Последняя капля

Будильник противно запищал в 6.00. Наташа сразу же отключила сигнал, хотя это было не обязательно. В их доме много комнат, так что домашние всё равно его не услышали и продолжали спать. По правде говоря, она проснулась уже минут десять назад, но пока лежала с закрытыми глазами, прислушиваясь к себе и собираясь с силами. Потом встала и первым делом привычно прошла на кухню. Пока закипала вода в чайнике, Наташа вспомнила, что вчера купила для себя сок. Почему-то ей ужасно захотелось именно гранатового, вот просто как никогда в жизни. Она открыла холодильник, но сока там не обнаружилось. Не было его и на столе, и даже в шкафу. А в помойном ведре сиротливо лежала выпитая кем-то литровая пачка гранатового сока. Её сока. Это и стало последней каплей…

 

***

Наташу запросто можно назвать образцовой матерью и женой. Она твёрдой рукой ведёт хозяйство и прилагает максимум усилий, чтобы в их доме всегда было чисто и уютно, рубашки мужа отглажены, уроки сделаны, а обед непременно состоял из трёх блюд и компота.

Их семья выбрала тихую загородную жизнь пару лет назад, причём инициатива исходила от мужа Фёдора.

– Ну что мы всё маемся в пыльной Москве? Надо переезжать на природу, в нормальное просторное жильё. Далеко мы и не уедем – купим дом в ближайшем Подмосковье. На работу буду тратить столько же времени, что и по городским пробкам, – уговаривал он.

– Не знаю, не знаю, – пыталась возразить Наташа. – Ладно Петя, ему пока два года. А как же Артём и Василиса? Как же их школа? Артём в седьмом классе, пора уже думать о подготовке к экзаменам. А Василиса сейчас в третьем, и не хотелось бы менять учебное заведение до окончания началки. И потом, кто будет отвозить их на машине?

Ещё Наташу беспокоила собственная работа, вернее, её отсутствие. Нет, семья не нуждалась – Фёдор отлично зарабатывал и мог обеспечивать безбедную жизнь супруге и детям. Да вот только ей было уже невмоготу сидеть дома. Хотелось чувствовать себя нужной не только в кругу семьи, но и за её пределами.

В конце концов Фёдор сумел уговорить жену. Они взяли участок с уже готовым домом и около года его обустраивали под себя. Наташа погрузилась в новые бытовые хлопоты, которые занимали всё её время. Зато приехавшие на новоселье родственники не могли скрыть своего восхищения, а кое-кто – и зависти. Ещё бы, комфортабельный двухэтажный дом с большим ухоженным участком (а в планах был ещё и бассейн) для многих был несбыточной мечтой.

Когда все дела по переезду и благоустройству были благополучно завершены, потекла размеренная жизнь. Старшие дети продолжали ходить в школу, куда их каждое утро отвозил отец, а младшего было решено оставить домашним, несадиковым, ребёнком. Сначала Наташа сама с ним занималась, а потом начала возить на модные нынче «развивашки» в ближний городок за пару километров от дома – там как раз построили новый жилой квартал, и при нём открылся детский центр.

 

Там она познакомилась с такими же мамочками, вынужденными обходиться без детского сада, но желающими социализировать своих детей. Наташа проездила туда с Петей около года, а потом их любимый развивающий центр закрыли – хозяин прогорел или что-то в этом роде. Так или иначе, они чуть было не остались без занятий, но одна из мам, Кристина, женщина с кипучей энергией и острым умом, придумала одну штуку – родительский клуб. Она жила в одном коттеджном посёлке с Наташей и тоже сидела дома с двумя детьми, пока её муж зарабатывал на сытую жизнь. Когда закрыли детский центр, она позвала знакомых мамочек с детьми к себе домой. Пока малыши играли, их мамы пили чай и общались. Такой формат встреч настолько пришёлся всем по душе, что решили собираться по два-три раза в неделю, причём в разных домах. Сначала хозяйка дома проводила общее занятие для ребят, например, рисовала, лепила, читала книги или ещё что-то, а потом у детей наступало свободное время для игры, а их мамы тоже могли провести время с пользой.

В одну из таких встреч всплыла тема послеродовой депрессии. Кристина имела психологическое образование и до декрета работала женским коучем. Она и рассказала подругам о том, что депрессивное состояние после рождения детей испытывает большинство мам, но об этом просто не принято говорить.

Наташу тогда это очень удивило.

– Девчонки, ну какая депрессия! Тут день расписан по минутам. Вот с вами едва выкраиваю время для встречи. А так, как белка в колесе кручусь-верчусь. Готовка, стирка, проверка домашнего задания, постоянные сопли детей, да и с мужем… не всё гладко бывает. Ему, видимо, уже не до романтики.

– Это всё потому, что мы, женщины, привыкли жить ради других, – возразила ей Кристина, – мы привыкли ставить интересы других – мужа, детей, да кого угодно – выше собственных. Отсюда и проблемы. Вот скажите, девочки, когда вы в последний раз делали что-то для себя, понимаете? Для себя. Что-то, чего бы хотелось именно вам?

Все стали отшучиваться, мол, ну какая ерунда. Миллионы женщин во всём мире так живут, и ничего. И что значит – для себя? Вот готовит с утра мама и жена вкусный завтрак – так он же для всех, и для неё тоже. Убирается в доме? Делает доброе дело для всех.

– Слушайте, – вдруг сказала Наташа. – Так ведь многие из нас ещё и работать умудряются, причём быть главными добытчиками в семье. Мы ведь ого-го какие выносливые.

Все тогда посмеялись. Но Наташу почему-то очень зацепила та встреча, особенно – разговор. Она начала задумываться, а нравится ли ей вообще её жизнь? А что она, собственно, делает не для галочки, потому что «так надо», а для себя? Вот просто так? Каждый её день здорово смахивает на «день сурка». Выглядит это примерно так.

 

***

Она ставит будильник на 6 утра. Идёт готовить завтрак, да не из одного блюда, а минимум из двух-трёх на выбор. Потому что угодить сразу всем домочадцам не получается. Муж предпочитает свежесваренный кофе с бутербродом, иногда яичницу. Артём, старший сын, вообще с утра ничего не ест, и ей приходится уговаривать его всякий раз выпить хотя бы чаю, но он «уважает» исключительно зелёный, бог его знает почему. Василиса любит блинчики и сырники. Но обязательно с вареньем. Оно может быть любым, но «только чтобы не красного цвета». Петенька есть кашу, но каждую неделю – новую. Вот такая у него особенность. На одной неделе идёт «на ура» манная, на другой – овсянка, на третьей – рисовая и так далее. А что ест Наташа? Да что останется от остальных.

Пока завтрак готовится, она успевает сделать зарядку и полить любимые цветы. Ближе к семи часам просыпается Фёдор. А Наташа идёт будить школьников – то ещё удовольствие. Василиса только входит в подростковый возраст, а Артём в нём уже давно и, как говорится, надолго. Каждый родитель подростка знает, каково это – каждый день иметь дело с эмоционально неуравновешенным, по любому вопросу имеющим своё мнение «чадом», который способен довести любого до нервного срыва. А у Наташи таких подростков двое, приходится проявлять чудеса педагогики.

Потом она собирает им с собой перекус в контейнерах – да, каждому свой. Потому что «ты дома сидишь, неужели тебе трудно приготовить то, что мы любим». В выходные дни и на каникулах тоже не легче – приходится буквально привязывать себя к плите. Ещё Фёдор любит приглашать друзей и родственников, которых у него, в отличие от Наташи, великое множество, и встречаться они любят регулярно.

Обычно Фёдор отвозит школьников на занятия, а Наташа остаётся дома и идёт будить Петю. Дальше её ждёт долгий и беспокойный день: позаниматься с Петей, приготовить обед, а затем вместе с младшим заехать в школу за старшими. У каждого ребёнка есть свои дополнительные занятия и репетиторы, это тоже всё нужно учесть и подстроиться под их график. А потом проверить уроки. Это отдельная тема. В общем, у Наташи до самого вечера расписана буквально каждая минута.

 

В последнее время справляться со своими обязанностями мамы и жены ей почему-то стало особенно тяжело. Ничего не радовало, а раздражение возникало буквально на пустом месте. Она срывалась на старших детях, а те огрызались в ответ. Фёдор как будто устранился от процесса воспитания. Иногда у Наташи складывается впечатление, что он специально задерживается на работе и берёт самые сложные проекты – лишь бы не быть с семьёй. Они даже редко разговаривают теперь друг с другом – так, перебросятся парой дежурных фраз, и всё.

Встречи с мамами стали для неё глотком свежего воздуха. Она, наконец, нашла единомышленников, с которыми ей было интересно. На очередной такой встрече Кристина, заметив Наташины грустные глаза и уставший вид, вдруг сказала:

– Тебе нужно срочно менять что-то в жизни, иначе всем будет плохо.

– Да что я могу… – начала Наташа, но та её перебила.

– Ты просто послушай. Возьми отпуск и поезжай куда-нибудь, только обязательно одна.

– И что, бросить семью? Нет, я так не смогу. Они – вся моя жизнь.

– Ты положила свою жизнь на то, чтобы быть для них удобной, – не унималась Кристина. – Теперь пришла твоя очередь быть счастливой. Поверь, когда последняя капля твоего терпения иссякнет, то может быть уже поздно.

***

Последняя капля… Наташа, сама не зная зачем, полезла в мусорное ведро, достала выброшенную пачку сока и перевернула. Из неё вылилась сиротливая капля гранатового цвета.

Внезапно Наташа подскочила, как ужаленная, и понеслась в свою комнату (они с Фёдором давно спали в разных комнатах). Наскоро одевшись, схватила дорожную сумку, которую она обычно брала с собой в летний отпуск, и побросала туда первую попавшуюся под руку одежду. Чуть не забыла про паспорт – пришлось вернуться за ним на полпути из комнаты. Взяла банковские карты, немного наличных и ключи от своей машины.

Она успела выехать, когда все ещё спали. Просто поехала по шоссе вперёд, куда глаза глядят. Ей было так легко, как, наверное, не было уже много лет. Она чувствовала себя птичкой, выпорхнувшей из тесной клетки, и к ней внезапно пришло ощущение такого счастья, что она даже остановила машину и долго смеялась. Вдруг зазвонил телефон. Муж! Она сбросила вызов. Ещё несколько звонков. Наташа не ответила и на них, а потом и вовсе отключила телефон.

Она просто ехала вперёд, туда, где хотя бы какое-то время она будет самой собой, и где ровно в 6.00 не будет звонить будильник…

Автор рассказа: Юлия Кон

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.9MB | MySQL:68 | 0,357sec