Старинные ворота

— Николай, ты уверен, что мы правильно идём? – спросила женщина.

— Да, улица Фабричная, — кивнул мужчина, всматриваясь в заросшие сиренью заборы. – Только я номер дома не знаю.

— А документы не сохранились?

— Таких, где номер дома указан – нет. Ведь бабушка уехала отсюда ещё в конце войны.

— Как же ты найдёшь её дом?

— Она рассказывала, что у них ворота очень приметные были – железные створки на кирпичных столбах. Она всё мечтала побывать здесь снова, но так и не собралась. А я вот решил съездить, всё-таки в этом году бабушке исполнилось бы 100 лет.

— А какие-то другие её родственники были? – продолжала расспрашивать женщина.

— Оля, я же тебе рассказывал, — ответил Николай, продолжая неторопливо шагать по улице. – Тут жили бабушкины родители, мои прадедушка и прабабушка. Они умерли ещё в 50-е годы. У них было трое детей – старший сын, он пропал без вести на войне; моя бабушка; и её младшая сестра, она умерла в войну от воспаления лёгких. В конце войны бабушка вышла замуж и переехала в Москву. Работала на стройке, потом окончила институт, и дальше работала на стройке, но уже инженером…

— Посмотри, эти ворота? – перебила его жена.

 

Ворота действительно выглядели очень солидно – столбы из потемневшего от времени красного кирпича и кованые железные воротины с многочисленными заклёпками. Сам забор скрывался за зарослями сирени. Деревянный дом на высоком кирпичном фундаменте стоял правее. Чувствовалось, что он ровесник ворот, и что прежние хозяева были людьми состоятельными. Пластиковые окна и крыша из металлочерепицы говорили о том, что и нынешние его жильцы не бедствуют. На это же намекала и свежая иномарка, стоявшая на обочине перед домом.

— Твой прадед был непростым человеком, если он жил в таком доме, — уважительно заметила Ольга.

— Да какое там! Обычный слесарь на фабрике, а прабабка – нормировщица, — разочаровал её Николай. – Работа на фабрике была очень тяжёлой, бабушка была очень довольна, что уехала в Москву, говорила – на стройке было легче.

— А что сейчас с фабрикой?

— Ничего. Видела руины в начале улицы? Это всё, что от фабрики осталось. И название улицы – Фабричная. А ведь фабрику построили ещё до революции…

Продолжая рассказывать, Николай достал фотоаппарат и нацелился на ворота. Но не успел он сделать несколько снимков, как из калитки выглянула моложавая женщина:

— Фотографировать стоит пять рублей.

Николай растерялся. С одной стороны – сумма смехотворная, с другой – голос у женщины звучал строго.

— С чего вдруг?

— Да ладно… Это шутка. Что это вы тут фотографируете?

Ольга нашлась быстро.

— Ну, для нас бесплатно. У моего мужа в этом доме бабушка жила!

Теперь уже растерялась боевая женщина.

— Это когда же она здесь жила?

— Ещё до войны, — стал рассказывать посмелевший Николай. – Она отсюда в 44-м году уехала. А её родители здесь остались, они уже в 50-е годы умерли. А вы давно здесь живёте?

— С самого рождения, — ответила хозяйка. – Все свои 35 лет тут прожила. А до этого тут мои родители жили, вечная им память. А ещё до этого – мой дед. Вы точно ничего не путаете?

— Да вроде нет, — растерялся Николай. – Бабушка тут родилась, но ведь в свидетельстве о рождении адрес не указывают. А других документов с адресом у меня нет. Просто бабушка очень много рассказывала о своём детстве, как война началась, как немцы к самому городу подошли, но взять его так и не смогли… И очень подробно описывала эти старые ворота. Я как увидел – сразу узнал их по её рассказам.

— А как фамилия вашей бабушки? – задумчиво спросила хозяйка.

— Девичья – Филиппова.

— Зайдите-ка! – распахнув пошире калитку, потребовала хозяйка.

 

Недоумённо переглянувшись, Николай и Ольга шагнули во двор.

— Вот здесь подождите! – хозяйка кивнула в сторону беседки. – Я сейчас.

И направилась в дом. Оглядевшись, Ольга спросила у мужа:

— Ты что-нибудь понимаешь?

В ответ Николай только пожал плечами.

Из дома хозяйка вышла со стопкой фотоальбомов.

— Меня зовут Ирина, — наконец представилась она. – Какая сейчас фамилия – неважно, а вот у деда фамилия была Филиппов. Он полковник Советской Армии, и приехал в этот дом в конце 50-х, когда вышел в отставку. По его словам, тогда дом пустовал. А почему он захотел поселиться именно здесь, он рассказал только перед самой смертью. По его словам, этот дом построил его дед, который был управляющим фабрики Куракина. Это из-за его фабрики наша улица называется Фабричная. Фамилия деда моего деда тоже была Филиппов.

— Получается, что мы родственники? – растерялся Николай. – Но мне бабушка ничего о своих предках не рассказывала.

Ирина усмехнулась.

— Дед тоже об этом рассказал уже в восьмидесятые. Он всё говорил, что до полковника дослужился только потому, что его отец в тридцатые годы прервал все связи с роднёй и уехал на Дальний Восток. А после войны с этим уже было попроще, и дед вернулся в дом предков. Но его отец, мой прадед, похоронен на Сахалине. А ваша бабушка что рассказывала?

Николай пожал плечами.

— Ничего особенного. Её родители работали на фабрике на рядовых должностях. Она про них особо не рассказывала, всё больше про жизнь до войны – как хорошо тогда было. И почему-то вспоминала эти ворота.

— А семейные фотки у вас сохранились?

— Только с того времени, как бабушка вышла замуж и переехала в Москву.

Ирина принялась листать альбомы, бормоча: «Где же это было?»

Наконец она воскликнула:

— Вот же она! Посмотрите.

На плотном картоне с тиснением «Фотоателье уездного города…» наклеена большая фотография – солидный мужчина в строгом сюртуке сидит, а за его плечами стоят двое молодых парней. Снизу подписано ещё с ятями: «Николай Филиппов с сыновьями Иваном и Василием. 1903 год».

 

— Моего деда звали Пётр Иванович, — объяснила Ирина.

— А мою бабушку – Мария Васильевна, — ответил Николай.

— Значит, это мой прадед, а это твой, — незаметно перешла на «ты» Ирина. – А это наш общий прапрадед.

Она повернулась к Ольге:

— Погляди внимательно!

— Встань прямо, — Ольга повернула мужа за плечи. – Точно! Одно лицо!

— Вылитый прапрадед! – согласилась с ней Ирина.

Потрясённый Николай вглядывался в лицо предка на древней фотографии. Давнее прошлое неожиданно оказалось совсем рядом. И по всему выходит, что эта боевая женщина – его дальняя родственница. Ирина тоже была под впечатлением от неожиданного открытия.

— Вот так встреча! Ну что скажешь, братец?

— Приятно узнать, что у меня такая симпатичная сестрёнка, — признался Николай.

Разговоров хватило ещё надолго. Когда уже стало темнеть, Ольга спохватилась:

— Нам же ещё в Москву возвращаться!

— Вы без машины? – спросила Ирина. – Тогда я вас до станции довезу. А хотите – оставайтесь. Переночуете и завтра поедете.

— Нет, мы поедем, — смутился Николай. – Слишком много впечатлений для первого раза.

Ирина ушла за ключами от машины, а Николай молча смотрел на уходящую в вечерние сумерки Фабричную улицу. По этой мостовой когда-то ходили его дед, прадед и прапрадед, на которого он так похож, и которого тоже звали Николай.

— Ну что, поехали? – выглянула из машины Ирина. – Ещё приедете?

— Конечно! – кивнул Николай. – Мы ведь родня.

Автор рассказа: Дмитрий Леонов

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.89MB | MySQL:68 | 0,393sec