А отвечать кто будет?

Павел так оторопел, что даже сказать ничего не успел. Он смотрел на котенка, пустую чашку и часы на стене. Потом спохватился и стал в спешке собираться: «Аня меня точно прибьет!».

*****

Участковый Павел Егорович посмотрел на часы и лицо его растянулось в улыбке: половина пятого, можно собираться домой. Несмотря на то, что прием граждан заканчивался ровно в 17:00, полицейский был уверен, что никто уже не придет. Во всяком случае, за последний год не было такого, чтобы кто-то приходил в такое время.

Обычно толпились с утра пораньше или в обед.

 

Он встал из-за письменного стола, потянулся, от души хрустнув позвоночником, потом выключил компьютер, подошел к вешалке и стал надевать куртку.
Его рука потянулась к выключателю на стене, как вдруг…

…входная дверь распахнулась с такой силой, будто её ветром открыло, и на пороге показалась старушка лет семидесяти.

— Здравствуйте! Ой, как хорошо, что я вас застала.

— Здравствуйте, — без энтузиазма ответил Павел.

Бабушка подошла к столу и поставила на него картонную коробку из-под утюга Тефаль.

— Вот!

— Простите, а это что? — участковый подозрительно покосился на коробку. По её потрепанному виду несложно было догадаться, что она много чего в своей жизни повидала.

«Может быть, она даже в мусорном баке валялась или рядом…».

От одной только мысли об этом его внутри всего передернуло.

— Милок, ты с дамами вообще умеешь общаться? Зачем сразу вопросики задавать? Помоги-ка лучше пальто снять, жарко у тебя тут. Да и от чашки горячего чая я бы не отказалась.

Павел немного оторопел от наглости гражданки, но её возраст не позволял ему быть грубым. Да и должность тоже.
Он помог старушке освободиться от верхней одежды, проводил её до стула и пошел включать чайник.

Пока вода закипала, сполоснул свою любимую чашку, положил в нее пакетик чая и несколько кубиков сахара.

— Мне без сахара, пожалуйста, — невозмутимо попросила пенсионерка, то и дело заглядывая в картонную коробку.

Павел раздраженно посмотрел на нее, даже хотел было что-то сказать, но не найдя нужных слов, промолчал.

— А чего ты удивляешься, милок? На ту пенсию, что нам платють, разве можно себе что-то позволить?

Павел потупил взгляд и промолчал.

— Я тебе скажу: не можно. Поэтому давно уже от сахара отказалась. А еще по телевизору смотрела передачу, где рассказывали, что сладкое очень вредно для здоровья.

Участковый взял ложку, достал кубики сахара, вернув их обратно в вазочку, потом налил кипятка и поставил чашку на стол.

— Ой, а заварного чаю разве нету?

— Извините, но тут вам не бистро.

— А я что, пирожок с картошкой прошу? Просто смотрела передачу, где рассказывали, что чай в пакетиках это не чай вовсе, а пыль древесная. Ладно, давай, что есть. А то до ночи тут с тобой просижу.

— Вы вообще по какому вопросу? — Павел посмотрел на часы и занервничал.

Вчера он обещал Ане, что придет домой пораньше и они проведут целый вечер вместе.
В последнее время они мало виделись (то у Ани на работе завал, то Павлу приходилось задерживаться допоздна), из-за чего их отношения дали трещину. А сегодня у них еще и дата особенная. Год, как живут вместе. Ему очень не хотелось испортить праздник.

— Опять ты, милок, со своими вопросиками бестактными? Как тебя только женщины терпят? Или один живешь? Ну да, точно один. Кольца на пальце нет, значит, и жены нет. А вот если бы общался по-человечески, то и проблем бы никаких не было. Парень-то молодой, статный и лицо нормальное, детишки бояться не будут.

Павел смотрел на старушку и внутри у него все кипело. Хорошо, что пистолет в сейф уже положил, иначе…

— У тебя к чаю ничего нет? Печеньки или конфеты шоколадной?

Участковый отрицательно покачал головой.

— Ну и ладно.

 

Бабушка стала рыться в кармане вязаной кофточки и достала оттуда одну конфету «Му-му».

— Вы же говорили, что сладкое вредно для здоровья, — усмехнулся Павел.

— Милок, ты что-то путаешь, родной. Это не я говорила, это по телевизору рассказывали.

— Но…

— Но я им не особо-то и верю. Галя, соседка моя, говорит, что по ящику всегда брешут. Как ты только до капитана дослужился, если невнимательный такой, ума не приложу.

— Вообще-то, я старший лейтенант.

— Ну вот я и говорю, даже до капитана не можешь дослужиться. Несчастный человек.

Павел сжал кулаки и побагровел.

«Да что себе позволяет эта бабулька? Почему он должен выслушивать от нее гадости, когда дома его ждет Аня?».
Тем временем старушка развернула конфету, макнула ее в чай, откусила кусочек и стала жевать. Потом отпила глоток и откинулась на спинку стула, с любопытством осматривая участкового.

— Милок, а почему я тебя раньше тут не видела? Можно на документики твои взглянуть?

Тут уже Павел не выдержал:

— Да какое право вы имеете…

— А ты голос на бабушку не повышай! Ишь, разошелся. Согласно пятой статье Закона о полиции сотрудник, находящийся при исполнении, обязан показать служебное удостоверение по первому требованию гражданина. Это в новостях говорили.

Павел аж рот открыл от удивления. Не ожидал он, что старушка еще и законы знает.

Он достал удостоверение и представился по форме. Потому что спорить было бесполезно.

— Новенький, значит?

— Год уже работаю тут.

— Ну я и говорю, что новенький. Зачем споришь? Вот до тебя был Степан Михайлович. Так тот лет десять участковым был в нашем районе, пока на пенсию не отправили.

Павел посмотрел на часы и понял, что если через десять минут не выйдет из опорного пункта, ссоры с Аней ему не избежать. «Надо уже заканчивать этот концерт».

— Извините, как к вам можно обращаться?

— Неужели догадался? — усмехнулась старушка. — Вот с этого и нужно было начинать.

Павел снова проглотил хамство.

— Ольга Леонидовна я. Только про возраст не спрашивай. Потому что после такого вопроса ни одна уважающая себя женщина с тобой разговаривать не будет.

— Да я и не собирался, — покраснел Павел. — Может, давайте перейдем уже к делу? Цель вашего визита?

— Цель вашего визита… — задумчиво повторила бабушка. — Кто вас с людьми учит разговаривать? Спроси просто: зачем пришли.

— Зачем пришли?

— Коробку видишь на столе?

— Вижу.

— Знаешь, что внутри?

— Утюг?

Ольга Леонидовна допила последний глоток чая и укоризненно покачала головой.

— Мда… Покойный Конан Дойл в гробу бы перевернулся, услышав вот такое. Ну кто в коробке из-под утюга принесет участковому утюг? Это слишком просто, не находишь? Почему бы, к примеру, не предположить, что там находится взрывное устройство?

— А там взрывное устройство? — напрягся участковый, бросив взгляд на коробку.

— Нет, конечно. Или ты, милок, считаешь, что в моем возрасте женщины думают только о терроризме?

Пока Ольга Леонидовна дрожащими руками открывала коробку, Павел аж взмок.
Потом она улыбнулась кому-то и, наконец, достала оттуда маленького котенка.

— Вот!

— Это кто?

— Слушай, милок, ты уверен, что выбрал правильную профессию? Котенок, кто же еще?

 

Павел Егорович отвернулся в сторону, чтобы откашляться. От злости ему уже было тяжело дышать.

— Да не нервничай ты так. Он не кусается. Ой, а ты ему нравишься. Смотри, как на тебя смотрит. Хочешь погладить?

— Нет, спасибо. Ольга Леонидовна, может, вы объясните, что вас ко мне привело?

— Конечно, объясню. А зачем я сюда, по-твоему пришла? Чаи, что ли, гонять без сахара?

— Вы же сами попросили сделать чай без сахара.

— А ты и рад обделить бабушку. Не стыдно тебе?

Зазвонил телефон. Павел взял его в руки, посмотрел на экран и сразу изменился в лице.

— Да, Анечка. Прости, тут меня задержали немного. Нет, ничего не отменяется. Я скоро буду.

— Жена, что ли?

— Нет, девушка.

— А чего не женишься на ней? Вот же молодежь нынче пошла. Не любишь ее, что ли?

— Люблю.

— Так, в чем дело тогда, не понимаю? Ты христианин?

— Да.

— Ну так не знаешь разве, что отношения вне брака это грех?

— Ольга Леонидовна, давайте вернемся к нашему вопросу.

— Милок, а ты тему не переводи. Женщина же это не игрушка. Она хочет чувствовать себя, как за каменной стеной. За мужем, понимаешь? А для этого ее нужно сделать женой. Иначе так и будет не пойми за кем.

— Я вас услышал, давайте все-таки ближе к делу. У нас сегодня годовщина и мне не хотелось бы заставлять свою девушку ждать.

— Ой, как романтично. А ты подарок ей купил? Духи небось? Или сережки золотые?

Павел Егорович посмотрел на праздничный пакет, который стоял возле входа, и тяжело вздохнул. В нем были золотые сережки и духи.

— Угадала, значит?

Участковый молчал.

— До чего же вы, мужчины, предсказуемы. Женщинам любовь и внимание нужно, а не ваши эти подарки.

— Ольга Леонидовна!

— Да что ты заладил: Ольга Леонидовна, Ольга Леонидовна. Знаешь, как мой Васька за мной ухаживал? Он меня на тракторе по полю катал, а потом под яблоней песни пел. Играл на балалайке и пел. Голос у него был просто божественный. Сразу влюбилась в него по уши. Так вот он меня сразу замуж позвал. А знаешь, почему? Потому что, если ты действительно любишь, то чего ждать? Пока другой уведет? Васька мне так и сказал прямо. Любил меня очень.

— Спасибо за совет.

— Да, пожалуйста. Я бы на твоем месте прямо сегодня и сделала бы предложение.

— Вы коробку с маленьким котенком принесли сюда зачем? — перевел тему Павел. — Случилось что?

— Ой, я и забыла, зачем пришла, — спохватилась старушка. — Конечно, случилось! Знаешь, где я его нашла?

— В коробке?

— Нет, милок. Рядом с мусоркой. Там же и коробка эта лежала. Но пустая. И вот скажи мне, что это за безобразие такое? Почему люди маленьких котят на улицу выбрасывают? Это разве по-человечески? По-христиански?

— Ольга Леонидовна, полиция не занимается бездомными животными. Это вам в администрацию города надо.

— Да была я там.

— И что?

 

— Даже слушать не хотят. Да и речь-то не только о животных, но и о людях. Это же они котят выбрасывают, правильно? Да правильно, правильно, можешь не отвечать.

— Ольга Леонидовна, от меня вы что хотите?

— Как что? Ты же участковый? Почему не следишь за тем, что на твоем участке творится? Отвечать кто будет?

— Животных можно в приют сдать, есть специальные службы, которые уличных котов и собак отлавливают.

— Ага. Отлавливают и усыпляют. Людей бы так лучше отлавливали, которые этих крошек на мусорку выбрасывают. В приют, говоришь, сдать? Ты сам-то был там, в приюте? Это что, жизнь разве?

— Я всё равно не понимаю…

— Котики, они должны в комфортных условиях жить: в частном доме, ну или в квартире, — продолжала говорить старушка, не обращая внимания на реплики участкового.

— Так, может, вы его себе и заберете? — ехидно спросил Павел, которого этот разговор ни о чем уже порядком утомил.

— Эх, забрала бы…

— Что мешает?

— Дык, у меня уже двое таких малых по квартире носятся. Третьего точно не потяну. Пенсия не позволяет. Я же тебе толкую, лейтенант, что не первый случай это. Уже к кому только можно было пристроила. Больше знакомых у меня нет. Вот.

— Но я-то чем могу вам помочь?

— Ну ты же такое допустил на своем участке, правильно? Не проконтролировал вовремя. Вот тебе теперь за это и отвечать.

— Но, постойте…

— Ой, батюшки! Без пяти восемь уже! Совсем ты меня заболтал, милок. А сейчас новости начнутся.

Ольга Леонидовна вскочила со стула, быстро накинула пальто и выбежала на улицу.

Павел даже сказать ничего не успел. Он смотрел на коробку с котенком, на пустую чашку и часы на стене. Потом спохватился и стал в спешке собираться: «Аня меня точно прибьет!».

*****

Домой Павел шел в подавленном настроении.

В одной руке он нес огромный букет цветов и праздничный пакет, в котором были духи с золотыми сережками, а в другой — картонная коробка из-под утюга Tefal, в котором находился маленький котенок.
«Мало того, что опоздал на несколько часов, так еще и по поводу малого придется объясняться» — думал он.

Однако в этот раз интуиция Павла подвела. Аня, увидев шикарный букет, сразу заулыбалась, а когда заглянула в помятую картонную коробку, то вовсе кричала от радости:

— Паша, как ты угадал, что я котенка рыжего хочу? А тут что? Сережки и духи? Мои любимые? Да ты умничка просто! Давай котенка накормим, а потом сами сядем за стол, хорошо?

Павел улыбался и со всем соглашался. Давно он уже не видел Аню такой счастливой.

Потом они ужинали и пили шампанское.

Котенок в это время смотрел на людей и радовался вместе с ними. А чего бы ему не радоваться: в тепле, сытый и ему рады. Много ли для счастья надо?
Павел мельком посмотрел на котенка, который не сводил с него глаз, хлопнул себя по лбу и полез в карман.

— Дорогая Анечка! — он встал из-за стола, откашлялся и взял её руку. — Встреча с тобой — это лучшее, что случилось в моей жизни. А еще я очень сильно люблю тебя и хочу, чтобы ты была моей женой.

— Неужели ты догадался? — Аня стала плакать, а потом бросилась на шею Павлу. — Конечно, я согласна!

Так и стали они жить вместе. Душа радуется, когда все счастливы: и люди, и животные. Еще бы разобраться с теми, кто котят на мусорки выбрасывает…

Впрочем, Павел для себя уже решил, что обязательно возьмет этот вопрос под свой контроль.
Посадить не посадит, но хотя бы оштрафует виновных на кругленькую сумму и по душам поговорит.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.88MB | MySQL:68 | 0,340sec