Семейное несчастье

— Избавься от кота! Или я сама от него избавлюсь! Полина, он оцарапал Еву. Дикий кот не может быть домашним. Почему я растолковываю тебе элементарные правила? Дикие коты живут на улицах, охотятся на крыс и спят в подвалах. Они не домашние! Ты его в питомнике с родословной покупала? Нет. Они и разносчики…

— Галина Яковлевна, Тоша до вас мог быть домашним, а сейчас резко одичал??- вопросительные и восклицательные нотки, с которыми Полина осведомилась об этом, Галина приняла за насмешку.

 

— Переводишь все на меня? Я его раздразнила? Ага, до этого был примерный кот, а, как я появилась, то от него и шерсть сразу по всему дому полетела, и царапаться начал… Все это я.

— Нет, я подвожу к тому, что Тоша со мной еще с той квартиры, на Спасской, а оттуда я переехала в 2018. И никогда Тоша не был агрессивным. От него вообще нет вреда. Он ходит в лоточек и точит когти о когтеточку. Шерсть я ему вычесываю. И Еву он не оцарапал, она о карусель поцарапалась. Ева с пеленок дружит с Тошей, у них гармония.

— Зачем тебе это напоминание о бывшем??

— Мой кот – моя ответственность. Мы ответственны за тех, кого приручили.

— О Еве ты подумала? Почему я о ней думаю?

— Ева очень любит котов.

— Потому что без них не пробовала жить! Ты не думаешь о дочери, только я, бабушка, о ней и думаю. Ты сухарь.

— Я учу дочь быть милосердной, с осторожностью обращаться с животными, и Тоша – это не напоминание о бывшем. Это мой кот!

Тоша достался Полине от Вовы. Кому-то от бывших достается недвижимость, кому-то – дети, а Полине достался котик Тоша. Это было их совместное решение. Оба души не чаяли в Тоше, но Вова – моряк, он подолгу отсутствовал, потому Полина вызвалась быть опекуном их пушистого друга. Когда Вова взошел на палубу корабля, отправлявшегося в далекий рейс, Полина показывала ему Тошу в переноске.

Предыстория у Тоши невеселая: он был уличным котенком. Среди хлама, в ветоши, утрамбованной плотным кольцом, полосатая кошечка выхаживала своих новорожденных котят: серого с белыми точками на спинке, и белого с серыми точками на спинке и хвосте.

Белый – это Тоша.

Подростки пришли на писк и раздали всех котов. Маму Тоши и его братика забрала в свой коттедж небедная, но печальная супружеская пара, где коты живут и здравствуют по сей день.

Тошу забрала бабушка-одуванчик. Ее окна выходили как раз на пустырь, где, среди хлама, выживали котята. Но Тоше не повезло в том, что, когда бабушки не стало, ее детки, не задумываясь, выгнали его из занимаемой жилплощади.

По памяти или по наитию, но Тоша побрел на тот же пустырь, с которого его унесли.

Домашний кот сразу вспомнил свое уличное детство. За несколько летних месяцев он исследовал все окрестные дворики и подвалы, уже знал, где теплые лежанки, и где самые сердобольные жильцы, которые обязательно угостят сосиской.

Но промозглой осенью конкуренция за лежанки и кормежку возросла, и не всегда Тоше удавалось поспать и поесть. Его, доедающего какие-то остатки завалявшегося хлеба, нашел Вова.

И Тоше все-таки опять повезло. Его изловили, что было непростым занятием, ведь кот уже одичал, и отвезли к ветеринарам, где, после обследования, сказали, что проблем у кота нет.

Новые хозяева, особенно Полина, оказались значительно строже той бабульки, которая разрешала и дрыхнуть на столах, и точить когти о занавески. Тут взялись за дрессировку. Когтеточку надо знать на “отлично”, как и лоток, а кормят специальным кормом по часам, но способный Тоша шустро освоился.

Лидером он выбрал Полину.

Когда Вова куда-то пропал, котик долго бросил по квартире, жалобно мяукая, на что Полина сразу начинала его успокаивающе гладить по шерстке.

Потом они съехали.

Тоше было неведомо, что теперь у них есть собственный, принадлежащий им и только им, дом, то есть, скромная двухкомнатная квартира, купленная Полиной. В недвижимость Тоша не разбирался, но чувствовал, как приближался переезд, и чувствовал ту пустоту, в которой его бросили во время другого переезда, потому боялся, насколько может бояться кот. Он не отходил от Полины. А, когда понял, что Полина не собирается его выкидывать, вообще стал ее “хвостиком”. Будто бы благодарил.

 

В их с Полиной жизни появился Гриша, а через 1,5 года – девочка Ева. Тоша сам записался в няньки, и ходил хвостиком уже за Евой, терся о нее, пытаясь помочь подняться, когда малютка падала.

Он – кот. Он не знает, что против него уже плетется сеть интриг.

— Бывшего своего вспоминаешь, глядя на кота?? – нажимала Галина Яковлевна, — Потому и не отдаешь. А от него шерсть и песок по всей квартире!

— Песок-то не от него, — произнесла Полина то, что не хотела произносить вслух.

Свекровь в долгу не осталась:

— Я, может, старая уже, чего-то не понимаю… и песок вот сыпется. Но ты из-за этого шерстнатого осталась без собственной родни, а сейчас оставишь без родни и Гришу с Евой. Потому что я, великодушная и не злобная женщина, я молчу и молчу, но… до поры до времени. Потом будете искать пятый угол. Чтобы избавилась от него!

Полина сопроводила уход свекрови тяжелым взглядом.

Чтобы Тоша снова не превратился в уличного бродягу, Полина рассорилась со всей родней по маминой линии. Когда мамина сестра, Нина, заплаканным и срывающимся голосом попросила приютить у себя ее сына, потому что в общежитии ему учиться не дают каждодневными тусовками, Полина нехотя согласилась, дала добро. Но сама находилась в расстроенных чувствах, ведь жить с двоюродным братом, которого она фактически и не знала, причем жить годами – это лотерея. Будет ли он примерным? Не будет ли приводить каких-нибудь дружков? Как организовать быть, чтобы не быть для него обслугой? И что насчет денег, ведь кормить его тоже кто-то должен. Тетя заметила, что Полина не в восторге. На пятый день, так и не пожелав обсудить все бытовые и материальные вопросы, чем уже довели Полину до ручки, паренек расчихался. Когда были сделаны выводы, что это из-за Тоши, то тетя незамедлительно скинула Полине список приютов, куда кота можно сдать, на что девушка скинула ей список домов престарелых. Поступок, конечно, детский, но он возымел эффект – братик собрался за три часа. А с Полиной никто, кроме мамы, не разговаривает.

Теперь вот Тоша и свекрови не угодил. Она внушила себе, что кот – это риск для ребенка. Какой именно риск несет совершенно домашний, обследованный и дружелюбный Тоша, остается загадкой.

— Полин, я, как твой муж, говорю, что тебе надо извиниться перед моей мамой.

— Мне?

— Тебе. Она дельные вещи говорит. Кот тут только мешается и путается под ногами. Может и Еву оцарапать. Как тогда взвоешь? Отвезем его в приют. Или подберем ему дом. Подружкам твоим отдадим.

Куда отдать Тошу, Полина знала. Ее бывший Вова давно “сошел на берег” и теперь работает в частном охранном предприятии. Посуточно, конечно, но зато потом по 48 часов дома. В принципе, для Тоши это подходит. И Вова всегда любил кота.

Но вопрос не в этом…

— А вы все не раздуетесь от важности? – ответила Полина, — Почему все, кто можно, указывают мне, что мне, в своей квартире, купленной только на свои деньги, делать с собственным котом?

— Жильем попрекаешь?

— Не перевирай!

— Тогда, если мы с тобой муж и жена, и это наш дом, где мы на равных, то и решать надо на равных, а не так, что “я оставляю кота, и это не обсуждается”. Будь так любезна и мою точку зрения учитывать. Мне не нужен Тоша. Однозначно. Без компромиссов.

— Если я, однозначно, не отдам кота, а ты, однозначно, хочешь его отдать, и мы тут на равных, а компромисс невозможен, то что тогда делать?

— Монетку кинем. Или ты, как женщина, прислушаешься к мужу. А также вспомнишь о ребенке, который в опасности.

— В какой?? Это Галина тебя науськивает? Ты не фанат кошек, но тебе вообще было по барабану, есть у меня домашние животные или нет, пока Галина не начала свою кампанию по тому, чтобы сбагрить куда-то Тошу.

— Чего ты так возмущаешься? Зачем он тебе? Неужели серьезно бывшего напоминает?! – хмуро посмотрел на нее Гриша.

— Это бессмысленный диалог. Ты, как и твоя мама, ищешь любой повод.

 

После того разговора в Полине засело какое-то пугающее предчувствие. Кажется, Гриша остыл и снова не замечал кота, а свекровь совсем перестала бывать у них, выказывая так свое несогласие, и все стихло, но чувство надвигающейся грозы Полину не отпускало.

Вскоре Полина, вечером, набегавшись по городу и порядком устав, насыпала сухого корма в миску Тоши и позвала того ужинать. Тоша не пришел. На его лежанке, в домике, который заодно и когтеточка, Тоши не было.

— Гриша, ты Тошу не видел?

— В зале дрых.

Но и зале – никого.

Полина пыталась восстановить в мыслях всю картину происшедшего. Вот она заходил в квартиру. Вот закрывает дверь. Вот снимает Тошу с пальто, положенного на пуфик. Или это она сделала, когда двери еще были открыты? Тоша мог сбежать?

Стоило заподозрить Гришу. Ну, любой бы заподозрил. Полина тоже понимала, что ему было бы очень удобно, если бы кот сам убежал, но девушка не хотела даже допускать, что муж способен на такое. Повздорить из-за домашних животных – это все же не то же самое, что выбросить животное на улицу.

— Мама, а папа Тошу вынес, — пришла к ней Ева, которая тоже любила кота.

— Куда вынес?

— Из дома. Я сама видела.

Гриша на это сказал, что “если ты не можешь принять волевое решение, то за тебя это сделает муж”. Как мама его учила. И именно волевым движением все его шмотки, схваченные в охапку, отправились с балкона свободным падением.

— Помешанная!! Ты из-за комка шерсти семью разрушаешь!

— Радуйся, что туда полетел не ты!

Полина, с невероятной силой, выволокла без пяти минут бывшего мужа. Вопрос о разводе уже не стоял. Если он может так обращаться не только с ней, не думая о ее чувствах, но и с беззащитным котом, который сейчас забился в какую-нибудь нору, без еды и воды, то вопрос развода только в том, в какой день поставить подпись на заявлении.

За Евой присмотрела баба Надя.

Полина, отмахиваясь от вмиг поумневшего Гриши, который все твердил, что, наверное, переборщил с Тошей, носилась по их улочке, зазывая кота. Если бы животные умели говорить, то, конечно, он бы сейчас вслух рыдал из-за повторного предательства – его опять выкинули на улицу.

— Ошейник где? – опомнилась Полина, хватая Гришу.

— А?

— Ошейник? На нем?

— Нет, я снял. Мама сказала, что с биркой его точно кто-то обратно принесет. Полин, как я мог пойти против нее? Она бы мне… Она о Еве заботится, пойми ты уже, что это все ради Евы!

— Приспособленец трусливый! – оттолкнула его Полина, — Не боитесь вы, что Еву поцарапают! Вы животных не любите, и хотите свои порядки в доме установить, превосходство свое мне продемонстрировать!

Буркнув, что он “не приспособленец”, Гриша добавил, что такими мужчинами не разбрасываются, и пошел к автобусам.

Смеркалось.

Если при свете дня искать Тошу, который мог уже быть очень далеко, за мостом или за дорогой, или перебежать через железнодорожные пути и пропасть среди деревень, что за чертой города, – это как пересчитывать песчинки в океане, то уж в потемках…

 

Полина то хваталась за мобильник и думала кому звонить, то бросала его, понимая, что печатать листовки и звать друзей некогда. Время работает против нее. С каждым часом шансов все меньше.

И тут Полина обернулась.

У парка сидел мужчина, обнимал котика и разговаривал с ним:

— Ты чистенький и аккуратненький, ты явно домашний. Куда тебя отнести? Если бы ты умел говорить…

Тоша добежал до торгового центра и стоянки возле парка, убежал довольно далеко от дома, но был замечен и поднят мужчиной, который представился Борисом. Борис простоял почти час под дождем, прикрыв кота курткой.

— Почему не пошли домой? – удивлялась Полина.

— Чувствовал, что вы придете.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.86MB | MySQL:68 | 0,365sec