— Нет, на ночь глядя я никого не выгоняю, Зоя, не придумывай, уйдёте с сыном утром. Мне как раз в семь часов собираться на работу, вот и встанем вместе, — произнесла Татьяна Сергеевна с совершенно невозмутимым видом.
— А нельзя ремонт отложить до лета? Мы бы с Семёном на дачу уехали жить, а сейчас холодно. Да и Игорь вернётся к тому времени, — спросила невестка.
— Нет. Нельзя. Сейчас цена на работу самая выгодная, потом жаркий сезон начнётся, спрос будет большой, да и летом зачем тут эта пыль.
— Пыль всё равно будет, — заметила Зоя.
— Да, кстати, вещи ваши тоже нужно будет вывезти до конца ремонта, я тебе не раз уже говорила. Слушай, Зоя, я тебе так скажу. Ты зря играешь на моих нервах. Сын мой тебя принял с ребёнком, могла бы и промолчать.
— Но это же ваш внук! — не сдержалась она.
![](http://ladylike.su/wp-content/uploads/2024/05/Screenshot_333.png)
— Да?! Там у него дочка на севере. Вот она моя внученька. А то, что Семён мой внук ещё доказать нужно.
— Что доказать? — переспросила Зоя, не веря в то, что только что услышала.
— Ты слышала, не прикидывайся. Я, как и Игорь, не уверена, что Семён наш.
— Вот те здрасте. Ребёнку почти четыре года и только сейчас вы решились это сказать. Вот дела. И да, кстати. Куда мне с ребёнком завтра утром идти, вы не подскажите?
— Не знаю, — пожала плечами Татьяна Сергеевна, и захлопала ресницами.
***
С Игорем Зоя познакомилась пять лет назад. Серьёзные намерения мужчины сыграли свою роль.
«Я встречаюсь только с теми, с кем готов создать семью», — сказал Игорь, когда они вышли из кинотеатра, и Зоя растаяла. Три попытки вступить в брак были у неё за спиной, три неудачные попытки, поэтому на их фоне Игорь был верхом совершенства. Он много работал, правда, надолго уезжал на вахту. Но с учётом того, что их в маленьком городе так просто заработать даже небольшую зарплату было сложно, это характеризовало его с положительной стороны. Красивым Игоря назвать было сложно. Обычный мужчина среднего роста с пивным животиком и начинающими редеть волосами. Впрочем, и Зоя не блистала, имея заурядную внешность.
Зоя работала поваром в школьной столовой, а вечерами мыла пол в той же школе.
Ей было тридцать два, он на два года старше, тут уже не до большой любви, достаточно было симпатии и холодного расчёта.
Когда Зоя забеременела, Игорь сразу сказал: «Нужно зарегистрировать брак. Я один раз был женат, поэтому празднований не будет».
Зоя и сама была рада такому повороту. Расписались и хорошо. А то, что с ребёнком не бросил, вообще, прекрасно. Её родители жили далеко, да и отношения с ними были у Зои напряжённые. Мать с отцом с годами слишком пристрастились к бутылке, и в один из подходящих моментов Зоя уехала к тётке по отцовской линии. Тётя Маша была счастлива, что Зоя выходит замуж и идёт жить к мужу.
Недовольна была лишь мать Игоря. Сын после развода стал жить в её квартире, жильё на севере оставил жене. Полгода Игорь отсутствовал, потом приезжал, привозил деньги и всё лето помогал матери на даче, захватывая май и сентябрь, что не могло не радовать Татьяну Сергеевну. А теперь в квартире постоянно жила совершенно чужая женщина. Сына не было дома, а она шуршала, пела в ванной комнате, ходила с пузом по квартире, загадочно улыбаясь. Потом эти крики ребёнка по ночам и дням. Спасалась Татьяна Сергеевна на даче, но теперь Игорь помогал мало. О том, чтобы снимать на полгода квартиру, он даже не хотел разговаривать. А она, привыкшая к одиночеству после смерти мужа, и к своему темпу жизни, вечно была на взводе.
Но самым главным было то, что не верила в любовь невестки мать Игоря. Всё думала, что по расчёту выскочила Зоя за него. Какая жена выдержит разлуку по полгода? Другая давно бы извела мужика, а эта молчком. Да и о том, что Семён её внук, часто задумывалась. Болело сердце матери.
Характер у Татьяны Сергеевны был не из лёгких. Вот и сейчас, она задумала сделать ремонт до дачного сезона и заранее предупредила Зою, чтобы она с Семёном съехала. А та ни в какую. Хотя идти невестке было куда — тётка готова была их принять. Но Зоя встала в позу и Татьяна Сергеевна не отступала. Косметический ремонт в квартире давно напрашивался. Да и Семён ускорил своим творчеством этот момент, откладывать было уже некуда. Татьяна Сергеевна понимала, что цена на всё растут, а позже у неё возможности обновить ремонт может и не быть.
***
Зоя набрала номер мужа. Длинные гудки. Она пожала плечами и отложила телефон. Обычно Игорь всегда отвечал. Через час Зоя перезвонила мужу, опять нет ответа. Позже часа ночи звонить не стала. Но такое стечение обстоятельств её насторожило.
Утром телефон и вовсе был отключён.
— Татьяна Сергеевна, — Зоя вошла на кухню, как только услышала, что свекровь встала. — Игорь не отвечает, — с дрожью в голосе сказала Зоя.
— Хотела нажаловаться на меня?
— Татьяна Сергеевна, сын ваш на телефон не отвечает.
— Спит мой сын.
— Телефон недоступен. Раньше такого не было.
— Мало ли что, зарядить не успел, ушёл не работу. Нет, Зоя, я что-то не понимаю, то по шесть месяцев не интересуешься где мой сын, а тут, как петух жареный клюнул, сразу …
— Мы каждый день созваниваемся или пишем друг другу постоянно. Тут что-то не то.
— Боишься, что кто-то уведёт мужа. А правильно!
— Не говорите глупостей, Татьяна Сергеевна.
— На работу позвони, давай…, — мать взволнованно подала снохе её телефон.
— Что? Как в больнице? А почему нам не сообщили? Сообщили? Так это его первая жена… Да, диктуйте, я запишу.
Зоя схватила с хлебницы тетрадь, в которую свекровь записывала свои рецепты и принялась писать.
— Что, что, говори? — трясла её Татьяна Сергеевна.
— Инсульт.
— Какой ещё инсульт, ему и сорока нет?
— Я не знаю, — Зоя сидела совершенно понурая, теребила тетрадь, в которую записала телефон.
— Я поеду, сегодня, сейчас же. Надо его оттуда забирать.
— Звоните его первой жене, она же должна быть в курсе, — тут же предложила Зоя.
Теперь уже Татьяна Сергеевна сидела с телефоном у уха и внимательно слушала, когда на том конце ответят.
— Оля, ну наконец-то ты ответила. Да, я. Что? Как не звоните больше? А Игорь, ты знаешь, что с ним случилось? Не знаешь и знать не хочешь? Оля… Бросила трубку, — Татьяна Сергеевна прислонила к сжатым губам кулак и закрыла глаза.
— Так. Не паниковать. Я найду телефон больницы и позвоню. Ещё нужны будут деньги. Может, кредит взять? — Зоя принялась ходить по кухне, два шага в сторону двери, два назад.
— Может, Зоя, мне поехать, я мать?
— Нет, Татьяна Сергеевна, у вас ремонт. Семёна я тёте отвезу сегодня и уеду.
— Какой уж тут ремонт, отменю всё. И с внуком посижу, поезжай.
Зоя дозвонилась до лечащего врача, всё разузнала и вечером уже уехала к мужу, а через три недели привезла его домой.
— Повезло, мам, человек мимо проходил, когда со мной это случилось, и помог.
Игорь сидел в кресле и рассказывал о произошедшем. Мать внимательно смотрела на сына, а жена сидела рядом и гладила его по руке, Семён тут же вертелся на диване рядом. Речь восстановилась сразу, но левая сторона требовала к себе большего внимания, чем рассчитывала мать.
— Реабилитационную программу я нашла хорошую. Важно в первые месяцы Игоря пролечить, сразу, чтобы от болезни не осталась и следа.
— Ну, тоже ты придумаешь, — усмехнулся муж, — не осталось следа, это такая бяка…
— Да, только так, правда же, Татьяна Сергеевна?
— Так. Правильно Зоя говорит. Ты такой молодой, надо до конца бороться.
Мать не спрашивала подробностей, но когда посматривала на невестку, понимала, что она что-то недоговаривает.
Поздно вечером на кухне, прикрыв дверь, Зоя попросила свекровь остаться и поговорить.
— Татьяна Сергеевна, в общем, там такая история случилась. — Зоя обернулась, посмотрела не слышит ли кто. — Игорь пришёл к Ольге, чтобы повидаться с дочерью, как он всегда делал, подарки привёз, денег. Пришёл, а там мужик в трусах дверь открывает. Всё бы ничего, она же в разводе, имеет право встречаться с кем захочет. Но… девочка, дочь, как считал Игорь, вылитая этот мужчина. Те самые пшеничные волосы и голубые глаза. Игорь говорит, всё в глазах потемнело, когда ямочку у этого мужика на щеке увидел, тут уже всё стало ясно без экспертиз.
Татьяна Сергеевна перебила Зою.
— Выходит, внучка и не моя?
— Выходит.
— Но слушайте дальше. Вышел Игорь на улицу, сел на скамейку, а тут Ольга возвращается из магазина. Счастливая, летит просто. Подошла к Игорю и говорит, что её любимый вернулся, помирились они. И созналась, что этот мужчина настоящий отец девочки, поругались они, когда ухажёр узнал о беременности, а тут Игорь подвернулся. Не извинилась, голову выше подняла и пошла домой. Игорю тут же совсем плохо стало. Мужчина какой-то мимо шёл, понял в чём дело и вызвал скорую помощь. Я очень вас прошу эту тему пока не поднимать, всё, что нам сейчас нужно — это поставить его на ноги, восстановить все нейронные связи как можно скорее. Доктор сказал, что у Игоря очень высокие шансы на почти полное выздоровление при должном лечении.
Татьяна Сергеевна посмотрела на невестку так, как никогда не смотрела. Как, наверное, не хотела смотреть.
Зоя была решительна, в её глазах читался оптимизм, настрой и какая-то неведомая ранее эмпатия.
И потянулись дни за днями. Зоя не отступала ни на шаг, не чувствовала усталости. Она консультировалась с врачами, искала возможность получить лучшую реабилитацию, бесплатные лекарства и процедуры, не спала ночами, чтобы получить второе мнение по важному вопросу, возила везде мужа, она изучала тему, будто писала диссертацию.
Ах, как же ошибалась Татьяна Сергеевна, как ошибалась. Вот в такой беде и в одно мгновение выяснилось кто настоящая жена и кому что в браке было нужно. Свекровь очень хорошо приняла Ольгу, да и что не принять, виделись несколько раз, улыбчивая, обходительная, со всем соглашается. В гости ездила свекровь тоже пару раз всего, оттого внучка была любимой. А Сёма? Семён орал ночами и днями шесть месяцев, кругом ползунки, бутылочки, банки с питанием. Зоя имела своё мнение на воспитание ребёнка, да и на всё вокруг тоже. Причём отличное от мнения свекрови. Мельтешила перед глазами день и ночь. Как тут ни думать, ни сравнивать. А выходит, зря. По поступкам и судить нужно о человеке.
Зоя, как обычно, сидела на кухне перед открытым ноутбуком и что-то читала. Татьяна Сергеевна принялась мыть посуду, хотя невестка просила оставить.
— Зой, ты мне скажи, только правду, ладно. Семён Игорю сын? — свекровь повернулась к невестке и посмотрела прямо в глаза.
— Опять? Ну, Татьяна Сергеевна, ну зачем?
— Правду хочу знать.
— А правда она тут, рядом с вашим сыном. На ваших глазах мы встречаться начали. Да, не скажу, что любила до беспамятства, но и любовь разная бывает, тем более нам не по восемнадцать с Игорем. Да и разве вам нужны доказательства? Разве нужны тесты, чтобы принять нас, принять, как семью вашего сына, как его неотъемлемую часть.
Татьяна Сергеевна часто-часто захлопала глазами. Столько боли и негодования она услышала сейчас, так стыдно ей стало, что сомневалась.
— Ты прости меня, девочка моя, прости, глупая я баба, столько лет прожила, а не вижу человека, что передо мной.
Татьяна Сергеевна разревелась. Зоя подошла к ней и обняла:
— И вы меня тоже простите, заносчивая я, упрямая, характер у меня такой.
Они обе обнимались, утирали слёзы.
— Вы чего? Ваша сырость уже в комнату полезла, — Игорь зашёл на кухню, — случилось что? Лучше смотрите, как у меня получаться стало. — Игорь сжал эспандер кистью так сильно, что резиновый бублик превратился в длинную вытянутую сушку.
— Игорь! — воскликнула Зоя и обняла мужа.
— От счастья, сынок, и плачем, что всё у нас хорошо, что ты восстанавливаешься, — мать приобняла сына с другой стороны.
— Вот вы женщины, странный народ. Плохо — плачут, хорошо — тоже ревут.
— Зато с нами не соскучишься, — улыбнулась Зоя.
Сысойкина Наталья