Внучка

Катя заснула только под утро. Когда она открыла глаза, комнату заливал солнечный свет, рядом с кроватью стоял Виктор и улыбался.

— Я всю ночь ждала тебя. Где ты был?

— Маленькая моя, видишь, со мной ничего не случилось. Приводи себя в порядок, пойдём, позавтракаем где-нибудь, — сказал Виктор.

На улице было тепло по-летнему.

— Мороженое хочешь? – Не дожидаясь ответа, Виктор подошёл к киоску и купил Катино любимое крем-брюле в вафельном стаканчике.

— У тебя хорошее настроение. Ты выиграл в карты? – спросила Катя, слизывая верхушку с мороженого.

— Не угадала. У меня появилась одна идея. И для её осуществления мне потребуется твоя помощь.

— Но ты никогда не брал меня с собой. Что мне нужно делать?

 

— Ничего. Ты просто должна быть рядом. Но если не хочешь, я справлюсь и сам.

— Нет, я с тобой, — поспешно согласилась Катя.

— Я знал, что ты согласишься. Можешь выбирать белое платье, — снисходительно сказал Виктор, под влиянием благодушного настроения.

— Правда? Ты делаешь мне предложение? – обрадовалась девушка и даже забыла про мороженое в руке.

Ни одной женщине Виктор позволял даже заикаться о замужестве. Но Катя совсем другое дело. Она стала его талисманом, приносила удачу. Год назад он отбил её у трёх хулиганов.

Катя жила с матерью в небольшом городе. После ухода отца, мать запила. Стало ещё хуже, когда она привела в дом мужчину и сказала, что он будет жить с ними. Сожитель с нескрываемым интересом поглядывал на Катю, а однажды попытался уложить её в постель. Девушка смогла убежать, села в электричку и оказалась в большом городе.

Денег нет, родных в городе тоже. Что делать? Куда идти? Своим растерянным видом она привлекала внимание компании парней, вечно ошивающихся на вокзале в поисках лохов и приключений. Всё могло закончиться очень плохо для Кати, но на её крики прибежал Виктор и отбил девушку у хулиганов. С тех пор они были вместе.

Катя влюбилась в Виктора. Высокий, физически развитый, хорошо одетый, симпатичный и улыбчивый, он одним своим видом вызывал доверие. С ним было спокойно, хотя Виктор не скрывал, что занимается не совсем честными делами. Но её в свои дела никогда не впутывал.

Они сели на скамейку на набережной. На солнце мороженое быстро таяло, вафельный стаканчик размок, сладкая вода полилась на ладонь, стекла по запястью и капнула на подол платья.

— Чёрт! – Катя вскочила со скамейки и отвела руку с мороженым в сторону, чтобы не испачкаться ещё больше.

— Да выброси ты его, — лениво щурясь на солнце, словно сытый кот, сказал Виктор.

Катя бросила размокший стаканчик в урну, слизала языком мороженое с руки. «Какая же она ещё ребёнок», — с нежностью подумал Виктор.

— Дело предстоит выигрышное, но нужно всё хорошо продумать. Ошибиться нельзя. Парню с невестой поверят быстрее, чем мне одному.

— С невестой? – переспросила Катя, садясь снова на скамейку.

— Ты же невеста. – Виктор приобнял Катю за плечи, и она прильнула к нему.

— Вчера я случайно узнал про одну полоумную старуху. У неё никого нет. Муж давно умер, а несколько лет назад в горячей точке погиб единственный сын. Она постоянно об этом забывает и ждёт его по вечерам с работы. На пальце она носит перстень, никогда с ним не расстаётся. Думаю, что такого добра у неё навалом. Муж непростой был.

— Ты хочешь украсть у неё драгоценности? – догадалась Катя.

— Нет, не хочу шума. Она сама нам их отдаст. Мы заявимся к ней как внук с невестой. Сечёшь? Твоя задача в том и состоит, чтобы ей захотелось подарить тебе на свадьбу свои цацки.

У Виктора были свои принципы. Кате стало жалко старушку. Одно дело обманывать богатых чиновников и их жён, другое – одинокую доверчивую старушку. Катя задумалась.

— Купи скромное платье, в котором наверняка понравишься старушке, — не замечая её задумчивости, сказал Виктор.

— А если она догадается? Не признает в тебе внука? Вряд ли ты похож на её сына.

— У неё с памятью неважно, да и не видела его давно.

Через два дня Виктор с Катей стояли перед железной дверью на третьем этаже старого кирпичного дома. Виктор последний раз окинул Катю придирчивым взглядом и остался доволен её скромным видом. Сам он, как всегда, был подтянут, аккуратно одет и обаятелен.

— Больше молчи, хорошо?
Катя кивнула.

 

Виктор нажал на кнопку звона. За дверью послышались шаркающие шаги, щёлкнул замок. Катя ожидала увидеть старушку, но пред ней стояла невысокая пожилая женщина в старомодном платье с белым кружевным воротничком. Пушистые седые волосы заколоты сзади крабом с чёрным бантом.

— Вам кого? – подслеповато щурясь, спросила женщина.

— Вас, если вы Анна Сергеевна Донцова. Возможно, вам это покажется странным, но я ваш внук, — сказал Виктор серьёзно.

— Я не понимаю… — Женщина растерянно заморгала. – Мой сын никогда не был женат. Вы что-то путаете, молодой человек.

— Можно войти? — Виктор улыбнулся одной из своих очаровательных улыбок.
Его улыбка действовала на людей безотказно, они его слушались.

— Да, конечно. – Анна Сергеевна посторонилась, впуская гостей.

— Ну, здравствуйте. Я вас такой себе и представлял. Можно? – Виктор прошёл в комнату, остановился перед увеличенным снимком молодого мужчины в парадной военной форме на стене.

— У мамы другая фотография, где он ещё в форме курсанта. – Виктор обернулся к Анне Сергеевне.

— Я всё же не очень вас понимаю… — слабым голосом сказала она.

— Я из Рязани. Ваш сын ведь там учился? Мама познакомилась с ним за несколько месяцев до выпуска. Когда он уехал, она поняла, что беременная. Он не писал, не звонил, она не знала, как сообщить ему. Мама никогда не говорила мне об отце, считала, что он её бросил. А недавно всё рассказала. Я нашёл вас, узнал, что отец геройски погиб…

Анна Сергеевна охнула и опустилась на стул, глаза её затуманили набежавшие слёзы.

— Павлуша, сынок… — прошептала она.

— Мама назвала меня тоже Павлом.

Катя смотрела на Виктора во все глаза. Он так достоверно врал, что даже она прониклась его рассказом, чуть не прослезилась. Анна Сергеевна тоже подпала под его обаяние, иначе и быть не могло. Она принесла старый альбом и стала показывать фотографии сына с самого раннего детства.

Катя смотрела и еле сдерживала слёзы. Вот бы у неё был такой отец, которым можно гордиться, такая бабушка… Мать бы не пила и не приводила в дом кого попало. Она заметила, что Виктор почти не смотрел на снимки. Всё правильно, он играет роль, это не его отец, он пришёл не говорить о нём, а развести бедную женщину на деньги.

Катя вдруг почувствовала, что не хочет в этом участвовать. Как можно? Всё протестовало внутри неё. Ей захотелось защитить бедную женщину, потерявшую единственного сына. Виктор перехватил её взгляд, понял, о чём она думает.

— Ой, что же я сижу. Вы же с дороги. А где ваши вещи?

— В гостинице. Да и вещей у нас почти нет. Мы всего на пару дней приехали, — сказал Виктор-Павел.

— Как же так? Внук приехал к бабушке и будет жить в гостинице? Нет, я никуда вас не отпущу, — заволновалась Анна Сергеевна.

— Работа ждёт, мама. Я тоже у неё один. Потом, совсем скоро свадьба. Сами понимаете, столько всего нужно успеть сделать. Вы приедете на нашу с Катей свадьбу?

— Жалко, что Павел не дожил. Не узнал, что у него есть сын. А твоя мама?

— Вышла замуж, но развелась. Она ведь думала, что Павел её бросил. – Виктор умело подводил, что сын не безгрешен, а он, Павел младший достоин любви…

— Да-да, конечно. – Анна Сергеевна поднялась с дивана. – Я пойду, чайник поставлю.

— Мы привезли вам торт, конфеты и фрукты. – Катя принесла из прихожей пакеты. — Пойдёмте, я помогу вам, — предложила она.

— Нет- нет, отдыхайте. Я ещё не настолько стара, чтобы не накрыть на стол.

 

— Кать, не надо её жалеть. Это просто работа. Поняла? – зашептал ей Виктор, когда женщина ушла на кухню. – Не сорви дело. Мы не ограбим её, слышишь? Видела, какой перстень у неё на пальце? Твоя забота разговорить её, чтобы показала остальные драгоценности. Поняла? Тебе это проще сделать, чем мне. Катя кивнула.

Они пили чай. Анна Сергеевна рассказывала, как тяжело пережила потерю сына, расспрашивала подробности о его жизни в Рязани. Но Виктор-Павел его ведь не видел, рассказать ничего не мог, что-то сочинял на ходу. Радовалась, что у неё есть внук, сокрушалась, что Павел не дожил до этого дня…

— А вы учительница? – спросила вдруг Катя.

— Да. Я сорок лет отработала в школе, преподавала русский и литературу, — оживилась Анна Сергеевна.

— Вы напомнили мне мою учительницу. Она тоже всегда носила на пальце большой зелёный перстень. Ещё она иногда прикалывала брошь к вороту кофты. Такую круглую, с большим синим камнем в центре, а по краям маленькие белые камешки. Я всегда смотрела на эту брошь.

— Кольцо мне муж подарил. Это… Забыла, как камень называется. Я его никогда не снимала. Сейчас… — Анна Сергеевна вышла из комнаты.

— Умница! – сказал одними губами Виктор.

Анна Сергеевна вернулась с брошью.

— Такая?

Глаза у Виктора загорелись.

— Можно? – он взял в руки брошь. Пальцы подрагивали от волнения.

— Она тяжёлая, я надевала её редко. А это тебе. – Анна Сергеевна подала Кате колечко. – Должно быть в пору. Это бриллиант. Мой подарок тебе на свадьбу, девочка.

— Ой, не надо… — растерялась Катя.

— Бери, — сказала Анна Сергеевна, а Виктор чуть не убил Катю взглядом.

Катя примерила колечко. Оно действительно оказалось впору.

— Спасибо. Я никогда его не сниму, — сказала она, и на её глазах выступили слёзы.

«Видишь? То ли ещё будет», — говорил взгляд Виктора.

— Вы отдыхайте, а я в магазин схожу. – Анна Сергеевна забрала у Виктора брошь.

— Что вы. Мы молодые, сами всё купим, вы скажите только, что нужно и где тут магазины, — с готовностью вскочил со стула Виктор-Павел.

— Я вам список напишу и деньги дам, — Анна Сергеевна пошла за блокнотом.

— Никаких денег я не возьму. Я приехал навестить бабушку, а не грабить, – сказал Виктор, не сводя глаз с Кати.

— Почему мы не остались? Пока она ходит за покупками, мы бы осмотрели квартиру, — спросила Катя на улице.

— Ага. А она встретила бы соседей и похвасталась, что к ней внук приехал. Кто-нибудь сложил бы дважды два, вызвал полицию… Нельзя давать ей общаться с соседями. Уедем, тогда ищи ветра в поле.

Когда они вернулись, Анна Сергеевна уже тушила мясо. Катя начала резать салат. До неё доносились из комнаты шорохи, скрип открываемых шкафов. Анна Сергеевна не слышала ничего.

После обеда Виктор вышел прогуляться, а Катя осталась с Анной Сергеевной. Они просто разговаривали. Потом Анна Сергеевна принесла шкатулку. У Кати глаза разбежались от вида разноцветных камней.

— Муж дарил. А куда их носить? Так и пролежали всю жизнь. Бери, девочка.

— Что вы, не надо, — Катя вскочила с дивана и попятилась.

— Умру, заберут чужие. А так в семье останутся. Только Павлу не говори. Оденешь на свадьбу, вот он удивится. Иди, спрячь.

 

Катя со шкатулкой ушла в комнату сына, которую им отвела Анна Сергеевна. Она огляделась. Открыла шкаф и увидела внизу обувную коробку. В ней оказались зимние сапоги. Она запихала драгоценности в один сапог, сверху заложила смятой газетой. Пустую шкатулку засунула за стопку белья в шкафу.

— Ну как, получилось? Драгоценности у тебя? – спросил Виктор, когда они отправились спать.

Катя кивнула.

— Умница ты моя. Сейчас старуха уснёт и свалим. — Он нежно обнял Катю и поцеловал. – А я нашёл деньги, немного, на похороны, наверное, приготовила. Думаю, у неё есть ещё. Но рисковать не будем. За одну брошку получим уйму денег. Вот видишь, как всё просто.

Совесть грызла Катю изнутри. Не хотелось предавать Анну Сергеевну, но и Виктор не простит ей, когда узнает, что драгоценности она не взяла. И что делать? Через полчаса из-за двери раздался храп Анны Сергеевны.

— Всё, уходим. Ничего не оставляй. Нас никто не видел, да и вряд ли запомнил.

Они с Виктором тихо вышли из комнаты, ступая друз за другом на цыпочках. В прихожей обулись, Виктор осторожно стал отпирать замок.

— А куда вы собрались среди ночи? — раздался голос за спиной.

Анна Сергеевна стола в ночной рубашке на фоне дверного проёма. Свет уличного фонаря из окна кухни подсвечивал её со спины и делал похожей на приведение.

— Мы вас всё-таки разбудили, простите. На завтра не было в кассе билетов, удалось взять на ночной поезд. Вы обещали к нам на свадьбу приехать, помните? Мы будем ждать. Я написал адрес, номер телефона. – Виктор положил на тумбочку клочок бумаги. — Мы вас обязательно встретим. – Виктор как всегда играл свою роль отлично. – Ну что ж, тогда простимся по-человечески.

Его улыбка видна была даже в темноте. Он шагнул к Анне Сергеевне. Катя почувствовала, что сейчас произойдёт что-то страшное. От Виктора исходила угроза, опасность. Он всегда хвастался, что до сих пор его не поймали, потому что он не оставляет после себя свидетелей. Что Анна Сергеевна сделает, когда обнаружит пропажу денег? Правильно, пойдёт в полицию.

— Не надо, прошу тебя. Она ничего никому не скажет. — Катя встала между ним и Анной Сергеевной.

— Ты что? Я только попрощаться хочу. – В темноте блеснули зубы Виктора.
Катя почувствовала угрозу в его голосе. Она вся сжалась и зажмурилась. Удар страшной силы пришёлся в левую часть лица. На мгновение она потеряла сознание, не упала, потому что её сзади поддержала Анна Сергеевна.

— Я же просил не вмешиваться. — Дошёл до неё голос Виктора сквозь вату в голове. — А то не посмотрю, что ты невеста… Тащи деньги, старая.

Анна Сергеевна ушла. В комнате вспыхнул свет. Она вышла с увесистым пакетом в руке.

— Вот, возьми. Больше у меня ничего нет.

— Ну вот, совсем другое дело. – Виктор взвесил на ладони пакет. – Там миллиона три?

— Бери и уходи. Я… Мы ничего никому не скажем, верно, Анна Сергеевна? – сказала вдруг твёрдо Катя.

— Кать, ты со мной? Ну как хочешь. Спасибо за помощь. Не пожалей потом. Пока. – И Виктор вышел из квартиры.

Анна Сергеевна увела Катю в комнату, усадила на диван, принесла в полотенце кусок мяса из морозилки, приложила к Катиной опухшей и пульсирующей щеке.

— Простите меня. Я действительно помогла ему вас ограбить. Я такая же, как он, — осторожно сказала Катя. Щека раздулась, глаз заплыл, говорить было больно.

— Потом, девочка, завтра поговорим.

— Нужно сменить замок, — сказала Катя.

— Зачем?

— Он вернётся, обязательно. Я не отдала ему драгоценности, спрятала у вас в квартире, в коробке с сапогами. Он обнаружит это и вернётся за ними. Тогда…

 

— А ты молодец. Не испугалась, убить ведь мог. А теперь давай выпьем по рюмочке коньяка. Нужно успокоиться, — предложила Анна Сергеевна.

Утром она вызвала слесаря, который поменял замок в двери.

— Я сразу догадалась, что вы мошенники. Мой Павел никогда бы не бросил девушку. Он привёз бы её ко мне, рассказал бы о ней, написал. Я своего сына хорошо знаю. Что ты будешь делать?

— Не знаю. Домой я не вернусь. Мать пьёт, живёт с сожителем…- честно призналась Катя.

— Правильно. Оставайся у меня. Я совсем одна. А в моём возрасте одиночество вредно. Ты девушка хорошая, просто ошиблась, попала под влияние Виктора. Как его зовут на самом деле?

— Виктор. Он спас меня год назад.

— Сколько тебе?

— Девятнадцать.

— Ничего. У меня ещё остались кое-какие связи. Попробуем устроить тебя в педагогический институт. Только документы нужны. Память подводит меня в последнее время, но что касается профессии, я всё помню.

И Катя осталась. Она поступила на заочное отделение, устроилась в школу недалеко от дома Анны Сергеевны работать библиотекарем. Первое время боялась выходить на улицу, оглядывалась, ждала, что появится Виктор. Он или отомстит ей, или заставит вернуть драгоценности в обмен на жизнь Анны Сергеевны. Но Виктор так и не появился.

Как-то Катя позвонила матери. Та ответила пьяным голосом, не узнала её. Матери уже не помочь, женский алкоголизм не лечится. Катя всем говорила, что Анна Сергеевна её бабушка. А та в свою очередь рассказывала соседям придуманную Виктором сказку о дочке, о существовании которой, к сожалению, сын так и не узнал.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.92MB | MySQL:68 | 0,410sec