Сама всегда за себя стой

Галка в свои семь лет оказалась не нужна, ни отцу ни матери. Ушёл отец из дома, а мать привела нового мужика. Леонид детей не хотел, тем более чужих. Галка слушала разговоры матери с этим Леонидом и тихо плакала. Громко плакать было нельзя. Мама сразу наказывала её, лишала конфет или ставила в угол.

Галке за день нужно было успеть много: прибрать, бельё погладить, посуда и пол тоже должны быть чистыми к приходу матери и Леонида с работы. Так прошло четыре года.

Иногда приходила бабка Леонида Глафира. Для Галки она ни кем не была, но жалела её.

 

— Что вы за изверги такие, разве можно так с дитём обращаться.

— Какое это дитё? Вот у нас скоро дитё родится.

— Куда тебе? Ты и эту то не можешь воспитать. В школе она на одни тройки съехала.

‐ А зачем ей школа. Скоро нянькаться будет. – ответила мать Галки поглаживая живот.

Глафира ругала непутёвого внука и Галкину мать. Все так бы и продолжалось, если бы Глафира не заметила огонёк в глазах Лёньки при виде Галки.

— Что. Нравится? Получше чем твоя жена непутёвая.

— Да, – внук расплылся в улыбке, не чувствуя подвоха бабки.

— Нравится! Я тебе покажу – нравится! – Глафира схватила первое, что попалось ей под руку и огрела внука по спине. – Кобелина! Она же малолетка, дитё.

— Собирай вещички свои. Ко мне пойдёшь. – скомандовала она растерявшейся Галке.

— А как же мама?

— Мать ещё родит себе.

Галку не надо было приглашать дважды. Вещей было немного, мать редко её баловала обновками.

Так Галка начала жить с Глафирой. Учиться стала хорошо. Хозяйство у Глафиры было небольшое и они вместе со всем справлялись.

Через три месяца появилась мать.

— Возвращайся, Галка, домой. Мне помощь нужна, тяжело мне с малым. Орёт всё время, а Лёне это не нравится.

 

— Никуда она пойдёт. – встала на защиту Глафира.

— А ты на Галку какие права имеешь? Завела себе бесплатную рабочую силу. Заявлю куда следует.

— Иди заявляй. Я тогда молчать не буду. Хоть и внук мне твой Лёнька – всё расскажу.

— Что всё? Это она сама хвостом вертит.

— Ага. Вертит сама в одиннадцать лет, перед взрослым мужиком. Уйди от греха подальше.

Больше мать за Галкой не приходила. Глафира была хорошей защитницей.

— Сама всегда за себя стой. Всё пригодится. Потом поймёшь всё сама.

Глафира умерла, когда Галке исполнилось 25 лет. Дом она завещала не внуку Лёньке, а Галке. Совсем она ей никто, но бывает.

Но тут снова появилась мать. Начала требовать, что бы Галка освободила жилплощадь. Бабка Лёнькина, а она Галка тут совсем никто. Но Галка уже умела за себя постоять. Школа Глафиры не прошла даром.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.85MB | MySQL:68 | 0,317sec