Летняя коллекция

То лето мне запомнится на всю жизнь. Родители решили не ехать на море, а отдохнуть у бабушки в деревне. Бабуля давно звала нас погостить подольше, и сейчас случай представился.

Квартира во время сборов напоминала подготовку к переезду. Несмотря на то что нас было всего трое – я, мама и папа. Мама умудрилась приготовить для каждого из нас по два чемодана.

— На целый месяц едем, Серёжа, — вздыхала мама, когда папа выуживал из наших вещей очередную футболку или курточку для меня.

 

— Дорогая, в июле точно не пойдёт снег. Мы хоть и на Урале живём, но до Сибири всё же далеко, — терпеливо в двадцатый раз объяснял папа.

Загрузившись в поезд вместе с четырьмя чемоданами — папин дар убеждения всё же сработал — наша семья поехала в отпуск к бабушке.

Бабулю я видела раз в год. Мне нравился дом, где они жили с дедушкой. Мама с удовольствием рассказывала истории из детства. И в этот раз обещала показать чердак, где устраивала наблюдательный секретный пункт, и другие потайные места. Поэтому я хоть и расстроилась, что не увижу моря в этом году, но предвкушала удивительные приключения.

Дом бабушки стоял у самой речки, за которой раскинулась земляничная полянка. Если выйти рано утром, ещё до рассвета, то свежий ветерок приносил ягодный аромат. Внушительный огород обнесли невысоким забором, едва наметив границы участка. Здесь росли картошка, свёкла, капуста и морковь. Её взрослые разрешали выдёргивать из земли, вымыть и есть прямо на грядке. Когда мы спускались по просёлочной дороге, едва таща за собой багаж, я уже подпрыгивала от нетерпения – хотелось поскорее бежать с рейдом на огород.

— Милые мои! Приехали! — бабушка шла нам навстречу в блестящих галошах. Обувь у неё всегда была чистая, даже если она весь день провела выдёргивая из многочисленных грядок сорняки.

Мы обнялись прямо на дороге, побросав чемоданы. Папа всегда неуютно чувствовал себя в объятиях бабули, но сегодня так сильно устал, что с удовольствием расслабился в тесном кругу.

— Сейчас помогу вам. Никоша, дай мне свой чемодан, — приказала мне бабушка.

Вообще, меня зовут Вероника, но, когда я была маленькая, могла выговорить только Ника. Так меня и стали звать в семье. Иногда, забывшись, я сама так представляюсь новым знакомым. Да и в школьных играх на переменке, гораздо быстрее обратиться Ника, чем кричать Ве-ро-ни-ка, когда судьба догонялок должна решиться.

Мне девять лет, я обычная девчонка, с обычными веснушками и копной кудрявых волос, которые я терпеть не могу расчёсывать. Мама каждое утро грозится сделать мне каре, но я знаю, что она любит мои рыжие кудряшки.

— В каждом локоне словно солнце светится, — говорит она мне с улыбкой.

На кухне у бабушки уже всё было готово к нашему приезду: пирожки с капустой, блины со свежей малиной, тарелка огурцов и ещё зелёных с одного бока помидоров. В плетёной корзинке под белоснежным полотенцем отдыхал свежеиспечённый хлеб. Пахло борщом и котлетами. Мы едва успели умыться, как бабушка усадила нас за стол и начала кормить.

— Совсем исхудали в своём городе. Уж я вас побалую нормальной едой.

Мы не сопротивлялись. Голодные с дороги ели всё, что появлялось в наших тарелках. Мама украдкой расстегнула пуговицу и молнию на джинсах и, откинувшись на спинку стула, доедала пирожок с капустой.

 

— Можно я на улицу побегу? — спросила я.

— Беги милая, можешь прямо босиком. Земля тёплая, солнце греет хорошо в этом году. По речке только долго не броди, вода в ней сильно студёная, — ответила бабуля.

Я выскочила на улицу в любимых полосатых шортах и футболке с попугаем. Недалеко за забором играли две девочки. «Наверное, к соседям тоже внучки приехали, пойду познакомлюсь», — решила я и бодро пошагала в их сторону.

— Привет! Меня Ника зовут, — представилась я. — А вы тоже в гости приехали или местные?

Девочки подняли свои чумазые лица на меня. Перед ними лежала куча спичечных коробков.

— Привет! Мы вчера приехали к бабе Вале, вон тот дом, — махнула рукой в левую сторону девочка в синем платье.

— Я Люба, — скромно представилась вторая девочка, — а это сестра моя Света. Мы уже неделю у бабушки живём.

— А что вы тут делаете? Можно с вами играть? — спросила я.

— Давай. А ты умеешь ручейников из домиков доставать? Мы решили коллекцию собрать и показывать её всем за деньги, — сказала Светка.

Я даже не знала, кто такие ручейники, но бодро кивнула и перебралась через забор.

Оказалась, что это такие мелкие мотыльки, личинки которых живут в речке. Они собирают себе домик из подручных материалов: песка, палочек, мелких камешков – и живут в нём до превращения в крылатое насекомое. Коллекция девочек восхитила меня. В каждом коробке лежало по домику. Без личинки внутри, естественно. Сёстры за неделю научились ловко выгонять насекомое из дома, чтобы пополнить коллекцию.

Мы втроём склонились над водой и рассматривали дно. Я никогда не замечала, сколько жителей было в речке. Обычно я просто медленно бродила по ней, в особо жаркие дни. Воды в реке в самом глубоком месте было мне по коленки, поэтому родители спокойно отпускали меня погулять одну.

— Хватай вон того, смотри, какой дом шикарный! — закричала мне в ухо Светка.

Я опустила руку в воду, она и правда была особенно холодной сегодня, схватила идущий по дну дом из песчинок и двух огромных палок. Хозяин дома предусмотрительно спрятался внутрь.

— Ты вот так тихонечко с хвоста начинай давить. Аккуратно только! Смотри, чтобы личинка целой осталась. Ей там тесно станет и она вылезет, — выдала мне инструкцию Люба.

 

Через несколько секунд из отверстия показались лапки. Они были весьма противные на вид, но падать в грязь лицом перед новоиспечёнными подругами не хотелось. Поэтому я продолжила занятие и потихоньку изгоняла личинку.

— Подождите, а если мы её сейчас без дома оставим, как она жить будет? — спросила я девчонок.

— Новый построит. Знаешь, какие они шустрые! — ответила Светка.

Ещё пара жмаков пальцами, и личинка плюхнулась в воду. Я проследила за ней. Мелко перебирая лапками будущий ручейник принялся накидывать на себя песчинки и палочки.

— Вот это скорость! — восхитилась я.

— Давай сюда! — Светка уже держала коробок открытым. — Эту добычу мы тебе подарим. Какой красивый, Любка смотри.

Мы залюбовались домиком — он занял место в коробке. Песчинки переливались на солнце, а две палки были расположены симметрично по бокам.

— Держи. Твой первый экземпляр собственной коллекции, — протянула мне добычу Светка.

В следующие часа три моя коллекция пополнилась двумя десятками экземпляров.

— Ни-и-и-ка-а-а! — мама звала меня у дверей дома. Тревожно оглядывалась вокруг.

Я попрощалась с девочками, перелезла через забор и побежала к маме, аккуратно придерживая свою добычу в руках.

— Смотри, что я нашла! Это моя летняя коллекция домиков ручейников, — с восторгом выдохнула я. Опустила коробки на тротуар, открыла один, показала маме.

— Хосподи боже, что это такое? — сказала она.

Я терпеливо объяснила. Рассказала, как правильно выгонять личинок из домиков, и как быстро они строят себе новые.

— Биологом будешь, точно, — покачала головой мама. – Иди умывайся и ужинать. И больше не убегай так надолго. Мы уже потеряли тебя. Пять часов прошло, как ты гулять пошла.

Мама нежно прижала меня к себе, провела ладонью по моим кудряшкам. Намотала по привычке один локон на палец. Потом поцеловала в макушку и велела идти в дом.

Со Светкой и Любой мы крепко подружились. И поклялись никогда не расставаться. Тот факт, что через две недели они уедут домой, нас не смущал. Мы решили писать друг другу письма и посылать подарки на день рождения. Когда Светка заболела, мы с Любой заскучали. Оказалось, что всё самое интересное придумывала именно она. А мама её из дома не выпускала. «Как минимум три дня будет лежать», – передала слова мамы Люба и горестно всхлипнула.

— А давай сегодня на качелях качаться, — предложила я.

 

В огороде у бабушки стояли замечательные качели. Их сделал дедушка ещё для моей мамы, когда она была маленькая. Дедушки не стало три года назад, а качели стояли и радовали нас, напоминали о заботе и ласке деда Мити.

Люба с радостью согласилась, и мы пошли качаться.

Я забралась на сиденье с ногами и сказала, что буду раскачиваться. Любе велела сесть на нижнюю ступеньку и крепко держаться. Она послушно вцепилась в качели.

Раскачалась я быстро. Что-то в груди резко ухало вниз, каждый раз, когда качели приближались к земле.

— Я тоже хочу на ноги встать, — сказала Люба.

— Подожди, остановимся, — ответила я.

— Да я аккуратно, — сказала она и зачем-то расцепила руки.

Дальше всё было, как в замедленном кино. Качели вверх, Люба всплёскивает руками, пытаясь подняться на ноги, качели несутся вниз, Люба, раскинув руки, падает на землю.

Остановить качели оказалось непросто. Я плакала, думала, как буду рассказывать, что я убила Любку. Любка лежала под качелями, раскинув руки и ноги, и смотрела на меня.

— Ты живая? — почему-то шёпотом спросила я.

— Кажется, — ответила Любка.

— Встать можешь? — снова задала я вопрос.

— Не знаю, — моргнула она.

Я помогла подняться подруге и предложила пойти в дровяник, чтобы никто нас не увидел. Получить взбучку от родителей нам обеим не хотелось. В дровянике Люба присела на поленницу и задрала футболку. На боку красовалась большущая ссадина.

— Больно? — спросила я.

— Очень, – заплакала Любка. — Попадёт от мамы мне. Не отпустит больше гулять.

Оставит с больной Светкой сидеть.

Я тоже зарыдала. Перспектива одиноких прогулок мне не понравилась.

— Вы чего тут сырость развели?— Обнаружил нас мой папа.

— Люба с качелей упала. На боку рана. Её мама больше гулять не отпустит. А я гулять одна не хочу, — выпалила я наш секрет.

Папа побледнел, схватил Любку на руки.

— Пошлите в дом скорее.

 

Больную Любку положили на диван. Моя мама носилась вокруг неё с ватой и перекисью водорода. Ссадина шипела и покрывалась пенкой. Любка корчилась от боли.

— Обычная царапина, — сказала мама.

— Вы только родителям моим не говорите, откуда она, ладно? — попросила Люба.

— Хорошо, не скажем, только вы больше в птиц на качелях не играйте.

Взрослые рассмеялись, и у нас на душе потеплело. Любка перестала корчиться и вскоре уже уминала пирожки с малиной, которые как раз допекла бабуля.

Через три дня в строй вернулась Светка.

На соседней улице жили мальчишки. Они ходили на речку рыбачить. Ну как рыбачить. Они привязывали вилку к большой палке и как гарпуном вылавливали из воды пескарей. Мы с девчонками не смогли стерпеть такую несправедливость по отношению к рыбе. Если уж рыбалка, то честная, с удочкой и наживкой. Как отвадить мальчишек от нашей речки мы придумали случайно.

У бабушки моей жил пёс. Совершенно безобидный и ласковый. Очень любил бегать. Мы с Любой и Светкой часто брали его с собой, когда убегали в ближайший лесок, чтобы он там мог размять лапы. Большую часть своей жизни он сидел на цепи у будки.

— Собака охранять должна, а не носиться вокруг, — говорила бабуля.

В тот раз мы заняли наблюдательную позицию у забора рядом с будкой Тумана. Он бегал туда-сюда, волновался в предвкушении приключения. Чувствовал, что мы что-то затеяли. Когда ватага мальчишек с гиканьем и самодельными гарпунами наперевес понеслась вдоль речки, мы с подругами выглянули из укрытия и громко предупредили:

— Будете нашу рыбу пугать, собаку на вас спустим!

— Не боимся мы вашу собаку, — ответил Витька Беззубый. Прозвище он получил два года назад, рассказала мне Люба. У него тогда у первого из компании зуб молочный выпал. Новый зуб уже вырос, а прозвище так и осталось.

Мальчишки затаились над водой, приготовили к броску вилки.

— Спускай, — шёпотом сказала мне Светка.

Я еле поймала, прыгающего от нетерпения Тумана, с трудом отстегнула тяжёлый карабин с ошейника и выпустила его в дырку в заборе. Мы её предварительно проделали вместе с девчонками.

Мохнатой пулей Туман нёсся прямиком на мальчишек. Витька Беззубый первый увидел его, бросил гарпун в воду и сорвался с места. Следом за ним бросились и мальчишки. Мы громко смеялись за забором. Туман был самой безобидной собакой на свете, но об этом знали только мы трое.

— Вы чего тут хохочете?

Бабушка появилась совершенно неожиданно, когда мы упивались моментом нашего триумфа.

— А Туман где? Я ему поесть принесла.

 

Мы переглянулись и одновременно указали руками на поляну. Вдалеке неслась компания мальчишек, а за ней, громко лая, бежал наш Туман.

— Ох! Спустили! Вот ведь неугомонные.

Бабушка принялась звать Тумана. Услышав голос хозяйки, пёс развернулся и побежал домой. Мальчишки, заметив отступление врага, попадали в траву. Забег им дался нелегко. Довольный Туман прихлёбывал из миски, когда бабушка пристегнула карабин с цепью на место.

— Собака должна на цепи сидеть и охранять, а не гонять детвору по округе, – повторила она нам сотый раз. — Придумали мальчишек пугать. Далась вам эта рыба.

Шаркая блестящими галошами по тёплым доскам тротуара, бабушка удалилась в дом. А мы, переглянувшись, снова захохотали. Потом нашли на полянке разбросанные гарпуны и сломали их. Сложили кучкой на берегу в знак нашей победы. Больше на рыбу мальчишки не покушались.

За три дня до отъезда Светки и Любы домой мы решили сходить в поход. Собрали в корзинку еды, взяли спички. Светка зачем-то прихватила топор.

— Дрова на костёр рубить будем, — пояснила она.

Вышли утром. До леса идти было недалеко. Сразу за берёзками открывалась большая поляна, где журчал родничок.

— Здесь и остановимся, — cказала Светка и достала топор. — Вы раскладывайте еду, а я дров нарублю.

В белой косынке в горошек она скрылась за деревьями. Вскоре послышался мерный стук. Мы с Любой переглянулись, пожали плечами и стали вынимать провиант из корзинок. Вскоре из леса показалась Светка с охапкой веток.

Мы сложили их и не без труда подожгли.

— Кажется, это лучшее лето в моей жизни, — сказала Любка, жуя бутерброд с колбасой.

— Точно. В следующем году попросим, чтобы родители снова нас к бабушке привезли, — добавила Светка.

— Вам хорошо, вы вдвоём. А я одна у родителей. Я уже по вам скучаю, — сказала я, и слёзы сами полились по щекам.

Девочки обняли меня с двух сторон и тоже заплакали.

— Вы что тут сырость развели?

Это был мой папа, который решил пойти за грибами и проверить всё ли у нас в порядке.

Размазав по лицу слёзы и сопли, мы рассказали ему, почему плачем. Папа присел рядом с нашим костром.

— Хороший огонь получился, ветки большие и маленькие, такой долго гореть будет.

 

Мы вчетвером смотрели на огонь, слушали его мерный треск и щебет птиц над нашими головами. Никогда раньше нам не было так хорошо, как в тот день.

Очередную сырость мы развели в день отъезда Светки и Любы. Предварительно обменявшись адресами и телефонами, мы долго стояли, обнявшись и всхлипывая.

Машина родителей моих подруг вскоре вильнула по дороге и скрылась в пыли. Мне предстояла ещё целая неделя у бабушки.

Всё оставшееся время я провела на чердаке. Мама показала мне свой секретный наблюдательный пункт. Я устроила там свою коллекцию и дневник, где записала наши с девчонками приключения.

Когда мы вернулись в город, я первым делом набрала телефон подруг.

— Привет! — через расстояние я услышала знакомый голос. — Кто говорит?

— Это я — Ника!

— А мы тебе письмо с Любкой написали! Ты ещё не получила? Как ты неделю без нас провела? Скучала? Мы очень скучали!

Я просидела с телефоном полчаса, пока мама не напомнила мне, что пора и вещи разобрать.

— Пока, Светка! Напишу вам сегодня тоже.

— Пока, Ника! А мы свою коллекцию домиков у бабушки оставили, представляешь? Любка всю неделю плакала из-за этого.

Светка положила трубку. А я вспомнила, что моя коллекция тоже осталась у бабушки. Но в секретном месте на чердаке она точно сохранится до следующего лета.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.92MB | MySQL:68 | 0,465sec