— Мама, пожалуйста, приезжай! Пожалуйста… — голос сына звучал так беспомощно и обеспокоенно, что сердце Клавдии Игоревны сжалось.
— Сынок, что там у вас происходит?
— Дело в Ане… Мам, она не справляется.
— Не справляется? — Клавдия Игоревна слегка опешила от такого заявления сына. — С чем? Она заболела?
![](http://ladylike.su/wp-content/uploads/2024/07/Screenshot_46.png)
— Я не знаю, мам, — Вадим почти задыхался от переполнявших его эмоций, и даже расстояние в пятьсот километров не помешало матери понять это, пусть и в телефонном разговоре, — Мне кажется, что она нездорова. Нет, не физически, морально что ли…
Клавдия Игоревна напряглась. Вспомнила себя спустя две недели после рождения старшего сына, попыталась понять состояние Анны, но не смогла. Тогда ей было не до моральных страданий: на руках был орущий младенец, требовавший ежесекундного внимания. А еще был муж, больная мать, бабушка, нуждавшаяся в заботе. Не справлялась ли тогда Клавдия? Нет, такого она сейчас не припоминала.
— Что у вас происходит? — повторила она свой вопрос, а сын замялся на минуту, а потом быстро заговорил, не давая возможности перебить себя.
— Аня не хочет заниматься ребенком. Она не берет Антошку в руки, не купает его, не гуляет с ним. Она все время плачет и отказывается притрагиваться к нему. Как будто… Как будто она его не любит. Мам, что мне делать?
— А как она его кормит? — сердце Клавдии Игоревны ухало в груди как барабан. — Чем питается малыш?
— Я кормлю его смесью. Это ужaсно, ты сейчас скажешь, что мы изверги, которые издеваются над младенцем. Но другого выхода нет…
Лишних вопросов обеспокоенная мать больше не задавала. Побежала в железнодорожную кассу, купила билет на ближайший поезд, потом позвонила коллеге по работе и предупредила о том, что берет на неделю отпуск без сохранения зарплаты.
Всю ночь она не спала. Перебирала в голове воспоминания о том, когда виделась с сыном и его женой в последний раз. Это был первый день после выписки Анны из роддома, она, конечно, выглядела растерянной и напуганной, но Клавдия Игоревна и подумать не могла о том, что новоиспеченная мамочка откажется брать своего ребенка на руки.
А теперь что-то надломилось. «Аня не справляется». Это вообще звучало странно и неправдоподобно. Они с Вадимом так долго ждали эту беременность, все девять месяцев с Анечки пылинки сдували, а она с нежностью выбирала вещички для будущего ребенка и выглядела вполне счастливой.
Вадим встретил мать на вокзале. Клавдия Игоревна сразу заметила, как сильно осунулось лицо Вадима, он был бледным и малоразговорчивым.
— Как Аня? С кем Антошку оставили?
— Теща приехала, — коротко ответил Вадим, — Но для нее это настоящий подвиг. Ты же знаешь Валерию Михайловну, она сразу предупреждала о том, что заниматься внуком не намерена. У нее аспиранты, защиты, лекции…
Клавдия Игоревна вздохнула. Как будто у нее дел не было! И работа, и дача, и заботы о пятилетнем внуке Андрюше, которого в одиночку воспитывала младшая дочь. Зато Валерия – научный гений, вечно занята в своем институте, некогда дочери внимание уделить.
— Я не очень поняла, — Клавдия Игоревна пыталась говорить мягко, чтобы лишним словом не раздражать и без того напряженного сына, — А кто ребенком занимается? Если Аня не берет его на руки, не кормит и не купает, то кто?
— Я, конечно, — голос Вадима все-таки дрогнул. Нелегко ему было, а тут еще мать со своими расспросами пристает, — На работе взял отпуск, сначала без сохранения, теперь оплачиваемый. У меня неделя осталась, мам! Потом мне нужно работать, а куда я ребенка дену, если Аня не справляется?
Дома у новоиспеченных родителей царил настоящий кавардак. Сватья, как только приехала Клавдия, сразу же откланялась по своим многочисленным делам, а Вадим вручил матери внука. Взяв двухнедельного младенца на руки, Клавдия Игоревна немного растерялась, но уже через полчаса кормила его из бутылочки, ловко перепеленала и уложила спать, умело укачав на руках.
За все это время свекровь видела свою невестку всего один раз, когда Анна вышла в гостиную, чтобы поздороваться с ней. Клавдия Игоревна не задала ей ни одного вопроса, достаточно было увидеть бледное и незаинтересованное ни в чем лицо Анны.
Начались обычные будни, заполненные заботами о маленьком внуке и уже взрослом, но не меньше нуждавшимся в помощи, сыне. Анна периодически появлялась в поле зрения свекрови, но к ребенку не прикасалась, не спрашивала о нем и помощь свою не предлагала.
— Может быть, следует показать Анечку врачу? — предложила Клавдия Игоревна спустя два дня после приезда.
События, разворачивающиеся на ее глазах, были печальными и требовали вмешательства третьей, независимой стороны.
— Она не хочет, — отозвался Вадим, — Аня вообще ничего не хочет.
Мать тяжело вздохнула. В тот день Вадим уехал на работу, а она осталась с внуком и невесткой наедине. Долго укачивала Антошку на руках, пела ему колыбельные, несколько раз покормила, вымыла, уложила спать. Потом прошла в спальню к Анне, тихонько постучала, а потом вошла и обомлела.
Анна стояла перед зеркалом в одном нижнем белье, смотрела на свое отражение в зеркале и тихонько плакала. Она не слышала, как в дверь стучала свекровь, а, увидев ее, тут же схватила с постели халат и, запахнув его, испуганно посмотрела на Клавдию Игоревну, смахивая слезы.
— Аня, что случилось?
Невестка разрыдалась, пряча лицо.
— Я ненaвижу себя! Посмотрите, во что превратилось мое тело! Растяжки, свисающий живот, грудь дряблая. Этого ли я хотела? Нет!
Клавдия Игоревна подошла к Анне, коснулась ее рукой, погладила по предплечью.
— Перестань! Ты молода, пройдет немного времени, и ты вернешься в форму. Скажи мне, ты из-за этого переживаешь?
Аня всхлипнула и покачала головой:
— Я не хотела быть такой. Я думала, что быть матерью – это прекрасно! Все мне об этом говорили, а вышло так, что я ненaвижу себя и свое отражение. Я стала другой, я совсем не такая, какой была.
Клавдия Игоревна понимающе улыбнулась:
— Конечно, ты другая! Ты – мама, а после появления ребенка меняется жизнь. Неужели ты не знала об этом?
— Я думала, что будет по-другому. У меня все болит: грудь, ноги, живот. Я не хочу так, я хочу быть счастливой.
— До тех пор, пока ты не примешь ребенка, этого не произойдет.
— Я не смогу, — пробормотала Анна.
— Сможешь. Ты должна. ы нужна ему.
— Я не могу! Я не люблю его! Я его не хочу!
Ни разу Анна не назвала Антошку сыном, даже по имени не назвала. «Он». Чужой для нее человек, изуродовавший, по мнению Анны, ее тело. Клавдия Игоревна смотрела на свою невестку и неожиданно для себя почувствовала злость.
Вышла из спальни, потом оделась и, осторожно прикрыв за собой дверь, спустилась вниз. Села на скамейку, посмотрела на часы. Через пару часов проснется Антошка, Вадим будет отсутствовать еще часов пять, а Анне ничего не останется, кроме как позаботиться о собственном ребенке. До этого такой возможности у нее попросту не было, Вадим носился с ней как курица с яйцом, а теперь Клавдия Игоревна ему этого не позволит.
Телефон разрывался от звонков. Звонила и Анна, и Вадим, и даже Валерия позвонила. Клавдия Игоревна не брала трубку, сидела на скамейке, даже когда стемнело.
Приехавший к вечеру Вадим выскочил из машины как ошпаренный, бросился к матери.
— Мама! Ты что тут сидишь? Там Аня!!! Антоша!
Он хотел кинуться к подъезду, но Клавдия Игоревна схватила сына за руку.
— Ты издеваешься? — лицо Вадима перекосило от отчаяния, но мать продолжала держать его за руку. Посидели вместе еще минут сорок, но потом Вадим не выдержал.
Вместе поднялись наверх, Вадим отпер дверь своим ключом. В квартире было тихо, малыш не плакал, и мать с сыном осторожно прошли в гостиную. Повсюду валялись пеленки, грязные и чистые подгузники. Пустая бутылочка лежала на диване, а рядом с ней лежал мобильный телефон.
Вадим с Клавдией Игоревной тихонько прошли в спальню. На кровати лежала Анна, в полураспахнутом халате, раскинув руки в стороны. Она крепко спала, а рядом с ней лежал сопящий Антон, в неумело надетом подгузнике, в распашонке, застегнутой на две пуговички вместо пяти. Мать и сын лежали рядом, и было ясно, что Анна брала сына на руки, кормила его, попыталась пеленать.
— Что с ней? — шепотом спросил Вадим.
Клавдия Игоревна улыбнулась:
— Ничего особенного. Она стала матерью. Что же еще?
Теперь она поняла, что можно было уезжать домой со спокойным сердцем. Она, как свекровь, свою миссию исполнила. Теперь ей нужно просто отойти в сторону…