Ей удалось снять несколько забавных сцен. Но ее поразило, что в ухоженном парке какаду было просто огромное количество, а людей — нет. Даже детская площадка, прекрасно оборудованная, была совершенно пустой. Конечно, это был будний день, но Риту снова преследовало ощущение эфемерности происходящего, словно она жила вовсе не в городе, население которого составляло несколько миллионов человек, а в каком-то пустынном месте, где, наверно, хорошо себя чувствовал бы любой отшельник. Но не она.

 

Ощущение ностальгии наваливалось на нее год от года все сильнее и сильнее, становилось даже навязчивым, чем-то вроде болезни. Общаться с русскоязычными тоже не особо получалось. Были здесь какие-то клубы для иммигрантов и Рита часто слышала истории, что люди нашли себе здесь друзей, но у нее это не получилось. При таком общении она не могла избавиться от впечатления, что это что-то искусственное. Это ощущение оставляло ее только при общении в магазинах, вот там было все настоящее, жизненное.

Жили они, вроде, и очень благополучно, однако, Рита давно это поняла, чувство пустоты хорошо стало знакомо и ее мужу. Многие, очень многие иммигранты вполне вливались в жизнь страны и замечательного города, когда-то — города их мечты. Однако Рита с мужем по себе поняли, что это удается не всем.

Дочка закончила колледж и устроилась на работу, вот она была вполне довольна жизнью и все их воспоминания о жизни на Родине не понимала. У кого — у кого, а у нее была настоящая, хорошая, насыщенная жизнь.

Их решение вернуться в Россию она сначала не восприняла всерьез. Но они приняли это решение совместно с мужем — ну не дышалось им легко в этой стране! Сын за все эти годы приезжал в гости всего пару раз, просто жили они теперь от родной страны очень далеко, перелеты стоили баснословно. Сын мог себе это позволить, привозил всю семью, они с мужем, это было раньше, уговаривали его поселиться здесь, в этом городе, рядом с ними. Его переезд сюда на постоянное местожительство смог бы многое изменить в их жизни, однако переезжать сын не собирался, смеялся и говорил, что ему и у себя, в родном городе, живется хорошо.

Дочка же заявила, что она категорически против возвращения в Россию и даже устраивала сцены — и слышать о таком не хотела! Прошло еще несколько лет, дочь вышла замуж, а мысли о возвращении на Родину не оставляли Риту и ее мужа. Еще через три года они смогли вернуться.

 

Рита понимала, что они со Славой теперь далеко не молоды, но ее ничего не пугало. Оба они смогли найти работу, а заработанные средства помогли им купить очень хорошую квартиру в родном городе. Теперь Рита понимала, что значит — жить! Теперь, когда она познакомилась с неизведанной раньше пустотой и вытягивающим душу зверем — ностальгией.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.88MB | MySQL:68 | 0,373sec