Ссора на семейном собрании

— Папка, по какому поводу такой банкет? – удивилась Таня. – Ну надо же какой стол! Утка с яблоками, салаты, бутерброды с красной рыбой! Ты что, готовить научился?

И действительно, стол был накрыт шикарно. Иван Матвеевич как-то внезапно созвал семью и сказал в телефон: «Просто на семейное собрание, а там поговорим!». Семья – это сын и дочь со своими половинками, но он просил не брать внуков и правнуков.

 

— Разговор будет серьезный, — сказал он накануне своим детям по телефону. – Я хоть ваших мелких и люблю, но не хочу, чтобы детвора и молодежь под ногами путались. Пусть со своими телефонами дома сидят, а то шуму от них будет. Завтра мне нужна тишина и ваше понимание.

И вот они собрались: сам Иван Матвеевич, его дочь Татьяна с мужем Олегом и сын Толик с молодой женой Юлей.

— Пап, жениться, что ли, собрался? – спросил Толик. – Действительно, по какому поводу такое пиршество?

— Сядь и наливай! – приказал сыну Иван Матвеевич. – А готовила этот стол моя давняя подруга Аленушка, приятельница из моей юности с которой мы не так давно встретились и тепло общаемся. Я уговаривал ее остаться с нами на ужин, но она все приготовила, накрыла и ушла – постеснялась.

— Ну точно батя женится! – засмеялся Толик. – Ну ходок! Не ожидал от тебя такого, но прими искренние поздравления. Я рад!

Таня напряглась. Иван Матвеевич сделал паузу.

— А вот и промахнулся ты сынок, не угадал! – отец поднял рюмку. – Давайте выпьем за то, что ваш папа станет скоро свободным человеком. Свободным от городских джунглей, от этих высоток и от соседей за стенкой! Я продаю эту квартиру и покупаю домик в поселке Сосновка.

Иван Матвеевич махом выпил, а гости застыли в оцепенении. Вот это поворот!

— Папа! Кто тебя надоумил! – ахнула Таня. – Ты сам не мог до такого додуматься!

— А я особо и не думал. Встретил Аленушку, съездил к ней несколько раз в Сосновку, присмотрел себе хороший дом, вот и надумал! Сам! Уже все договорено и все решено! А Алена живет рядом с дочкой и внуками, я заберу ее к себе, будет у меня хозяйкой и боевой подругой.

— Папа, Сосновка за 25 километров от города! – чуть не плача запричитала Таня. — Случись что с тобой, так что – эта старушка станет за тобой присматривать? Мы все же в одном городе живем, всегда на подхвате!

— Цыц, Татьянка! Не строй из себя мать Терезу! Да, живем в одном городе, но я тебя уже почти год не видел, тебе же все некогда! Приболел – ты советы только по телефону давала. Шесть остановок для тебя – как на край света. Юля приезжала, лекарства покупала, выходила меня. Просил тебя, Танька, холодца сварить моего любимого перед днем рождения, а ты в отпуск собралась, два дня вещи складывала, опять тебе некогда было. Так что 25 километров ничего не решают.

— А как же память о матери? Эта Алена тебя окрутит, ты женишься на ней и все наследство ей что ли? И ее дочери с внуками?

 

— А, вот это ближе к теме, Таня, я так и знал, что ты об этом скажешь! Да, я предлагал Алене выйти за меня замуж, она категорически против, не хочет невеститься, так что не переживай, наследство вам останется когда я загнусь.

— Какое это наследство? — у Татьяны покатились по щекам слезы. – Избушка в деревне? Да кому она нужна?! Я понимаю – трешка в городе, всегда можно продать и поделить. Или даже не продавать, а часть выплатить Толику, детям моим будет жилье, он все равно без детей.

— Тише, тише, Танечка, успокойся, — зашептал на ухо жене Олег, но почему-то нарочито громко.

— Так, — Толик хлопнул по столу кулаком. – Сеструха – молчать! Батя, я только одобрямс твое решение! А ты, Танька, только и думаешь о выгоде, при живом отце наследство делишь. Дай бог ему еще минимум лет 20, а то и 30 прожить! Он еще крепок и силен! Бать, продавай квартиру и зови меня на подмогу в свой дом, если что по хозяйству понадобится!

— Ой, посмотрите вы на него, на папиного защитника! – усмехнулась Таня. – Только с морей на берег вышел, обосновался, и уже паинька, отцовский адвокат! А где ты был все это время? Мама умерла, а ты на похороны даже не приехал! Где ты был, младший ты мой братик?

— Ты сама же и ответила на свой вопрос – в морях, не помнишь, что ли? Что – я по твоей логике должен был спрыгнуть с корабля и по волнам домой зашагать? Что за глупости! Зато памятник я сам поставил.

— Пока ты в морях был, я двоих детей родила, на ноги поставила, выучила и теперь внуков нянчу. И все было на нашем с Олегом горбу, пока ты себе со своих морей в кубышку складывал. Ты хоть племянникам чем-нибудь помог?

— Да, подарки из заграницы привозил, а больше я ничем перед ними не обязан! У тебя Олег на это есть, вы сами нарожали! На свои деньги я квартиру купил, женился, сын у меня есть Сережка, и что в этом такого?

— Сын! – с сарказмом захохотала Татьяна. – От чужого мужика! Юльке несказанно повезло! Нашла себе дурачка на 14 лет старше, захомутала, ребенка своего ему на шею повесила! Какая тут любовь? Чистый расчет!

— Неправда! – Юля готова была вот-вот заплакать. – Я люблю Толика! Очень сильно люблю!

— Замолчи! – крикнул Толик на сестру. – Не суди о людях по себе! Ты у себя бревна в глазу не видишь. Как ты про Олега говорила? «Есть кого под каблук засунуть», не так что ли было? А Сережка мне сын, я его недавно усыновил! Он хороший мальчик, папой меня называет, никто мне его не повесил на шею!

— А мне внук! – Иван Матвеевич тоже стукнул кулаком по столу. – И я знаю, что Толик Сережу усыновил. Ласковый мальчишка, любознательный, забавный!

 

— Ах вот как! – закивала Таня со злобной ухмылкой. – Значит у вас семейные секреты в обход меня. Ну-ну! Давайте, пейте, закусывайте своей красной рыбой! Олег, поехали домой! Да поставь же рюмку, я сказала, мы тут больше не пируем среди предателей и заговорщиков! Спасибо, папенька, банкет твой был просто шикарный! Поезжай в свою Пупырловку к своей Аленушке. И ты, братец, не хворай головой, если от твоей молодухи вдруг появятся рога. Не верю я в чистую любовь.

Таня с Олегом уехали, а Толик с Юлей и отцом долго сидели за столом молча.

— И где я упустил ее воспитание? – задал чисто риторический вопрос Иван Матвеевич. – Наверное, когда в шахте вкалывал, чтобы семью обеспечить. Давай, сынок, наливай. Я все равно от своего не отступлюсь, уеду в Сосновку.

— И правильно сделаешь, — поддержал его Толик. – Давай, бать, будь счастлив в новой жизни!

В Сосновке было хорошо и воздух чистый. Толик туда часто приезжал со своей семьей. Аленушка оказалась прекрасной женщиной и хозяйкой, все с ней поладили. С недавнего времени туда стала наведываться и Татьяна с мужем и детьми, извинялась за тот вечер, что вспылила. Ее простили. А завещание Иван Матвеевич уже давно написал, сразу как купил дом. Все по справедливости, наступит время – нотариус озвучит.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.95MB | MySQL:68 | 0,360sec