Два условия для ее любви

Два условия для ее любви

«То пятое время года, Только его славословь. Дыши последней свободой, Оттого, что это — любовь…» — Катюша старалась согреть своим дыханием озябшие от ноябрьского холода ладони и, чтобы не заскучать, читала пришедшие ей на ум стихи Ахматовой. Интересно, почему она вспомнила о них именно сейчас? Не виною ли тому тот странный тип, по странной причине именующий себя их преподавателем истории живописи? Едва подумав об этом, девушка недовольно покачала головой.

 

С самого детства она представляла себе своего прекрасного сказочного принца. По мнению школьницы, он должен был обладать целым рядом выдающихся качеств: нежностью, порядочностью, мягким чувством юмора, добрым сердцем, тонким умом. Но, самое главное – у нее были два условия, которые она ни за что бы не хотела найти в будущем супруге. «Да-да, он не должен быть блондином и преподавателем ВУЗа» — заключила она, лукаво улыбнувшись своему невидимому оппоненту.

Сегодня ей предстояли две пары с Георгием Михайловичем, во время которых она сосредоточивала все свои силы на том, чтобы не замечать наивного восторга своих хорошеньких подруг, поголовно влюбленных в 25-летнего юношу. А главное — его внимательного взгляда, от которого, казалось, не могло ускользнуть ни одно движение Катиной души.

Телефонный звонок раздался в ее квартире внезапно, нарушив умиротворяющую тишину летнего утра. «Катюша, это тебя!» — ласково позвала ее мама. «И кому это не спится в такую рань?- добродушно покачала она головой. – Уж не кавалеры ли?» Но «кавалером» оказался Георгий Михайлович, попросивший ее, как старосту, передать своим одногруппницам задание на лето. Девушка и сама не заметила того, как их сугубо «деловая» встреча перешла в неспешную прогулку тихим июньским вечером, а в ее руках оказался букет нежно-лиловой сирени, навевающие самые светлые и волшебные из грез.

«Настоящую нежность не спутаешь Ни с чем, и она тиха.» — прозвучавшие в наступившей тишине ахматовские строки показались девушке настоящим чудом, подобным ласковому дуновению весеннего ветра. Невольно подумалось о том, как отличается ее спутник от тех молодых людей, которых она уже знала прежде. В свои двадцать пять он показался ей необыкновенно серьезным, чистым душою и…способным на подлинную нежность. А когда Георгий Михайлович, отлучившись на мгновение, неожиданно протянул ей охапку обожаемой с детства сахарной ваты, Катюша совершенно искренне и счастливо засмеялась. Любовь этого прекрасного человека была подобна уютному лоскутному одеялу – одному из тех, что с любовью мастерила ее старенькая бабушка, живущая в деревне. Она согревала ее, подобно ласке родителей и чашке теплого молока с капелькой липового меда, принесенного ей перед сном.

 

А уже следующей весною, накануне венчания в родной душе маленькой сельской церкви, когда они с Георгием Михайловичем (нет, с милым, самым дорогим для нее Георгием!) должны были произнести обеты вечной преданности и любви перед людьми и самим Богом, девушка еще раз перечитала свой заветный список. «Он не должен быть блондином и преподавателем ВУЗа!» – со щемящей в сердце, трогательной нежностью подумала она, мечтая ласково поцеловать выбившуюся прядь его льняных волос. Пока руки Катюши решительно превращали в клочья старый тетрадный листок, ее глаза лучились, а душа пела от переполняющего все ее существо удивительного счастья. Теперь она точно знала – настоящая, данная Свыше любовь не поддается никаким условностям.

Алена Седова

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.83MB | MySQL:68 | 0,369sec