Брошенный … Рассказ

Кристина хлопала в ладоши и прыгала от счастья. В большой подарочной коробке с решётчатым верхом и большим розовым бантом лежал маленький щенок.

Наконец-то сбылась её мечта! Раньше она была равнодушна к собакам, но с какого-то времени иметь собаку стало модно. И она начала уговаривать молодого своего мужа. Они недавно отыграли свадьбу, жилье у них появилось сразу –квартиру Кристине давно приобрели родители. Кристина только и говорила о своём желании. Уж она-то точно будут самой заботливой и внимательной хозяйкой. Так хочется маленькую собачку!

 

Подруга Соня заимела собаку полгода назад, и сейчас, в любой компании, вместе со своим милым пёсиком, она становилась центральной фигурой. Все умилялись, гладили, играли с собачкой. Кристина решила что у неё обязательно тоже должна быть собака и ничуть не менее милая, чем у Софьи.

И вот. В свой День рождения она получила этот подарок.

Она двумя руками вытащила беспомощное создание с глупыми огромными глазами. Милаха. Именно такой, какого она хотела.

– А паспорт у него есть?

– Конечно, дорогая! Он породистый же. Только вот прививки ещё надо сделать.

Опытным взглядом ветеринара и по совместительству одинокой матери двоих детей, которых надо было одеть-обуть, Инна Олеговна сразу разглядела, что эта парочка сейчас готова разориться по полной для любимого щенка. Как-то научилась она различать людей, которые станут настоящими хозяевами животным и тех, которые взяли собаку «покрасоваться». Вот таким и впаривала она самые дорогие услуги и товары для собак. Они брали. Делали неимоверные стрижки, покупали комбинезончики, брали дорогие биодобавки, витамины и приспособления для своих питомцев.

Ухоженная красивая брюнетка тискала щенка и всем своим видом демонстрировала необычайную любовь и заинтересованность. А Инна чувствовала – играет роль.

Этих животных было жалко. Что их ждёт? Инна хорошо отличала – кому щенок или котёнок – временная игрушка, а кому настоящий питомец и друг. Повезло ли пёсику? Вопрос …

Этот щенок с симметричными круглыми рыжими пятнами по белым бокам понравился Инне Олеговне очень. Пусть ему повезёт! Единственно, в породе, которую назвали хозяева, она засомневалась. Купил, наверняка, парень его у перекупщиков, сэкономил. Но свои сомнения она оставила при себе. Пусть думают, что пёсик породистый. Вон как сюсюкаются… Назвали щенка – Тайлер.

Он был пуглив, молчалив и неуклюж. Необычайно мил. Прижался в угол клетки, в которой его привезли и смотрел на всех растерянно и опасливо.

Тайлеру, маленькому пёсику, конечно, очень трудно было разобраться в той новой жизни, в которую он попал. Большая квартира казалась ему целым необъятным миром. Хозяйка часто носила его на руках, он смотрел по сторонам и никак не мог разобраться в хитросплетениях комнат.

 

Первые дни пребывания в квартире Тайлер был любимчиком. Его таскали, кормили с рук, клали на свою подушку, брали на прогулки.

Но это длилось недолго. Вскоре хозяйка охладела, стала сюсюкать с ним меньше, начала забывать о его кормлениях. А ещё однажды она выяснила, что он совсем не той породы, о которой мечтала она. В молодой семье произошёл скандал.

Тайлера часто сажали в лоток, который не очень вкусно пах. Лоток ему не нравился. Да и где этот лоток в большой квартире, и как его найти, если приспичит? Тайлер понять никак не мог. Зато ему очень понравилось ходить на мягкий ковёр – и лапы не замочишь, и никто не заметит.

За что ему стало прилетать тапкой по спине, Тайлер не понимал. Он прятался под большой диван, с трудом протискиваясь в узкую щель, и лежал там с закрытыми глазами. Было больно очень. Вылезать было страшно, и он там поскуливал. Это тоже раздражало хозяйку. Она говорила мужу, что вой собаки — предвестник смерти или несчастья. И в конце концов хозяин посадил его в клетку и куда-то повёз.

Холодным осенним днём на поселковой дороге щенок оказался выпущенным, вернее – выброшенным.

Он прибился к высокому забору, посидел за лопухами и побрёл потихоньку вдоль забора. У Тайлера не было никакой цели, он не умел их ставить, он просто брёл. Иногда менял направление и бродил вперед-назад.

От травы он намок, очень хотелось пить, и он пил из лужи. Иногда он просто садился посреди тротуара и смотрел на идущие мимо человеческие ноги. Он ждал свою хозяйку. Или хозяина. Вот сейчас – это, наверное, она. Точно она. Она наклонится, поднимет его, прижмёт к теплу груди, как делала раньше. Щенок был очень глуп и неопытен, но он уже умел любить, и прощать тоже умел.

Он попробовал скулить, потому что скулить хотелось. Осознать, что он замёрз и хочет есть, щенок не мог. Он был ещё мал. Правда, услышав вкусный знакомый колбасный запах от пакета, который нёс человек, он долго бежал за ним. Но человек зашёл в калитку, а щенок остался за ней. Он долго сидел и смотрел туда, куда ушёл человек. Сейчас человек выйдет и даст ему еду – так же было всегда. Но тот обратно так и не вышел.

Щенок замёрз окончательно. У него дрожало уже всё тельце. От ветра он спрятался под ближайший куст и ненадолго задремал. Наступила ночь. От холода Тайлер просыпался, плакал–поскуливал и перебирался на другое место в надежде, что там теплее. Но тепло никак не находилось. Пошёл дождь.

 

Как только немного рассвело Тайлер посеменил вперёд. Он понял одно: здесь ему очень плохо, отсюда надо уходить.

Щенок вышел на трассу. Пару раз очень испугался страшного визга тормозов, понял, что идти надо по траве – по обочине. Но от голода, холодной ночи и стресса сил идти уже не было. Он лёг в траву. Его уже сильно лихорадило.

***

Людмила не замечала дорогу. Она утонула в своих драматичных мыслях. Ехала она с вокзала – провожала взрослых детей и внуков. Они приезжали на похороны деда. Люда ухаживала за ним год. При этом ещё и работала.Устала очень, но сейчас это освобождение, почему-то, давило. Отца она любила, и в душе сейчас сидело чувство вины. Вот вроде всё сделала для него как нельзя лучше, а всё равно.

Машина была старая. Вдруг водитель почувствовала, что педаль газа начала западать.

– Никак не заеду в ремонт, – подумала Людмила. Она знала, надо дать машине передышку и всё наладится, так уже было не раз. Машина съехала на обочину.

Люда была полной женщиной. Ей казалось, что если она похудеет, это уже будет и не она. Вышла – поразмяла спину. Люда была грубовата, она могла накрыть крепким словцом, и даже на работе её побаивались. Хоть и была она рядовым бухгалтером, но и начальство относилось к ней с почтением.

– Людмила Петровна, только ты не ругайся, но этот отчёт придётся переделывать, – обращался к ней её непосредственный начальник.

Люда посмотрела в поля. Стоял туман. Он скрывал горизонт. Вот и она, проводив всех, похоронив отца, осталась сейчас одна, и ещё даже не успела подумать о том, что там – на её горизонтах. Всё в тумане. А подумать надо. Жизнь должна изменится. Она была привязана к больному отцу, а теперь …

Людмила уже садилась в авто, когда краем глаза вдруг заметила – в траве шевельнулось что-то белое. Она подошла – в траве валялся мокрый и грязный щенок.

– Мёртвый, – подумала Люда. Наверное, сбила машина.

Но тут она рассмотрела его дыхание. Она наклонилась и потрогала его. Щенок приоткрыл глаза и вдруг крепко и крупно задрожал.

– Да ё……, – от неожиданности ругнулась Людмила. Крепкое словцо она использовала часто.

 

Она вернулась в машину, достала из багажника большую тряпицу и расстелила её на заднем сиденье. Потом подумала и перестелила её на переднее. Её машина не была слишком чистой, скорее наоборот, но щенок был крайне грязен, да, к тому же, мог быть ранен проходящими машинами.

Она подняла щенка. Он был лёгкий, как пушинка. Но совсем безжизненный, обвис в её руках, и продолжал дрожать.

Она опробовала педаль газа – всё нормально. Только надо ехать равномерно, не дёргаясь. По дороге подсадила парнишку-студента, раньше Люда таксовала, привычка.

– Дай-ка там сзади берет пушистый лежит. Да вон, черный, – Люда завернула дрожащего щенка в свой берет.

– А что это у вас? – парень уже заглядывал через спинку сиденья.

– Да вот, на дороге подобрала. Не знаешь где тут клиника ветеринарная ближайшая?

– Ой, маленький какой. Но чём-то совсем больной, сбили , наверное, не жилец.

– Кто сказал– не жилец! Это мы ещё посмотрим!

– Я знаю клинику в центре. Поехали, покажу, – сказал студент.

Люда вдруг поняла, что несмотря на то, что сейчас мысли заняты совсем другим, ей стал важен этот маленький грязный щенок. Она, такая с виду сильная и независимая, тоже была, как он: совсем одна и сбита на обочину жизни. И неизвестно, что ждёт её впереди.

– Не жилец? Это мы ещё посмотрим! – шептала она и гнала свою несчастную машину.

Инна Олеговна занималась старой кошечкой и милой бабушкой, когда дверь распахнулась и на пороге показалась полная тётка с маленьким свёртком в руках. В след ей раздались крики о том, что тут, вообще-то, очередь, за дверью показались лица возмущающихся, но женщина со словами:

– А нам без очереди, у нас экстренный случай, – бесцеремонно захлопнула перед всеми дверь.

Она посмотрела на ветеринара, быстро оглядела кабинет, направилась к боковому столу и аккуратно положила свою ношу.

Инна Олеговна бесцеремонность не любила.

– Вы не видите, что идёт прием?

– Помогите, доктор. Он умрет сейчас, если не поможете, – уже спокойнее сказала женщина.

 

Инна закончила перевязку кошки. Бабуля взяла сонную после укола любимицу на руки.

Ветеринар подошла к столу, где завёрнутый в грязную тряпку и в черный мохеровый берет лежал щенок. Инна узнала его сразу. Эти симметричные и очень круглые рыжие пятна по бокам …

Пару месяцев назад он был здесь с молодой семейной парой, обласканный и затисканный. На него были потрачены немалые средства, и брюнетка полчаса листала фотожурнал, выбирая стрижку любимому щенку. Постригли его тогда сразу, по соседству был собачий салон. Теперь этот стильно постриженный пёсик был похож на мокрую половую тряпицу.

– Где Вы его нашли? – ветеринар трогала щенка, определяя травмы.

– На обочине трассы. Думала мертвый, а хвать …

– Бедный щеночек! Правда, Мура? – из-за спины выглядывала бабушка с кошкой.

Людмила бухнулась на стул.

– Не вижу повреждений. Похоже, что просто переохлаждён и истощён. Но надо обследовать, – ветеринар набирала шприц, – Выйдите, успокойте очередь, пожалуйста. Они же по записи.

– О! Я их сейчас так успокою! – привстала грузная посетительница.

Инна уже пожалела, что попросила, но на помощь пришла клиентка — бабушка с кошкой. Она взяла женщину за руку:

– А давайте лучше я, – и Люда, с благодарностью, вернулась на стул.

Бабуля вышла и с придыханием начала рассказывать ожидающим в очереди страшную трагедию про маленькую собачку.

Инна успокоилась, надеясь, что претензий от клиентов теперь не будет.

Щенок не был ранен, он просто был выброшен за ненужностью. А учитывая его возраст и ещё несформировавшуюся приспособленность к собачьему бродяжничеству, умирал на обочине дороги.

– Я знаю, как его зовут – Тайлер. Он был у меня с бывшими хозяевами, – сказала Инна, когда процедуры были окончены и щенок уже спокойно и мирно спал на столе.

– Правда? И кто эти выродки?

– Вполне себе презентабельные выродки …

– Так может они его потеряли просто? – засомневалась Людмила.

– Кажется мне, что не потеряли. Просто выбросили за ненадобностью. Я ещё тогда подумала – временная у них собачка, неестественная любовь, показная, ненастоящая.

 

– Да, чтоб их, ё…. , разорвало! Гадёныши! И носит же земля таких. Мне даже не говорите, кто такие. Я – женщина жёсткая – могу и морду набить …, – потом она посмотрела на щенка и добавила, – И ни какой он не Тайлер. Кузька он. Будет моим Кузьмой.

Людмила Кузьминична подошла к спящему щенку и, слушая указания пишущего рецепты ветеринара, нежно пальчиком чесала щенку затылок. Потом, забрав рецепты, спросила об оплате. Инна махнула рукой – ничего не надо. Люда завернула его в свой мохеровый берет и прижав к большой теплой груди, вышла из кабинета.

А Инна Олеговна смотрела из окна, как усаживается она в машину, нежно укладывая щенка, и думала: а вот теперь, несмотря на всю внешнюю бесцеремонность и грубость этой женщины, она за щенка спокойна. Расти ему в заботе и большой настоящей человеческой любви. Повезло Кузьке!

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.99MB | MySQL:68 | 0,376sec