Квартирный вопрос…

Вера с мужем уже который год живут со свекром. С первых дней Николай Петрович стал невестку называть дочкой, прекрасно к ней относился. Вера ему платила тем же. Никогда между ними не было никаких скандалов. Но в семье случается всякое.

— Верунчик, может, отметим годовщину свадьбы.

— Паша, я не против, только как на это посмотрит твой папа? Мне кажется, он привык к тишине, а гости – это же шум, веселье, кто-нибудь захочет потанцевать, не будем же мы, как монахи, сидеть за трапезой.

— О чем ты? Да уговорю я его. Не захочет с нами сидеть за столом, отправлю к тете Наташе, он давно никуда не выходил. – Вера принялась за блюда, за один день ей стол не накрыть. Все, что можно приготовить заранее, она сделала и ушла на работу. Вечером спешила домой, нужно соединить ингредиенты в салатах, запечь мясо в духовке, нарезка и так еще по мелочам.

 

Только открыла холодильник и обомлела: он пустой. Куда делись бедрышки с крылышками? Она к свекру.

— Николай Петрович, а куда все делось из холодильника?

— Вер, так друг ко мне приходил. Надо было же мне его угостить. А вкусные очень были крылышки. Юрка в одного почти все съел.

— Вы же знаете, что у нас сегодня гости. Я вчера до трех часов ночи готовила, а вы все скормили своему другу. Через два часа гости придут, а я что на стол подам?

-А я что не могу угостить друга? Между прочим, мы за вашу годовщину вып.ивали. Не спорю, немного увлеклись. Успокойся, сейчас что-нибудь придумаю.

— Честное слово, вы как маленький ребенок. Что вы можете придумать? Можно было и у меня спросить, почему вы взяли без спроса?

— Это мой дом, я могу есть все, что захочу.

— Так вот запомните, чтоб вы больше не прикасались к тому, что я готовлю, никогда.

— Я больше крошки здесь не съем, но и ты здесь больше жить не будешь, и никаких гостей сегодня в моем доме не будет. – Вера позвонила Павлу и пересказала все, что произошло между ней и Николаем Петровичем.

— Вера, доделывай все, что осталось, я сейчас приеду и все улажу. – Вера не слышала разговор мужа с его отцом, но Павел вышел довольный, улыбался во весь рот. – Ну вот и все, отец больше на тебя не обижается. Он будет сидеть с нами за столом. Мясо будет, салаты тоже, сейчас еще ролы закажем, пиццу, это же не юбилей, а просто годовщина. Посидим по-скромному.

На самом деле свекор на невестку зла не держал. Он сам стал надевать фартук и стоять у плиты. Пусть деликатесов не готовил, но макароны по-флотски были просто изумительными. Нравились Вере и борщи, им приготовленные.

И вдруг он им с мужем заявляет, что хочет продать эту квартиру и купить себе домик в деревне.

— Папа, какая шлея тебе под хвост попала? Ты чего надумал? А мы где будем жить?

— Извини, сынок, ты уже взросленький, тебе уже пора слезть с моей шеи. Молодые пары снимают жилье, на всем экономят, собирают на первый взнос на ипотеку.

— Отец, мы тоже решили так делать. Живем с тобой, всю лишнюю копеечку откладываем. Может, тебе в деревне домик снять? Там-то они намного дешевле.

— По вашему если рассуждать, то это я должен остаться без жилья? А придет время вы мою квартиру будете считать своей? Так дело не пойдет. Как я решил, так и будет.

Павел с Верой долго гадали, кто же надоумил Николая Петровича именно так поступить. Уж не друг ли его Юрка. Это маловероятно, сам живет один в трехкомнатной, даже менять на меньшую не собирается.

-Вер, мне кажется, тут женщина замешана. – Павел просто предположил, до конца не был уверен. Ведь до их годовщины отец никогда не заикался о квартире. Он прекрасно лето проводил на даче. Скосить траву около дома, прополоть небольшой огород в помощи они Николаю Петровичу никогда не отказывали. Несмотря на то, что Вера всегда презирала земледельческий труд, научилась управляться с тяпкой.

Однажды Вера пришла пораньше с работы, сразу встала к плите, обычно свекор приезжал перед выходными в гости, привозил ягод, затаривался продуктами, потому что в городе они дешевле, чем в местном сельмаге. И вдруг звонок, у ее мужчин свои ключи. Неужели Николай Петрович забыл свой на даче? Поспешила открыть.

— Простите, я Юрий, друг вашего свекра, мы договорились с ним сегодня встретиться. – Женщина оглядела гостя с ног до головы. С виду мужчина приличный.

 

— Проходите, придется вам подождать. Можете пройти в гостиную включить телевизор.

— Телевизор мне и дома надоел. А можно мне присесть на кухне? – Вера не просто разрешила, она еще и чая налила, поставила малиновое варенье, которое сварила двумя днями раньше. Юрий Иванович сделал два глоточка и отставил бокал в сторону.

— Простите, не знаю, как сказать вам. Не хочу в глазах друга выглядеть предателем, но и вас держать в неведении тоже не хочу. – Вера крошила капусту, рука ее моментально остановилась, она буквально поедала гостя глазами.

— Вы насчет квартиры?

— Квартира – это полбеды. Николай жениться надумал. Я его послушал, мне показалось, что та женщина не промах. Свой дом она оставляет детям, а Кольку уговаривает купить какой-то там добротный дом. Хочет их совместную жизнь начать, так сказать, с чистого листа. Как бы эта Варвара не обвела мужика вокруг пальца. Чувствуется, что-то неладное она задумала. Вот я и пришел просить друга, чтоб не торопился жениться.

— Паша мне так и сказал, что виновата во всем женщина. Я до сих пор не понимаю, почему он сразу решил продать квартиру, а не дачу.

— Я ему тоже намекал насчет дачи, он категорически против. И ничего слышать об этом не хочет. – Вера знала, что у Николая Петровича непростой характер, но она всегда ему во всем угождала. Они уживались прекрасно. Всю зиму-то свекор жил в городе. Вера старалась не показывать гостю, что его слова расстроили ее, она продолжала шинковать капусту, хотя для щей было достаточно.

Уже пришел Павел, а свекра все не было. Обычно он раньше мужа приезжал. Мужчины ушли в гостиную, а Вера опустилась на стул. Как ей уговорить Николая Петровича не продавать квартиру. Может, предложить Павлу взять кредит и выкупить ее. Ей здесь все стало родным.

С горем пополам удалось сварить щи. На второе потушила капусту, слишком много ее нашинковала, и отварила по сардельке.

Николай Петрович приехал, когда все сидели за столом. От еды он отказался, сославшись на то, что его до отвала накормила Варвара Васильевна.

— Приглашал с собой, чтоб познакомить вас, но Варя отказалась, сказала, что еще не пришло время. Она должна подготовиться к этой встрече. – Вера чуть не вылетела с языком, что квартиру продать уговаривает своего мужчину, а знакомиться с его родственниками ей еще рано.

— И когда же вы ее привезете, так хочется посмотреть на эту женщину. Что ж в ней такого, что она завоевало ваше сердце. Или вы давно с ней знакомы?

— Знаю я Варю много лет. Когда купил домик в деревне, она была первая, кто пришел ко мне в гости. Она в то время была еще замужем. Муж у нее, скажу я вам, очень ревнивый. Варя жаловалась, что ей нельзя было посмотреть ни на одного мужчину.

— И куда же делся ее муж?

— Ушел к местной продавщице. Правда, она намного его моложе, но вот уже два года живут вместе. А Варя одна маялась с хозяйством. Помогал я ей иногда, но пошли сплетни, она отказалась от моей помощи. А в этом году все распродала. Захотелось ей пожить для себя.

Вера смотрела на свекра, который рассказывал о своей пассии с пеной у рта. Видно было, что он очень увлечен этой женщиной, глаза его светились, как у молодого.

— Детей-то много?

— Две дочери. Обеих Варя удачно выдала замуж. Она им с детства твердила, чтоб выбирали себе женихов с деньгами. Первой выскочила замуж младшая дочь за агронома, правда, ранее он был женатым, но ради Иринки оставил свою семью. Теперь, после развала совхоза, занялся фермерством, дела у него идут в гору.

 

— А старшая? – У Веры перед глазами стояла эта Варя, которая распоряжается судьбой своих дочерей. Обычно мать предостерегает дочь, чтоб она никогда не связывалась с женатиками. А эта чуть ли толкала Иру за женатого.

— Со старшей Варе было чуть сложнее. Она начала встречаться с местным парнем, который работал трактористом. Первое время скрывала от матери свое увлечение. Но это деревня. Слухи дошли и до Вари. Она хорошо воспитала своих дочерей. Они и сейчас во всем ее слушаются.

— И куда же делся этот тракторист? – Казалось, Вере одной интересно все узнать о женщине, которая, видать, взяла в оборот и свекра. Пашка все это слушал и только часто моргал глазами, ни одного слова не произнес. Юрий Иванович слега ухмылялся, слушая друга.

— Да там и живет, вроде как встречается с какой-то женщиной. Виктор из добропорядочной семьи тружеников, но не настолько обеспеченной, как хотелось Варе. Вот она и нашла по своим каналам мужа старшей дочери из райцентра, местного предпринимателя. Аленка у нее живет в небольшом городке. Молодец женщина. Всегда думала о детях, о их будущем, теперь не будет у нее душа за них болеть.

— Простите, Николай Петрович, но мне кажется, что у вашей Вари сложный характер. Не каждый мужчина с ней уживется.

— Я вот нашел с ней общий язык. Очень общительная, гостеприимная. Приходит ко мне в гости всегда с выпечкой. Все у нее в доме добротно, придраться не к чему, вот такая мне нужна женщина.

— Своих дочерей пристроила, а почему не подумала о вашем сыне? У нее будет болеть душа, если мы с Пашей будем жить на улице?

— Ты дочек с сыновьями не равняй. Сын всего в жизни должен добиваться сам. Я же не лезу к вам со своими советами. И не запретил Пашке на тебе жениться, хотя сразу знал, из какой ты семьи. Помощи от твоих родителей никакой. Живете на одни зарплаты. А была бы невестка чуть побогаче, давно бы у моего сына было свое жилье.

— Отец! – Почти выкрикнул Павел, — прошу, не лезь в нашу семью. У нас с Верой все хорошо. Мы любим друг друга. Меня все устраивает в жене. – Юрий Иванович понял, что назревает большой скандал, он распрощался и ушел. Вера же не готова сдаваться.

— Хочу вам сообщить, что я беременна. И вы сможете выгнать своего внука или внучку на съемное жилье? Внук-то чем перед вами провинился? – Павел несказанно был рад такой новости, а вот отец его призадумался. – Почему вы не рассматриваете такой вариант: продать своему сыну эту квартиру. По-родственному уступите. И разойдемся все без скандала.

— И чем же он думает со мной расплачиваться? Ты вон скоро родишь, и будете жить на одну зарплату, едва сводить концы с концами.

— Так сейчас государство и за первого ребенка дает хорошую сумму. Вот вам первый взнос. Я не думаю, что в деревнях дома стоят баснословных денег. Почему же ваша невеста так печется о своих дочерях, а вы не сможете нам пойти на уступки? Или вас она уже успела подмять под себя? – Павлу надоел этот никчемный разговор. Он готов уже сейчас освободить квартиру отца. Пусть ему придется туго, но он сохранит свою семью, и малыш родится у любящих друг друга родителей.

— Пойдемте спать, мне завтра рано вставать, да и отец, наверняка, приехал по неотложным делам. – Павлу не терпелось узнать все о беременности жены. Удивляло одно, почему Вера его раньше не обрадовала? Да, они решили подождать с детьми, пока не определятся с жильем. – Отец, стели себе сам, здесь теперь у тебя нянек нет, — Павел сильно был обижен на отца, который ради какой-то бабы готов отказаться от сына.

 

В постели Павел стал благодарить свою жену за подарок, о котором он мечтал. Немного посетовал, почему она раньше ему об этом не сказала.

— Паш, прости, мне пришлось соврать. Ничего лучшего я не придумала, чтоб как-то остановить Николая Петровича. Ты видел, как он задумался? Может, это нас спасет?

— Верунчик, а давай займемся прямо сейчас продолжением рода? На отца мне наплевать, ты же видела, что эта Варя его уже зомбировала. Я всегда думал, что у него есть голова на плечах, которая еще работает, он способен здраво мыслить. Но когда он начал в твою сторону говорить нелестные фразы, такого я ему простить не смогу.

— Забудь про это. Я ничуть на него не обиделась. Это же не его слова, а той женщины. Мне кажется твой отец раскусит ее, но боюсь, что это произойдет слишком поздно. И некуда ему будет возвращаться. Ты же не оставишь отца на улице?

— Пусть почувствует, что такое унижения. Он же теперь будет бесплатным приложением к этой Варваре, пусть на своей шкуре испытает, что значит, когда к его мнению не прислушиваются. Он ведь до конца не верил, что мама серьезно болела. Всегда возмущался, что она притворяется, чтоб только дома ничего не делать.

Николай Петрович не чувствовал угрызений своей совести. Он влюбился, как мальчишка. Ради Варвары готов пойти на все. И приехал он с целью, чтоб обратиться в риэлторскую компанию, чтоб помогли переоформить документы и продать квартиру. Варя сказала, что так быстрее, и уже к осени они смогут переехать в новый дом.

Тот, что присмотрела его женщина, действительно, хорош. Не каждый зажиточный человек мог позволить себе такой купить. Его продавал москвич, которому одно время нравился этот уголок. Но со временем поселок стал приходить в упадок, и он решил продать свой особняк, пока дома еще в цене.

Делал попытку Николай Петрович доказать своей женщине, что содержание этого особняка им не по карману, но Варе хотелось на старости лет пожить в роскоши. Чтоб старший зять не кичился своими деньгами, а то сам не приезжает к ней в гости и жену свою не пускает. Видите ли, стыдится друзей, что взял в жены деревенскую.

Варвара Васильевна ему покажет, что она не только дочерей пристроила, но и сама устроила свою личную жизнь. Пусть все подавятся от зависти. Посмотрит, как на коленях к ней приползет зятек, уж тогда-то теща укажет Глебу, где его место.

Людмила Николаевна не могла позволить, чтоб ее Вера с мужем скитались по чужим углам. Она пригласила их к себе. Муж был против, но рычаги управления были в ее руках. Она знала, на какое место надо надавить, чтоб муж не возникал, а во всем с ней соглашался.

Влад одно время от нее погуливал, прижил себе сына на стороне. Алименты уже закончил платить, но Артем постоянно обращается за помощью к отцу. Люда никогда не препятствовала общению отца с сыном. А если муж не согласится с ее решением, она навсегда отвадит его сыночка, он и дорогу к отцу забудет.

Дочери с мужем Людмила выделила самую большую комнату в квартире. Особой нагрузки на себе не почувствовала. Делала все, как всегда, только готовить приходилось больше. Все-таки в доме уже два мужика. Павла здесь никто не ущемлял, порой ему не нравилось, что перед ним заискивали, к такому обращению мужчина не привык, но приходилось мириться, не он же хозяин.

Тесть с тещей стали помогать им собирать на первый взнос. Людмила стала уговаривать Влада, чтоб он нашел подработку. Первое время муж упирался, но рычаги действовали. И за год накопили на первый взнос, приобрели пока однушку, со временем будут думать о расширении. Сейчас же молодые рады и этому. Тем более большую часть ипотеки платит тесть.

Николай Петрович этот год жил и радовался. Силы пока не покинули его, он управлялся один, сына просить помогать было стыдно, все-таки чувствовал свою вину перед Павлом. Варвара на участок не выходила, хватало работы по дому. Уже к весне женщина стала повышать голос на своего мужа. Она заставила Николая Петровича пойти с ней в ЗАГС, согласилась с ним жить только на законных основаниях.

— Неплохо бы Нельку попросить, чтоб помогала мне, устаю я очень, к вечеру не могу на ноги наступить. – Николай Петрович старался исполнить любую просьбу жены, хотя у самого и ноги болели, и руки немели. Участок двенадцать соток ни минуты не давал отдыхать. И ему не помешал бы работник, так людям же надо платить, а чем? Николаю Петровичу было тяжело, но отказать Варваре было еще тяжелее.

 

Мужчина сильно похудел и был измотан непосильным для его возраста трудом. И он впервые пожалел, что пошел на поводу у этой женщины. Сын-то не пропадет, а вот он загнется здесь. Варвара командовала Николаем, как хотела. Он только заикнулся, что пора бы уже им приобрести газонокосилку, как вылила на мужа ушат грязи.

— Я знала, что городские лентяи, но чтоб настолько, даже не думала. Лень ему стало косой махать. А ложку подносить ко рту не тяжело? Руки не немеют? Да чтоб я из твоего поганого рта ничего больше не слышала. Радуйся, что еще кормлю. Если будешь отлынивать от работы, забудешь про стол.

С тех пор Николай Петрович ходил, словно в воду опущенный. Старался реже попадаться жене на глаза. Обед совсем вычеркнул из своего распорядка, чтоб только не слышать вопли Варвары. Если раньше женщина всегда его звала к столу, то сейчас, словно забыла о нем. Эх, близок локоток, да не укусишь. И дороги для отступления нет.

Знает, что дом его, на деньги от продажи куплен, Варька не может на него претендовать, но связываться с ней, себе дороже. И тут в голову пришла мысль, а у него растет внучка или внук. Он же может помогать детям. За малышом хватит сил смотреть, а молодые пусть работают. Сел Николай Петрович на валун, который служил украшением участка, достал телефон. Долго вертел его в руках. Никак не решался нажать на кнопочку. Набрался смелости, но Павел постоянно сбрасывал звонки. Не простил его сынок… Слезы залепили глаза, впервые в жизни у Николая Петровича проснулась жалость к себе. Вот он бумеранг.

Спустя месяц мужчина понял, что он больше не выдержит совместного проживания с Варварой. Ее постоянные крики, истерики довели Николая Петровича до сумасшествия.

— Варька, я с тобой развожусь, освободи мой дом сегодня же, — он ждал всего, что угодно, но чтоб женщина кинулась на него с половником, такое даже не предвидел.

— Я тебе сейчас уйду, первым вылетишь отсюда и забудешь сюда дорогу. Этот дом такой же мой, как и твой. Чтоб об этом больше никогда не заикался.

Но Николай решил идти до конца. Суд признал его право на дом. Но прежде, чем выставить его на продажу, нужно было выписать Варьку. Ох и помучился мужчина, пока добился своего. На вырученные деньги купил однокомнатную и то убитую, требующую ремонта.

Николай Петрович наладил отношения с другом Юрием Ивановичем, который при каждом случае не переставал ему говорить, что он не дружит с головой. Павел ни разу не ответил на его звонок. Говорить о том, что не поинтересовался о его жизни, говорить не приходится. Слишком глубока была обида на отца.

У Павла родился сынок, им с Верой помогают тесть с тещей, вот они для него стали родными. А отец? Да, был когда в его жизни, но променял родную кровь на женщину.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.87MB | MySQL:68 | 0,432sec