Поездка к подруге

Галина возвращалась из супермаркета и увидела бомжа, который расположился под деревом на траве. Грязный, лохматый что-то жевал, а к нему подходил еще один с мусорки, находящейся неподалеку от домов, в руке небольшая пластиковая бутылка с водой, или еще с чем-то.

 

Галина бросила скользящий взгляд и постепенно удалялась от них. Она жалела таких людей, некоторые по своей глупости попадают в такое положение, по своей слабости, а у некоторых бывают непредвиденные обстоятельства.

— Да, жизнь у всех складывается по-разному. Одному Бог дает всё, а другому, вот такую жизнь. Хотя жизнь свою каждый человек вершит сам, — думала Галина, открывая квартиру.

Дома нет никого, видимо муж вышел прогуляться или в гараже копается. Она освободила пакет от продуктов, машинально раскладывая их в холодильник и в шкаф, а у самой из головы не выходила картина с бомжом.

— Ой, что это я, уж сколько лет прошло, а я все никак не отойду от воспоминаний, — грустно подумала, а мысли её уносили в прошлое.

Вот она молодая и красивая идет с Виктором за ручку. Он держит её маленькую руку в своей мужской крепко. Идут по проселочной дороге к реке, они часто там сидят на берегу летом, смотрят на закат, который отражается в воде необыкновенно красиво. Они клялись друг другу в любви и верности, а свидетелями были ракиты над рекой, да заросли по берегу. Здесь у них было свое излюбленное местечко. А потом был душный вечер, знойное марево, и звездное небо над ними.

Как-то незаметно подкралась осень, Виктор уходил в армию. Галина помнит, как они, сплетя руки стояли там же на берегу, она плакала, а Виктор вытирал ей слезы. Где-то неподалеку разговаривали рыбаки, доносилась от них музыка: «все пройдет и печаль, и радость…», но они не замечали. Для них это был прощальный вечер, завтра он уезжает служить.

— Успокойся, Галчонок! Не навсегда же я уезжаю, вот увидишь, время пролетит быстро, не успеешь оглянуться, а я уже вернусь. Поженимся и больше не будем расставаться. Наша любовь крепкая, она никуда не денется, не уйдет. Я тебя очень люблю, ты веришь мне, Галчонок?

Она теребит его непослушные волосы и кивает головой. Они сидят молча, прижавшись тесно, а рядом шелестит осока пожелтевшая, месяц в реке рябит, и все те же звезды смотрят в воду.

— Вить, когда мне будет очень тоскливо, я буду смотреть на небо, и вспоминать этот вечер, разговаривать с тобой. А вдруг ты услышишь меня?

Виктор и подумать не мог, что он попадет после «учебки» в горячую точку на Кавказ. Письма он исправно писал и получал от Галины, был в курсе домашних новостей. А потом они перестали приходить, а дальше — мучительная неизвестность. Галина места себе не находила, прошло много времени, а от Виктора никаких вестей. Трудно переносила разлуку и ожидание, неизвестность — это хуже всего. Одно лишь её согревало, это маленький Тимошка, очень похожий на своего папу Виктора, с такими же серыми глазами.

 

Галина занималась сыном, всю душу и любовь вкладывала в него, и все говорила, что скоро найдется его папа. Иногда звездными вечерами и ночами смотрела на небо и спрашивала:

— Витя, ты слышишь меня, нам без тебя трудно.

Но в ответ была тишина, или просто ветер шелестел листьями на деревьях. А потом пришло известие: «Пропал без вести». Галина не могла в это поверить:

— Ну как человек может пропасть, и никто о нем ничего не знает, ведь служил в армии.

Не понимала она многого в то время. Галина жила с матерью, с Тимошкой она помогала, и если бы не мать, Галина не представляет, как бы выжила одна с маленьким ребенком. Шло время, сын подрастал, она работала, мать вздыхала тяжело, глядя на дочь, и однажды не выдержав, сказала:

— Дочка, уж сколько времени прошло. Не вернется Виктор. Ты хоть по сторонам посмотри, вон Степа с тебя глаз не сводит, когда проходишь мимо, хороший мужик. И Тимошке мужское слово и плечо нужно, он парень, тянется к мужикам.

— Мам, ну не начинай, никто мне не нужен. Я жду Виктора, да и Тимоха мне не дает скучать.

Мать только качает головой и вздыхает. Ну сколько можно ждать, уже сыну тринадцать лет, а дочь все ждет. Тимофей знает своего отца по фото, которое стоит в рамке, где мама Галя с венком из полевых цветов на голове, а папа держит её за руку. Счастливые, смеются…

Тимошка учится в школе на отлично и на днях выдал матери:

— Мам, после школы поступлю в военный институт, хочу быть военным. И может быть разузнаю что-то об отце.

Галина прижала к себе голову сына с такими же непокорными волосами, — гладила и ворошила их, вспоминая Виктора.

Однажды Галина поехала на электричке в соседний город в гости к подружке и однокласснице Татьяне. Та давно ее приглашает, но Галина все собирается, да собирается, вот и решилась. Еще из вагона электрички, которая уже ползла медленно по перрону, увидела Татьяну, та выглядывала её. Галина в окно махнула ей рукой. Встретились шумно и радостно.

— Привет подруга, — громко говорила Татьяна, — ну наконец-то собралась!

— Да, собралась, даже самой не верится. А ты похорошела Тань, не иначе любовь? — шутила Галина.

— Точно, ну подруга, от тебя ничего не утаишь. Да, полгода, как мы с Виталием расписались, а бывший мой уехал со своей пассией в другой город. А я рада, а то болтался бы у меня перед глазами, работали-то мы вместе.

 

Они вышли в город через подземный переход, и неподалеку от перехода Галина обратила внимание на бомжа, грязного с длинной бородой, левый рукав болтался пустой. Она мельком взглянула, он сидел, опустив голову, как будто дремал. Татьяна увидела, что подруга обратила внимание на бомжа, сказала:

— Идем, у нас здесь их много. Город большой, не то что у вас. Вон такси, Виталька дома нас ждет, я ему сказала, что на такси приедем.

Галина познакомилась с Виталием, симпатичным молодым мужчиной, он ждал их дома, колдовал у мангала, жарил шашлык. Татьяна с мужем жили у него в доме почти на окраине города, неподалеку лес, а вдалеке блестела на солнце река. Вечером долго сидели они на веранде, уже и Виталий ушел спать, а подруги все никак не наговорятся.

— Как хорошо здесь у вас Тань, красота, тишина, только стрекочут кузнечики, и небо звездное. Я всегда смотрю на звезды, и вспоминаю Виктора.

На следующий день Виталий с Татьяной привезли её к вокзалу на электричку. Хотели проводить до вагона, но Галина воспротивилась:

— Да вы что, не ребенок я, не заблужусь. Поезжайте домой, пока-пока.

Они уехали, Галина купила билет на электричку, время еще оставалось. Немного подумав, она шагнула в подземный переход, её подсознание направляло туда, она еще сама не отдавала себе отчета зачем? Но шла целенаправленно и выйдя из перехода, вновь увидела того бомжа. Она издалека смотрела на него, а он водил глазами туда-сюда. Неожиданно наткнулся на Галину, задержал пристальный взгляд, она мельком увидела его глаза. Взгляд показался знакомым. Он засуетился, взял в единственную руку пакет, и медленно стал уходить. Галина шла за ним, и почти догнала, когда он оглянулся.

Да, глаза были Виктора, только бесконечно грустные и влажные. Она непонимающе смотрела на неопределенного возраста мужика с проплешинами и всклокоченными волосами, в грязной одежде, но глаза его, Виктора. Он тоже смотрел на Галину, часто хлопая глазами, один глаз подергивался.

— Виктор, это ты? Витя, я знаю, это ты, это твои глаза, только тусклые и грустные.

Он кивнул своей лохматой головой, и еле прошептал хрипло:

— Да, Галчонок, это я…

— Да как же это так. Мы тебя дома ждем, а ты здесь? – она боялась к нему прикоснуться.

— Я тебя никуда не отпущу, сейчас электричка, поедем со мной.

Виктор долго стоял, думал, стоит ли ехать, ведь он бомж, как он рядом с ней, а ей будет неудобно от людей. Но Галина настаивала и потянула его за пустой рукав, оказывается у него нет руки до локтя.

 

В электричке он стоял в тамбуре, в вагон не вошел, а Галина понимала, что ему неудобно. Когда она привела его в квартиру, Тимофея дома не было, он уже большой, четырнадцать лет, занимается спортом, мать еще с утра уехала на дачу. Галина быстро набрала ванну и отправила туда Виктора, сказав:

— Вить, я быстро в магазин, здесь неподалеку, куплю тебе вещи, у меня мужской одежды нет. А Тимоха еще не дорос до мужика. Вот полотенце, вот ножницы, можешь бороду подстричь, станок для бритья тоже куплю.

Вернувшись, она увидела Виктора, стоявшего в коридоре, замотанного по пояс в полотенце перед зеркалом, он пытался подрезать бороду, одной рукой ему неудобно. Она положила вещи в ванную, он пошел одеваться.

Когда привел себя в порядок, побрился, Галина подстригла коротко ему волосы, он снова стал похож на Виктора. Только глаза были грустные, морщины глубокие на лице, и много седых волос, а ведь он еще не старый. Но от той жизни, через которую он прошел, выглядел уставшим и постаревшим.

Потом за столом, Виктор рассказал, во что превратились эти годы для него. Во время перестрелки он был ранен в руку и плечо, потом очнулся в плену, руку по локоть потерял в том бою. Кое-как выжил, потом решил бежать, ему повезло. Шел осторожно, это был трудный и долгий путь. Почти без сознания его подобрала и выходила какая-то пожилая женщина. Когда окреп, дала ему одежду сына, немного денег, купила билет на автобус до Краснодара. Так он оказался без документов, без денег. Далее он уже на попутных грузовых машинах добирался до родных краев, доехал до города, где его нашла Галина. Домой побоялся ехать, город небольшой, да и он не верил, что Галина его ждет, наверное, у неё семья, не хотел беспокоить. В военкомат боялся идти без документов, думал попадет под трибунал. Вот так и существует.

После страшного рассказа все долго молчали, плакали. Тимофей обнял крепко отца, держал его так, потом Галина сказала:

— Всё будет хорошо. Все поправимо, главное ты живой, Вить. Смотри какой у тебя сын, твоя копия, он мне помог выжить без тебя, и всегда напоминает о тебе. А документы мы оформим, сейчас другая жизнь.

— Ну что тут у тебя, — голос мужа вернул Галину из прошлого, он подошел и обнял её за плечи.

— Да ничего, Вить, вот пришла из магазина, продукты раскладываю.

— Мать, а ты знаешь, Тимофей звонил, в отпуск собираются к нам через месяц всей семьей, вот радости будет, когда близнецы-сорванцы приедут.

 

— Ой, какая радость. Да близнецам по восемь лет, первый класс окончили, только боюсь мы не различим, кто из них Никитка, а кто Ромка.

— Ничего, привыкнем, ведь есть, наверное, какое-то различие меду ними, обычно бывает один шустрый, второй спокойней, вот и разберемся, не как в тот раз, когда им было всего по три годика, — весело говорил Виктор.

Время идет, Виктору и Галине давно за пятьдесят, мать Галины похоронили четыре года назад, болела. А у Виктора родители давно умерли, не пережили потерю сына. Виктор с Галиной счастливы, она от того, что нашла его, а он, от того, что она дождалась и не забыла их любовь. Вот и несут они свою любовь и счастье осторожно, боясь расплескать, никогда не расставаясь.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.8MB | MySQL:68 | 0,377sec