Счастье мимолетное…

Надежда сидела в большой аудитории института последипломного образования в третьем ряду от окна. Вокруг нее было много слушателей –на курсы повышения квалификации съехались учителя со всей области. В аудитории горел свет, а за окном проплывал осенний день.

 

Когда шум затих, на кафедру поднялся лектор. Шла третья пара, учителя изрядно устали. Уже и не надеялись услышать что-нибудь интересное. Но когда прозвучал бархатно-приятный голос, сразу стало тихо. Лектор непринужденно рассказывал о современных проблемах школы, точнее, своего лицея, директором которого он был.

Надежда смотрела в окно, наблюдала за серым небосводом, пока не услышала голос соседки:

– Я знаю этого директора. В прошлом году была в его лицее. Не школа – сказка.

В голосе соседки слышался восторг. Надежда тоже посмотрела на лектора. Их глаза встретились, и женщине вдруг показалось, что рассказывает он все только для нее. Стало неуютно и неловко от взгляда темных глаз, заглянувших ей прямо в душу. После звонка в числе первых она выбежала в коридор и направилась в общежитие.

На другой день группу педагогов пригласили в лицей. Она ушла вместе со всеми. Директор со своим заместителем встречал учителей в вестибюле школы, здоровался с ними. Надежда снова поймала на себе его теплый взгляд, почему-то испугалась и поспешила затеряться между коллегами. Многое увидела она в тот день в лицее, позавидовала городским учителям, работавшим в гораздо лучших условиях, чем сельские.

Когда экскурсия закончилась, директор подошел к ней в коридоре и предложил подняться к нему в кабинет. Надежда удивилась, но согласилась.

Кабинет директора оформлял опытный дизайнер, решила Надежда, осмотрев помещение. Все было безупречно: от потолка до ручки двери. Директор сказал, что Надежда для него – самая дорогая гостья из всех, кто когда-либо переступал порог кабинета. Надежда снова удивилась:

– Разве мы с вами знакомы?

– В жизни мы никогда раньше не встречались, но во снах я видел вас не раз, точнее, ваши глаза. Они мне снились, звали за собой. И я стал думать о них. Так много думал, что встретил в жизни. Слава Богу, наконец-то встретил…

– Я вас не знаю. Мы слишком поздно встретились, у меня муж и двое детей. Наверное, вы меня просто с кем-то спутали. Простите, мне пора идти.

– Пожалуй, этот кабинет так удручающе влияет на вас. Я отвезу вас в общежитие. По дороге и поговорим.

Они ехали по городу на его иномарке так медленно, словно не ехали, а плыли. Надежда думала: ей уже сорок лет, даже в молодости она никогда не считала себя красавицей. И вдруг это!..

Он остановил машину у входа в парк, открыл дверцу, улыбнулся и вежливо протянул руку. В парке было безлюдно. Вдоль аллей стояли безлистные клены, скучали по людям пустые лавочки, увядшие листья в агонии сгорали на аллеях. Осеннее небо надвинулось на парк серо-бурой стеной.

 

Долго бродили молча. Надежде было приятно идти рядом с почти незнакомым мужчиной, слушать шорох листьев и крик ворон. Краем глаза она видела его русые, едва седеющие волосы, горячий взгляд темных глаз из-под пушистых ресниц. Мужчина был не просто красивым, а очень красивым. Она вдруг взглянула на себя со стороны и обомлела: серая золушка! Не та, с которой когда-нибудь будет принцесса, а та, которая навсегда в жизни останется золушкой. Она же ему не ровня ни по красоте, ни по условиям жизни! Он походил на идеал, но она уже давно в идеалы не верила. Чего ему не хватает? Надоели богатство и красота, потянуло на бедность и посредственность в женщинах, на сгусток комплексов?

– Вы меня боитесь, поэтому так напряжены, – именно так он начал разговор. – Не убегайте от меня. Этого не миновать. Я очень долго шел к этой встрече с вами. В детстве имел все, чего душа желала: каникулы проводил в лучших лагерях, учился отлично. Получил все, что хотел в жизни. Не было только настоящей любви. Такого, чтоб на всю жизнь. В двадцать лет мне приснился сон, в котором я увидел отчетливые серо-голубые глаза и тоненькую фигурку, которой они принадлежали. Эти глаза излучали свет и пленили меня. Проснувшись, я стал искать их в женщинах. Однажды думал, что нашел, женился, надеясь на счастье. Через неделю, когда свадебный чад прошел, понял, что ошибся. Глаза были серо-голубые, но в них не было света, они не излучали тепла. Жена это почувствовала и страдала. Я сочувствовал ей, но помочь не мог – любви не было. Где нет любви, там нет ревности. Я оставил Роксану и вернулся к родителям. Позже мы развелись.

Надежда слушала его исповедь и не могла понять, зачем она здесь сидит. И почему этот красивый мужчина, который мог бы покорить любую женщину, рассказывает ей о своей несчастливой жизни. В ее сердце зарождалось чувство сострадания, но в то же время появлялось и чувство страха: а что, если он выбрал этот маневр, чтобы заморочить ей голову и сделать своей очередной жертвой?

И сама не поняла, как очутилась в его жилище. Он жил на третьем этаже в шикарной трехкомнатной квартире с мягкими креслами и пушистыми коврами, где были все удобства. В оконное стекло заглядывали осенние сумерки, а Надежда думала о том, сколько всего они видели здесь, в комнате с желто-матовым торшером, с хрустальными бокалами в серванте. Олег (он так представился ей) прикатил в комнату столик на колесиках, на котором были мандарины, кофе, лимоны, коньяк и хризантемы. Его глаза сверкали от счастья. И она забыла обо всем.

На следующий день Олег отвез Надю в институт, публично поцеловал и обещал встретить после занятий. Она слушала лекции и чувствовала за спиной крылья любви. Вместе с тем боялась, что он может больше и не приехать.

Время тянулось долго. Но вот из деканата принесли известие, что последней пары не будет: преподаватель заболел. Все с облегчением вздохнули и разбрелись. А Надежда растерялась. Чтобы не торчать у института, пошла по улице мимо магазинов, ресторанов, музеев, библиотек. На щеках и губах еще горели его поцелуи. Может, последние…

 

Заплакало осеннее небо. Его слезы тихо падали на асфальт и таяли в нем. Осенняя морось миллионами мелких холодных капель бесшумно купала улицы, площади, деревья. Надежда даже не раскрыла зонтик. Принимала холодный душ и чувствовала облегчение. Сама себе казалась ничтожной, потому что поверила случайному человеку. Ее слезы смешались с каплями дождя и стекали по лицу.

Вдруг кто-то обнял ее за плечи. Оглянувшись, она увидела Олега. Он стоял в осеннем плаще, в его глазах была тревога.

– Спасибо тебе, Боже, что нашел, – только и произнес.

Торопливо открыл дверцу машины, усадил Надежду на сиденье, перед тем сняв с нее влажное пальто. Она молчала всю дорогу. Бурная радость охватила ее тело: он все же нашел ее. Рядом звучал его голос:

– В поисках тебя я объездил весь город, был в общежитии, в институте, в кинотеатрах, библиотеках. Уже надежду потерял, что найду. На себя сердился: почему не дал тебе ключ от квартиры, когда прощались утром? Хотел встретить сам. Скажи хоть слово, моя любимая! Вместе с тобой счастье побывало в моем доме. В лицее даже интересовались, почему я сегодня такой сияющий.

Надежда произнесла дрожащим голосом:

– Я плохо думала о тебе, сомневалась в твоей искренности, мучилась, хотела из сердца вырвать, но не смогла. – И расплакалась.

Он остановил машину, крепко обнял и прижал ее к себе:

– Меня ты уже никогда не забудешь, не вырвешь из сердца, потому что моя любовь высока, как летнее небо, навязчива, словно осенняя морось, просветленная, как солнце после нее, божественная, сказочная, неземная.

И Надежда снова ему поверила.

Две недели она жила как в раю. Олег каждый день дарил ей розы – белые, розовые, красные. После пар не расставались: вместе читали прессу, смотрели передачи по телевизору, готовили ужин, стирали. Ей казалось, что она знает его всю жизнь. Изредка возникала мысль: как же в деревне она будет жить без него? Поделилась с ним своей тревогой. Олег удивился:

– Почему без меня? Я буду с тобой всегда, мой дух незримо прилетит к тебе, только тело останется в этой скучной квартире. Я рад, что ты будешь думать обо мне, будешь любить меня. Я буду ждать тебя каждый день, буду звонить тебе, если разрешишь. А прикажешь приехать – приеду в любой час дня и ночи…

 

Надежда вздохнула:

– К сожалению, я не могу распоряжаться своей жизнью. У меня хозяйство: дом, два огорода, старушка-мать, дети, муж. Куда я их дену? Что мне делать? Я просто не в состоянии оставить их на произвол судьбы, ты понимаешь всю сложность моего положения? Не можешь ты мне каждый день звонить, не можешь приезжать – это не город. В деревне все друг о друге знают. Что скажут люди, когда тебя увидят? Я не богата. Все, что у меня есть, это хорошее имя и человеческое уважение. Если я потеряю и это, тогда конец…

Он грустно усмехнулся:

– Я все сделаю, как ты пожелаешь. Не стану тебе звонить по телефону, не потревожу, в гости не приеду. Буду ждать тебя в городе. Знаю, что когда-нибудь ты вернешься. Когда поймешь, что моя любовь связана с твоим счастьем.

Надежде показалось, что она чего-то не понимает:

– Ты одиноко живешь, это небезопасно. У каждого мужчины должна быть семья, веселый огонек в окне, когда он возвращается домой. Найди себе какую-нибудь обольстительную женщину. Тебе всего за сорок, все еще будет: любовь, дети, семейные радости. Ты ведь сам себе хозяин!

Олег горько сказал:

– Да, я сам себе хозяин, потому сознательно отказываюсь от жены. Никто, кроме тебя. Смотри, сколько фотографий я сделал! Все поймал: лицо, глаза, улыбку, осанку. Теперь никто тебя у меня не отнимет. Знаю, думаешь, что я сумасшедший. Но лучше быть сумасшедшим, чем утонуть в ежедневных ссорах или лежать с нелюбимой в постели. Я с отвращением вспоминаю эти дни и такого больше не хочу.

Надежда не верила тому, что услышала:

– Мне кажется, что если бы мы с тобой жили вдвоем, было бы так же. Я быстро бы надоела тебе.

Он крепко обнял ее:

– Если бы Господь сотворил мне чудо и ты осталась до конца со мной, я бы каждый день молился. Каждый день твою любовь принимал бы как щедрый подарок судьбы. Мне невыносимо, что ты не веришь в мою любовь. Ты делаешь из нее прихоть какого-нибудь бессознательного человека. Я не такой, поверь, наконец.

– Не обижайся, но удивительно, что ты, не зная меня в лицо, уже любил. Так почти не бывает.

– Потому что все остальные любят глазами, а я – душой.

– Возможно, – согласилась она, чувствуя себя по-настоящему счастливой.

 

В четверг объявили, что курсы закончились. Учителя обрадовались, что смогут уехать домой на день раньше. Надежда возвращалась в квартиру Олега с холодным сердцем. Его еще не было, и она молча ходила по квартире, касалась гардин, уютных кресел, прощалась с жильем, обогревшим две недели ее жизни.

Внезапно раздался звонок, и она поспешила открыть дверь. На пороге стояла незнакомая женщина, которая очень удивилась, увидев Надежду. Незнакомка была очень красивой и такой же наглой. Она, не спрашивая разрешения, прошла в комнату, поинтересовалась, что здесь делает Надежда, и, не дожидаясь ответа, все поняла:

– Вы – его любовница!

Надежда догадалась, что это была бывшая жена Олега. И тогда из уст этой женщины она услышала странные слова:

– Еще не появилась на свете женщина, которую он безумно полюбил. Олег – эгоист, влюбленный в себя. А вы помогаете ему удовлетворять биологическую потребность. Взгляните на его лицо: даже в минуты интима оно остается холодным и неприступным. Он никогда не женится на вас. Оставьте даже мысли об этом, – в голосе Роксаны было оскорбление.

Зависла тишина. Вдруг в замке вернулся ключ и послышались шаги Олега. Он с радостью зашел в комнату, но, увидев Роксану, мрачно спросил:

– Чего тебе еще от меня нужно?

– Я только хотела увидеть, на кого ты меня променял, потому что твои коллеги доложили, что ты на работе уже две недели сам не свой, словно на седьмом небе находишься. Я поняла, что у тебя появилась женщина. Но когда увидела, разочаровалась: разве меня можно с ней сравнить? Она ведь – обычная серая мышка.

– Я тебя не желаю здесь больше видеть, – сказал он тихо, но с металлическими нотками в голосе.

И она послушно направилась к двери. На пороге вдруг повернула голову и сказала:

– Я все еще тебя люблю. Пусть она мне простит. Это в моем сердце плачет боль…

– Сердце мое, она не обидела тебя? – бросился Олег к Надежде, когда за Роксаной захлопнулась дверь.

– Нет. Мне очень ее жалко. Она очень красивая женщина, но несчастливая.

 

В ту ночь они почти не спали, потому что это была ночь прощания. Олег уверял Надежду, что всегда будет рядом с ней мысленно и в мечтах, и она это обязательно почувствует. Она плакала, потому что испытала такое чувство впервые и поняла, что оно могло обойти ее, пройти мимо. Все случившееся казалось ей нереальным, каким-то чудом, даром Небес! Она касалась его лица, гладила волосы, пыталась запомнить его образ, взять с собой в деревню, чтобы хранить в сердце, пока будет жить.

…Потянулись серые учительские будни. Однажды Надежда осталась дома одна. Муж не вернулся с работы, мама пошла навестить родственницу, сыновья побежали на стадион. Сидела одна в комнате и все время думала об Олеге. Прошло уже две недели, как они простились. Рука тянулась к трубке: невыносимо хотелось позвонить. Но зачем? У них нет будущего. Она не сможет все бросить и уехать в город. А почему бы и нет? Жизнь дается один раз, и прожить ее нужно в самом лучшем варианте. Но будет ли бегство от семьи тем лучшим вариантом?.. Она не имеет права жить только для себя. Почему нет? Каждый человек имеет право на счастье. А все остальное прибавится. Не так ли? Нет, она не будет звонить Олегу… Она уедет к нему!

Надежда быстро одевается, ищет сумку, торопливо собирает одежду и уже летит к нему… Не страшно, что уже позднее время. Кто-то подвезет до трассы, дальше – на автобус и… Она представила, какая безумная радость отразится на лице Олега, когда она переступит порог его квартиры. Да, сегодня вечером они будут счастливы!

Как фурия, она вылетает в коридор, ищет сапоги. И вдруг слышит во дворе шаги – мелкие, тихие шаги. Все ближе, ближе… На пороге появляется младший сын. Он протягивает к ней замерзшие на морозе руки:

– Погрей мне пальчики, мамочка, я замерз.

У нее медленно слабеет тело: зачем столько страданий, Боже?

– Мамочка, ты собралась куда-нибудь? – спрашивает мальчик, заметив чемодан в ее руке.

– Нет, дорогой, нет. Я шла тебе навстречу, потому что на улице мороз, а ты пошел без перчаток. Пойдем, я погрею тебе руки и расскажу сказку о ледовой принцессе, жившей в вечных снегах.

«Прощай, мой милый Ангел! Я благодарна тебе за то, что ты есть!» – мелькнула в ее голове последняя мысль об Олеге и растаяла, словно облако в голубом небе…

Автор:Маргарита Данилова

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.86MB | MySQL:70 | 0,429sec