Виктория готовилась к встрече с давней подругой. Это было довольно волнующим событием: они с Наташей не виделись давно, с момента окончания колледжа. То есть окончила его Вика, а Наташа еще раньше вышла замуж и бросила учебу. И больше они не виделись, как ни странно, а ведь были такими подружками! Вика очень скучала по ней, даже плакала поначалу, но потом начались свои дела, и, хоть подругу она не забыла, но вспоминать стала реже. А бросила тогда Наташа и учебу, и всю прежнюю жизнь по очень уважительной причине: говорила, что очень счастливо выходит замуж! Имя этого жениха Вика забыла, да и видела его только один раз, мельком, да еще на редких фотографиях.
![](http://ladylike.su/wp-content/uploads/2024/05/Screenshot_34-1.png)
* * *
— А когда будет свадьба? — спросила она у сияющей от счастья Наташи, когда та сообщила о предстоящем событии. — Надеюсь, ты меня пригласишь свидетельницей?
А про себя уже вовсю думала, как она появится на свадьбе — хотелось быть не хуже невесты! Выходила подруга за человека, по ее словам, состоятельного, не приходить же на такую свадьбу «побирушкой»! А денег на шикарное платье не было… Но она была уверена, что что-нибудь придумает! А ведь еще в парикмахерскую надо, маникюр, педикюр… «И туфли, главное дело ― туфли хорошие!» — думала Вика. Да плюс еще подарок… и она внутренне охнула, представляя, во сколько же ей встанет эта свадьба!
Но Наташа вдруг сказала:
— Прости, милая, свадьбы не будет. То есть она, конечно, будет, но не здесь, а в Греции, у него там родители живут. Они все сделают совершенно шикарно, ты себе не представляешь как! Но ты прости, тебя не приглашаю. Деньги-то не мои, а их…
— И родителей не приглашаешь? — удивилась Вика.
— Нет, не приглашаю. Да и зачем они нужны! Мои родители, сама понимаешь, такие, что… — и она небрежно отмахнулась.
Да, Вика знала, что у Натальи не самые лучшие отношения с родителями, то есть очень плохие. Вроде как они выпивали, она еще до совершеннолетия ушла из дома, жила сама по себе, где-то подрабатывала, снимала комнату вдвоем с какой-то взрослой подругой.
— Викуля, не обижайся, я же тебя не забуду, всё равно мы будем общаться очень часто! — видя, как огорчилась подруга, утешила Наташа.
— Как это «общаться»? Ты что же, там и останешься, в Греции? — еще больше огорчилась Вика.
— Не знаю, навряд ли. То есть сначала мы в свадебное путешествие поедем, тоже его родители дарят путёвку, но потом вернёмся. Ты не подумай, я тебе фотографии пришлю!
В этом Вика как раз не сомневалась, — Наташа любила прихвастнуть, и уж наверняка пришлет самые шикарные фотографии! И она действительно прислала. Правда, Вика, в то время ещё ни разу не бывавшая заграницей и не знающая никакого шика, подумала: «Ну если это ”самые шикарные”, то какие ж тогда были не самые?».
Свадьба действительно была где-то явно за границей, все было оформлено не совсем по-нашему, но вот представление о шикарном были у девушки несколько иными… Куча каких-то гостей, похожих на цыган — греки, что ли? Почему, сам жених вроде не грек? И сама невеста вроде счастливая, но нельзя сказать, что одета так уж великолепно — какое-то платье, больше похожее на ночную сорочку, в волосы воткнут один цветок. Ну и ещё было несколько фотографий, как она в обнимку со своим Сашей (вот, имя вспомнилось!), стоит на берегу моря. Где они сделаны — непонятно, море оно и есть море…
Ну а потом Наталья вовсе как-то исчезла. То ли не вернулась из-за границы, то ли вернулась, да забыла о своей самой лучшей подруге. Так что Вика и обижалась, и беспокоилась, и пыталась узнать, куда делась так успешно вышедшая замуж Наталья, но так ничего и не узнала. Потому что время шло, своих дел было полно ― некогда о подругах думать!
Вскоре сама вышла замуж, очень удачно, кстати, у мужа небольшой, но довольно успешный бизнес. Виктория и сама получила возможность ездить по разным странам, родились дети — совсем было не до того, чтобы грустить по какой-то Наташе, которая, судя по всему, и не вспоминала ни о каких подругах из прошлого!
Правда, как-то раз, когда устроили встречу выпускников колледжа, на десять лет выпуска, Виктория решилась все-таки сходить, хотя не очень любила такие вечера встреч, но пошла именно потому, что надеялась встретить Наталью, хотя та, собственно, не была выпускницей. Да и если никто теперь не знает, как она и где она, то как бы ей прислали приглашение? Но пошла, и, конечно, никакой Натальи не встретила. У одной бывшей одногруппницы, активистки, организовавшей эту встречу, спросила про нее, а та даже толком и не вспомнила:
— Наташа? Это какая, Тимофеева? Ах, Михайлова! Да вы с ней всё вдвоём ходили, помню! Нет, я её не видела и ничего о ней не знаю, в соцсетях ее не нашла. Но ты знаешь, кто-то мне говорил, что там ничего хорошего.
— Как ― ничего хорошего? Она вроде очень удачно вышла замуж, за границу уехала…
— Наверное вернулась, может развелась. Кто же мне говорил о ней? Даже не помню, но вроде как встретили ее, не в нашем городе, и дела у нее не очень… А, вспомнила, Серега Синицын говорил! Нет, его сейчас здесь нет, он не пришел, да я его лет пять не видела. Он что говорил: вроде как она то ли денег у него попросить хотела, то ли он ей даже дал… Словом, темная какая-то история!
Вика поверить в это не могла, а может, просто не хотела. С какой это стати у Натальи вдруг все стало плохо? Даже если было не шикарно, то, возможно, вполне нормально! Не хотелось верить, что Наташа, всегда так стремящиеся к хорошей жизни, вдруг опустилась до того, что ходит по какому-то городу и стреляет деньги у знакомых.
И вдруг несколько дней назад к ней в социальных сетях постучалась… Кто же? Наташа! Фамилия какая-то нерусская, но она! Даже спустя двадцать лет нетрудно узнать, и выглядит, надо признать, как минимум неплохо. Страницу завела недавно, фотографий там не так чтобы много, но на всех видно, что она и не думала «опускаться» и занимать у кого-то деньги, жила вполне прилично. Написала, попросила телефон, Вика, конечно, дала, тут же и созвонились.
— Ой, Викуля, ты не представляешь, как я по тебе соскучилась! — звенел слегка севший, но все же узнаваемый голос подруги.
— Долго же ты мирилась со скукой! — весело, без упрека ответила Вика, чувствуя, что сама молодеет, словно сбрасывает годы…
— Если бы! Какая там скука, некогда было скучать. Ты не представляешь, какие перемены, сколько всего произошло за эти годы… Я ведь живу за границей!
— Да неужели? В Греции?
— Что ты, про Грецию я уже и забыла! Сейчас я замужем за другим, живу в Австрии, в Вене, там совершенно чудесно. Сюда заехала буквально на минутку — вырвалась, времени нет совершенно!
— Как? Неужели мы с тобой не увидимся? — испугалась Виктория.
— Ну как же, зачем бы я приехала! Как раз с тобой повидаться. Мне наш городишко совсем не по пути, да и что здесь есть хорошего, кроме тебя? Даже странно, что ты до сих пор здесь живешь…
«Ну, узнаю Наталью, пошла уже “строить из себя”!» — улыбнулась Вика, прекрасно помнящая эту манеру подруги. Из-за этого ее многие и недолюбливали! А вот она любила — Вике такая манера казалась даже забавной. Уж во всяком случае безобидной.
— Ладно тебе, заезжай ко мне давай! Ты где остановилась?
— Нигде, я уезжаю сегодня, а к тебе заскочу, но на минутку. Прости, но надолго не получится — дела! Ты где живешь-то сейчас?
Вика, улыбаясь, назвала адрес. Дела у нее, надо же…
— Ты не суетись, столов не готовь, я если только чашку чая выпью, не больше, правда, Вика, спешу, меня ждут!
Это было уже странно: если спешишь и ждут, то зачем же… Заскочить в родной город на чашку чая к бывшей лучшей подруге? Но какая разница! Наташка наверняка преувеличивает, а сама засидится за полночь… Хорошо, что муж сейчас в отъезде, а дети на отдыхе. Да, на стол ставить особенно нечего — ну, значит, сходят в кафе! Сейчас важнее привести себя в порядок, чтобы предстать перед подругой во всей красе. Она-то, шикарная венская леди, уж явно будет «вся из себя»!
* * *
И вот в дверь позвонили. Вика побежала открывать. Она была почти уверена, что увидит ту Наташу, которой та была двадцать лет назад! Может, и сама Вика тогда тоже превратится в такую же девочку?
Волшебства не случилось. За дверью стояла женщина, которой было явно под пятьдесят — как и было на самом деле. И… увядшая, потухшая… Неухоженная? Наташа? Да быть этого не может, Вике показалось! Свет так падает, Наташа не может быть такой!
Они, смеясь, обнялись.
— Наташка, как тебе не стыдно, столько времени ни слуха о тебе, ничего… А ты почти не изменилась!
Это был, конечно, комплимент, если не сказать ― лесть. Изменилась, да еще как. И не в лучшую сторону. Неухоженная — именно то слово, которым можно было описать состояние этой женщины, которая, по ее словам, исколесила всю Европу… И одета как-то странно. Нет, ничего старого, грязного, ни в коем случае, просто… не так! Дешево очень одета, хоть и с претензией.
— Ох, Викуся, я сама этому не рада! Мой Пьер… Ну да, я вышла за француза, прожили несколько лет во Франции, но дома своего не было — отели, съемные квартиры! Словом, вечные бродяги, такой уж он человек.
— А занимается-то чем? На все эти переезды нужна уйма денег, наверно, — Вика вдруг почувствовала, что ей скучно. Если из этого потока слов исключить Францию, а Пьера переделать в Петю, то все будет очень достоверно… Да так оно, наверно, и есть!
— Он музыкант, — ответила Наташа. — И композитор, так что денег почти хватает, даже с учетом того, что я жуткая мотовка, ты же знаешь!
Когда они были знакомы, по проматывать было особо нечего, но Вика кивнула. Она уже поняла, что́ скоро будет.
— А у тебя хорошая квартирка, завидую! Ты всегда тут живешь? О, это твои дети на фото? А у меня нет…
— Давай же чаю выпьем, ты же обещала. Или все же хочешь есть? Может, сходим в кафе?
— Какое там, некогда! Нет, правда, Вика, я не рассчитала по времени, надо уже срываться, бежать… Но не могла же я не повидаться с тобой. Кстати, я не рассчитала и с деньгами. Нет-нет, не думай, я не собираюсь у тебя ничего просить! Я, наоборот, хочу предложить. Купи у меня серьги? — она вытащила из сумочки сережки, положила на стол. — Естественно, золото, сапфиры, очень известная фирма, название всегда забываю…
— Сколько? — спросила Вика, с тяжелым чувством видя что-то жалкое во взгляде такой решительной прежде Наташки.
— Покупали в евро, я не помню, но для тебя… — и подруга назвала сумму, за которую на Алиэкспресс можно было купить ведро таких закорючек с синими стекляшками.
— Прости, но таких денег у меня нет. Правда, нет. Я могу тебе сказать, где у нас есть скупка…
— Ну что ты, Вика! Говорю же — некогда. К тому же жаль отдавать их кому попало, да и обманут… Бери за полцены? — теперь во взгляде было отчаяние… и наглость. Да, Наташу называли наглой, а Вика никогда не верила. Но опустилась подруга юности, судя по всему, даже ниже, чем можно было опасаться.
— Хорошо, возьму, — уже строгим, покупательским тоном сказала Виктория. — За… — и ополовинила Наташину «половину». У той вытянулось лицо:
— Ну… Это уж совсем даром!
— Больше не смогу, прости.
— Ну ладно, только для тебя! — махнула рукой Наталья. — Считай, что это мой тебе подарок! Все же мы были лучшими подругами, ведь так?
Вика вытащила деньги, расплатилась за «подарок», и подруги распрощались. Вся встреча после двадцатилетней разлуки заняла не больше пятнадцати минут. Простились они довольно прохладно — Наталья то ли спешила, то ли ей было стыдно. А Вике просто было отчаянно неловко и жаль подругу и своего прошлого, которое не вернулось…
— Опять на двадцать лет пропадешь? — спросила она, думая, что хорошо бы, если бы насовсем.
— Ну что ты! — с фальшивым оживлением воскликнула та. — И созваниваться будем обязательно. Нам же многое надо рассказать друг другу…
Закрыв дверь, Вика прошла на кухню, взяла дешевенькие сережки и выкинула их в помойное ведро. Денег было не жаль, хотя отдала существенную для своего бюджета сумму. Но ладно, Наташе, судя по всему, нужнее… Может, они хоть чем-то ей помогут.
Больше подруги не виделись.
И не общались.
Автор: Филомена