А жадная ли бабушка?

Аня ехала спасать свою бабушку Шуру от дома для престарелых. Ее тетка Нина прямым текстом сказала: «Все, бабуся выжила из ума, барахлом закидалась, пора ей полечится». Аня объясняла тете Нине, что в доме для престарелых не лечат, это не санаторий, но тетка ей ответила: «Какая разница! Все равно она очумела!».

 

Очумела? Как так можно о родной матери? Аня бы все отдала, чтобы вернуть своих родителей, но отца забрала на тот свет автокатастрофа, когда Ане было 17 лет, а мама умерла от онкологии, пережив отца всего на 3 года. Надеясь на выздоровление, Аня с мамой продали двухкомнатную квартиру и купили однушку, деньги понадобились для лечения, но болезнь беспощадна.

Судя по всему, Аня единственная спасительница бабушки. Это папина мама, у которой только двое детей – погибший отец и тетя Нина. У папы была первая семья, там родился сын, но никаких связей они ни с отцом, ни с бабой Шурой не поддерживали. У тети Нины тоже была дочь и даже уже внуки, но все они придерживались одной точки зрения – бабушка очумела и ей пора в дом престарелых. Ну или в психушку, если понадобится лечение. Поэтому Аня взяла на работе отпуск и поехала поездом, в надежде забрать бабушку к себе. На вокзале ее встретила тетя Нина на собственном минивэне.

— Ты что, думаешь я бессердечная? – задала ей тетя Нина чисто риторический вопрос, лихо выруливая на дороге. – Но ты сама уведешь, какой стала бабушка. Ей чуть больше 80 лет, а ума нет. Другие старушки интернет осваивают или хотя бы с кнопочными телефонами дружат, а у нее только стационарный и не хочет она ни во что вникать.

— И что в этом такого? – спросила Аня. – Не всем пожилым дано в технике разбираться.

— Да не только в этом дело! – рассердилась тетя Нина. – Жадная она какая-то до безумия, даже к себе самой. Получает хорошую пенсию, как дитя войны, прячет ее куда-то, сама похлебками какими-то перебивается, китайскими супчиками. Я даже не знаю толком, сколько она получает. Ну, вообще-то я догадываюсь – она собак и кошек по округе подкармливает. Квартиру захламила, хорошо, хоть по помойкам пока не ходит, но каждую тряпку бережет. Не знаю, как ты ее выдержишь, но когда ты ее заберешь, квартиру неделю надо будет очищать, а потом еще и ремонт делать.

«А вот это уже ближе к теме, — подумала Аня. – Пенсия, квартира! Вот что вас интересует, уважаемая тетя Нина».

Приехали к дому бабушки. Старушка бросилась в объятия внучки и зарыдала. Они не виделись долгих пять лет, с тех пор как погиб папа. Квартира бабушки была и впрямь загруженная, но чистая. Много всяких баночек, коробок и вещей, но все сложено в стопочки. Передвигалась она с трудом, с помощью костылька и по стеночке.

 

— Ну вы тут разбирайтесь, а я поехала, вечером подъеду, — сказала тетя Нина, а потом отвела Аню в сторонку и прошептала. – Бабушка может сразу не согласиться ехать, но уговаривай ее любыми методами.

Когда тетя Нина ушла, сели пить чай с бабушкой.

— Я знаю, почему ты приехала, — сказала Ане баба Шура. – Сейчас ты начнешь уговаривать меня ехать с тобой, ну ничего у тебя не получится. Я родилась в этом городе, получила квартиру от государства, правда разменяла ее с Нинкой на две однокомнатные, но она вон как сейчас разжилась — у самой трешка, дочке с зятем квартиру купила и мне все жалуется, что денег нет, у меня просит. Злится, что я свою пенсию на собачек трачу. А ей какое дело, на что я трачу? Хочет меня засунуть в психушку, убеждает, что мне лечиться надо. А разве я неадекватная?

— Ну что ты, бабушка! – изумилась Аня. – Ты в полном порядке. Но ехать надо, чтобы я могла за тобой ухаживать.

— А кто за моими собачками и кошечками на улице присмотрит? – спросила бабушка. – Вот смотри, сколько у меня всего! Это соседи, знакомые отдают. Вот отдадут какую-нибудь рубашечку, я ее другими тряпочками набью и сошью животным подстилку, им тепло и мягко. Да много всякого можно придумать.

Аня открыла бабушкин холодильник. Кастрюля с каким-то непонятным варевом и баночки начатого варенья, видимо тоже соседи отдавали.

— Бабушка, ну правда, питаешься ты не очень! — с сожалением сказала Аня. – Может чуть меньше кормить собак, и чуть больше себя баловать.

— Я дитя войны, я и малым умею обходиться! Я не голодаю, а вот собачки себя не прокормят. И вообще, ты знаешь — что такое голодать? Что такое суп из лебеды и картофельных очисток? Лягушек ели, червей ели, траву несъедобную, травились, но ели, потому что голод был страшнее смерти! Печь кизяками топили! А тут Нинка приезжает недавно, браслетик себе какой-то золотой с камушками присмотрела и денег у меня просит, жизненно важно, говорит. Я ее послала к чертям! Она говорит, что всех собак на улице перетравит, потому как они, дармоеды, мою пенсию сжирают, вот потом и стала мне угрожать психушкой и домом для престарелых. Не поеду я никуда, буду обороняться, баррикады выстрою, но из своей квартиры ни ногой.

Все понятно, ее не уговорить! Но и оставлять нельзя – сожрут ее здесь. Аня по телефону договорилась с начальницей, чтобы ее уволили с работы, с подругой – чтобы пожила у нее какое-то время за квартплату и осталась жить у бабушки. Тете Нине это очень не понравилось.

 

— Что, решила отдохнуть и на бабушкину пенсию разжиться? – зло сказала она.

— Ну что вы, я на работу уже устраиваюсь ближайший магазин, я на себя рассчитываю, — ответила Аня. – А вы, как я вижу, ожидали что квартира освободится?

— Ну, когда-нибудь она и так освободится, старушка совсем разваливается, а я здесь прописана! – усмехнулась тетя Нина. – А тебе желаю благополучно свихнуться вместе с бабушкой в ее загаженной халупе.

Бабушка прожила чуть меньше года. Довольная тетя Нина тут же принялась продавать квартиру, а Аня занималась похоронами, ночуя у соседей. Те просили сходить на оглашение завещания у нотариуса. Но что бабушка могла ей завещать? Но оказывается, Аня стала обладателем более чем полутора миллиона рублей – бабушка тайно откладывала на валютный счет много лет остатки со своей пенсии. Тетка пришла в бешенство!

— Это не твои деньги! Откажись от наследства! Мама всегда была жадная и меня обделяла, экономила на всем! Это мои деньги!

— Ну уж нет, я из принципа не откажусь, чтобы вам не досталось! – ответила Аня. – Мне еще бабушке памятник ставить!

Она заказала памятник и уехала в свой город. Деньги что? Приятно конечно, но бабушку жалко. Хорошо, что Аня скрасила бабушке последний год жизни – покупала сама продукты и готовила из них вкуснятины. Уж слишком страшны были ее воспоминания о голодном детстве.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.85MB | MySQL:68 | 0,437sec