«Фельдшерица»

По деревне Бегуниха пронёсся слух: -Новая фельдшерица приехала!

И тут же к фельдшерско-акушерскому пункту со всех дворов потянулась немалая толпа больных и страждущих. Тётка Гаврилиха, примостившись тут же, у крыльца с тетрадкой и карандашом, записывала всех в очередь и руководила ей.

-С детьми вперёд! — заявила она, слюнявя невесть из каких тайников добытый химический карандаш. Потом немного подумала, и добавила: — И ежели кто сильно старый — тот тоже без очереди!

 

-Ты что, Гаврилиха! — возмутился дед Матвей — Надо опираться на неотложность проблемы, а то большинство старух здесь сидит просто из любопытства! Выведать хотят: чего такая молодая, красивая, умная из города в нашу дыру приехала!

-Ох, ты посмотри на него! — вдруг влезла в разговор самая горластая из женщин -Можно подумать, ты сюда свой радикулит пришёл лечить!

-Конечно, радикулит! Я и так всё знаю! — заявил дед Матвей, и тут же испуганно прикрыл рот рукой, потому как все головы сидевших в очереди разом повернулись в его сторону…

Матвей разочарованно развёл руками и добавил: — Только я вам ничего не скажу, потому как обещал молчать!

-Кому это ты обещал? — поставив руки в боки и угрожающе надвигаясь на старика рявкнула Гаврилиха.

-Внучке своей, Дарье! — жалобно пропищал дед, ругая себя последними словами. «Вот уж воистину говорят: язык мой- враг мой», — с отчаянием думал дед, оглядываясь в поисках путей отхода.

Но, как говорится: не было бы счастья, да несчастье помогло. У фельдшерского пункта резко затормозила старенькая десятка Ивана Кокорина, из которой он бережно поддерживая, вытащил своего деда, всего в порезах и в крови. Очередь дружно ахнула: — Что случилось?!

-Да вот, стеклянные двери в магазине поставили, а старый не увидел! Хотел, сквозь двери пройти, как призрак! — ответил очереди Михаил, направляясь к входу.

Очередь заволновалась: кажется, с приездом новой фельдшерицы, жизнь в деревне заиграла новыми красками и наполнилась смыслом.

-Братцы, это же лучше любого сериала! — прокричал кто-то в очереди.

И ведь, как показали последующие события, этот «пророк» в своих предсказаниях не ошибся!

***

Маринка ловко обработала раны деду Кокорину, смирно лежащему на кушетке и терпеливо переносившему процедуры. Дед изредка постанывал, когда девушка осторожно пинцетом удаляла из раны осколки стекла.

Михаил, который пристроился в стороне на колченогом стуле, молча наблюдал за манипуляциями фельдшера.

Наконец, Марина поднялась и улыбнулась:

— Ну вот, можете забирать Вашего больного. И не стоит отпускать дедушку одного: зрение у него плохое, и вот видите, что из этого получилось.

-Да разве же его удержишь? Он у нас сам себе хозяин, правда дед?

 

Михаил мрачно обвёл взглядом обстановку кабинета: — Да бедненько у Вас тут!

-Ничего, всё наладится! Мне обещали помочь с обстановкой, медикаментами и всем прочим.

-А Вы к нам надолго?

-Надеюсь, навсегда!

Михаил на это ничего не сказал, только улыбнулся какой-то по-детски открытой, безмятежной улыбкой, и подхватывая деда, как санитар раненного бойца, сказал на прощание: — Ну тогда держитесь! К вам там целый полк в очереди стоит! Сейчас начнут допрашивать, кто вы такая, зачем, откуда…

Маринка рассмеялась: они уже начали! А Вам разве не интересно?

Михаил пожал плечами: — Мне главное, что навсегда!

Когда он вывел деда на крыльцо, все тут же кинулись к этой паре с расспросами: -Ну что? Как там? Как наша новая врачиха.

Дед держался орлом и на все вопросы отвечал поднимая большой палец кверху и говорил: «молодец деваха, хорошая фельдшерица».

Марина и не заметила, как прошёл день. Шли к ней в основном с застарелыми проблемами, с которыми ввиду отсутствия в деревне медика, привыкли справляться сами, загоняя эти самые проблемы со здоровьем всё дальше и дальше вглубь.

Девушка расспрашивала своих новых пациентов, что-то записывала и тут же фиксировала на отдельном листе список необходимых медикаментов.

Самым последним в фельдшерский пункт зашёл дед Матвей.

-Матвей Ильич, ну Вам-то зачем сюда ходить?! Я Вас и дома могу посмотреть.

-Да что ты, внученька! Я просто на разведку пришел!

Марина вопросительно приподняв правую бровь, посмотрела на деда. Но тот нисколько не растерялся, а продолжил: -Понравилась ты людям! А такое доверие дорогого стоит! Ну, что, внученька, пойдём домой, что ли?

***

Дед Матвей гордо вышагивал рядом с новой фельдшерицей. Из-за каждого забора их провожали две-три пары глаз. Любопытство деревенских жителей достигло апогея.

-Вот, бабка! Принимай свою подопечную в целости и сохранности! — заявил он своей супруге, бабе Полине, заходя в дом следом за девушкой.

-Мама, мама пришла! — радостно кинулась к Марине маленькая дочь Оленька — А мы с бабушкой Полей курочек кормили. А ещё там хрюшки есть, они знаешь как хрюкает! — девочка так смешно изобразила бабушкино хозяйство, что дед закашлялся от смеха.

 

Вечером, когда малышка уже спала спокойным сном, а взрослые чаевничали за накрытым цветастой клеенкой столом, дед спросил: — Ну что, Марин, как тебе наша деревня? Остаёшься?

-Хорошо у Вас здесь, дед Матвей! Тихо! И люди хорошие. Только страшно мне, что Егор меня и здесь найдёт. Как-никак важный пост в районе занимает. Ещё пару недель, и он меня найдёт!

-А ты, девка, не бойся! Мы тебя в обиду не дадим, правда, Полина?! — пообещал Матвей.

На глаза Марины от избытка чувств и неприятных воспоминаний навернулись слезы.

-Спасибо Вам!

Ночью девушке снилась её прошлая жизнь с Егором. Ведь как всё хорошо начиналось: познакомилась с парнем. Такой милый, обходительный, заботливый и щедрый. Он водил её в театры и удивлял подарками.

-Ты удивительный! — с восхищением говорила молодому человеку Марина — Ты — мой принц.

Но «принц» показал своё истинное лицо сразу после свадьбы.

-Куда это ты так наштукатурилась? — спросил он, заметив Марину, собирающуюся на работу.

-Егорка, ты чего? Я же на работу иду! — ошарашенная резким изменением в поведении супруга, ответила Марина.

-Ах, на работу? Ну так и иди на работу, как всё нормальные, замужние женщины ходят! — заявил он. И схватив супругу за шкирку, как нашкодившего котёнка, потащил её в ванную. Он отпустил её только тогда, когда смыл весь макияж, к слову сказать, довольно скромный.

Когда зареванная Маринка пришла на работу, её подруга, Дашка, так и замерла в дверях.

-Марина, что случилось?

А потом, выслушав эту историю, заявила — Беги от него! Пока не поздно — беги! Ты — врач, умница, красавица! Не позволяй с собой так обращаться!

Но дома Егор ждал Марину стоя на коленях, с огромным букетом в руках.

-Прости меня, любимая, прости ради всего святого! У меня просто проблемы на работе! Я больше никогда в жизни тебя пальцем не трону…

Марина простила, поверила. Но его агрессивные выпады продолжались снова и снова. И с каждым разом градус накала всё повышался и повышался. Сначала, он мог содрать с жены не понравившееся ему платье (разрез, декольте, слишком облегающее), потом к действиям добавилась нецензурная брань. А после рождения Оленьки, в ход пошли избиения, издевательства и, по-другому и не назвать — пытки.

 

А после снова: «прости, больше такого не повторится, я тебя люблю и схожу от любви с ума».

Последней каплей было, когда Егор схватил её, связал руки, и тыкая в тело горящей сигаретой, требовал признаться, что она ему изменяет.

Маринка сначала плакала, кричала, взывала к его разуму. А потом крикнула ему в лицо: -Я тебя посажу.

Девушке стало по настоящему страшно от демонического хохота Егора.

-Да я тебя сейчас убью, и никто даже с собаками тебя нет найдёт! — злобно шипя говорил он.

Это был не Егор! Не тот Егор, с которым она когда-то познакомилась и за которого вышла замуж. От которого родила дочь.

Это было какое-то инопланетное, демоническое существо из фильмов ужасов. Он медленно, словно растягивая удовольствие от ужаса, вспыхнувшего в глазах девушки, наступал на неё, растопырив пальцы так, будто вот-вот вцепится в шею.

-Теперь или никогда! — пронеслось в голове у Марины -Спасайся сама и спасай дочь!

Девушка зажмурила глаза, сгруппировалась и оттолкнула этого монстра ногами.

Он упал, ударившись о стул головой.

Марина вскочила, срезала с рук веревки. Нащупала на руке у Егора пульс: — Живой! Да что с ним сделается! У таких как он жизнь в игле, игла в яйце, яйцо в утке, а утка — черт знает где!

Марина в чем была, схватила ребёнка и побежала в больницу, где как раз дежурила Дарья.

Даша всё сразу поняла.

-Как ты могла столько времени терпеть?! Ему же место в психбольнице! — кричала она сквозь слезы, смазывая ожоги от сигарет на теле подруги противоожоговым средством.

Благодаря Дарье, Марина и оказалась в этой отдалённой деревне, где требовался фельдшер. А приютили у себя девушку с ребёнком дедушка и бабушка Даши..

***

Жизнь постепенно налаживалась. Прошло уже две недели, а Егор Марину не нашел. И это девушку радовало. Появилась некоторая надежда и даже уверенность, что не найдёт никогда.

Марине нравилась работа, люди — добрые и простые. Администрация выполняла любую её просьбу в плане оборудования, лекарств и обустройства.

Всё чаще и чаще стал захаживать к девушке Михаил. То стул в кабинете починит, то свет отремонтирует… И смотрит так, что сердце в пятки падает.

Только у Марины, как сердце место своё менять начинало, сразу Егор вспоминался: — Тот тоже когда-то так смотрел…

Не получалось у девушки сердце новой любви открыть…

 

Михаил уже и так, и эдак. И даже к деду Матвею потихоньку подошел.

А тот и говорит: -Ты погодь, Михаил со своей любовью! Досталось ей по жизни, да так, что собственной тени боится…

И рассказал Матвей всю историю Марины.

-Ты, главное, сейчас рядом просто будь…

А однажды в выходной день, когда у Марины было особенно хорошее настроение, и она, напевая что-то себе под нос, помогала бабе Поле по хозяйству, появился Егор.

Марина как раз встала на стул, чтобы снять шторы, которые она собиралась постирать, да так и замерла, когда увидела чёрную машину, которая медленно подъехала к дому и остановилась у ворот.

Эта машина была похожа на какую-то фантастическую хищную рыбу, которая сейчас откроет рот и проглотит её и Оленьку. И ничего этой рыбе за это не будет, просто потому, что она ненастоящая.

От ужаса всего происходящего, Марина не могла даже пошевелиться. Девушка оцепенела, застыла на стуле, как памятник, крепко прижимая к груди шторы.

***

Егор стоял на пороге и ухмыляясь смотрел на неё! Ему нравилось, что Марина его боится, это заводило его.

-Что, думала не найду? А я вот нашёл! Легко! Ты же знаешь, для меня нет ничего невозможного, особенно, если дело касается тебя. — спокойной приближаясь к ней, как удав к добыче, говорил он.

Марина опомнилась, спрыгнула со стула.

-Убирайся! Я подала на развод! Я не позволю больше над собой издеваться…

-Мариночка, что ты такое говоришь, когда это я над тобой издевался? Я всегда тебя любил.

-Убирайся! — закричала Марина.

-Ладно, всё, хватит! Быстро собирайся и домой! Ишь ты… — Егор нецензурно выругался, его глаза наливались кровью и он стал похож на бешеное животное.

-Отойди от неё! Быстро!

В проёме стоял дед Матвей с охотничьим ружьём в руках.

-Ты что, дед, в тюрьму хочешь?

-Да мне плевать! Зато такая тварь как ты по земле ходить не будет! Убирайся, я тебе сказал. В прихожей послышался какой-то шум, в комнату ворвался Михаил с железным прутом в руке.

-Это ещё кто? Хахаля себе завела? — далее следовало непечатное словцо, обозначающее женщину с пониженной социальной ответственностью.

 

Но, почувствовав силу на стороне врага, Егор попятился, дьявольский огонь в его глазах сменился испугом загнанного зверя. За окном послышался какой-то шум, гам, потом кто-то крикнул: «Ребята, там какой-то хмырь городской нашу фельдшерицу силой увозит, айда за мной! ».

Егор вздрогнул и затравленно посмотрел в окно, со всех сторон к дому Матвея бежали бабы, мужики, подростки. В руках каждый держал какое-то орудие: косы, вилы, палки, камни, вёдра.

-Уматывай отсюда! А то ты сейчас сам узнаешь, каково это битым быть. И чтоб мы тебя здесь больше никогда не видели! — сквозь зубы сказал Михаил.

Видно было, что кулаки на этого городского гостя у него чесались.

Егор, прижимаясь спиной к стене, пробрался к выходу. Матвей с Михаилом посторонились, выпуская перепуганного мужчину. А тот, вырвавшись, наконец из дома, на бегу к машине выкрикивал какие-то угрозы.

Но люди не слушали его, а только смеялись, отпуская в его сторону издевательские шуточки.

-Не прощу! Никогда не прощу! — послышался его голос уже возле машины.

Когда он, наконец, уехал, Марина дала волю слезам. Она рыдала, на широкой груди Михаила, в его крепких объятиях.

-Ну, слава Богу! Кажись всё закончилось! — сказал дед Матвей и перекрестился.

Вскоре, Марина и Михаил поженились. Теперь она в полной уверенности говорит, что абсолютно счастлива.

Автор: Анелия Ятс

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.88MB | MySQL:68 | 0,340sec