― Тебе так сложно остаться? Я тебя не так часто о чем-то прошу, ― Полина сидела на диване с обиженным видом, наблюдая, как её парень собирается на встречу с друзьями.
― Малыш, ну вот, не начинай… Я уже договорился.
― Ну, пожа-а-алуйста… Ну, что тебе друзья важнее меня?
― Поля, давай ещё заплачь!
![](http://ladylike.su/wp-content/uploads/2024/06/Screenshot_28-2.png)
Она расстроилась ещё сильнее. Голубые глаза наполнились слезами, она отвернулась к окну и замолчала. Парень, услышав тишину ― предвестника долгой обиды, на минуту отложил сборы, присел рядом с Полиной и стал поглаживать её по плечу.
― Ну, Поль… Ты чего? Я часа на три, потом приду, будем вместе время проводить, ― пытался он её успокоить.
Она молчала, а потом выдала со всхлипом:
― Я тебе не нужна!
― Ну, что за глупости?
― Даже друзей не можешь на завтра перенести…
― Поля, ведёшь себя как маленькая девочка! ― вскипел молодой человек, взял собранный заранее пакет и ушёл, хлопнув дверью.
Полина осталась одна. Волна эмоций накрыла её окончательно: «Ну, почему ты такой!? Ушел себе… А я… А на меня… А на меня вообще все равно!» Она разрыдалась ещё сильнее. Спустя минут двадцать Полина подошла к зеркалу. По розовым щекам размазалась тушь. Она немного успокоилась и принялась её вытирать. «Ведешь себя как маленькая девочка…» ― крутились в голове слова ее парня.
― А мне вообще хоть кто-то дал побыть маленькой девочкой? Вам всем на меня все равно!
Эти слова отозвались болью в сердце. И вспомнился отец… которого Поля ни разу не видела за двадцать три года своей жизни.
* * *
В детстве маленькая Полюшка не понимала: почему у всех есть папа, а у нее нет? Ей тоже хотелось побыть для кого-то маленькой принцессой, почувствовать себя крошечным воробушком в сильных и одновременно бережных руках. Мама, как могла, старалась дарить заботу, тепло, чувство защищенности, но это ведь совсем не то… Мама ― тоже девочка, хрупкая и нежная. Полина была чутким ребенком, видела, каким трудом маме давалась та же кукла на Новый год. Пришлось быстро повзрослеть, взять ответственность за себя, чтобы мать не тащила все на своих плечах.
Об отце Полине практически ничего не рассказывали. Не было известно даже, знает ли он вообще о ее существовании. Родственники категорически не хотели поднимать эту тему: «Тебе нас мало? Достаточно? Ну, вот и все!». Единственное, что могло создать хоть какой-то образ папы в ее сознании ― это письмо, случайно найденное в шкафу во время игры в прятки.
Полине было десять, когда она нашла его. Правда, ничего кроме фамилии, московского адреса и короткой фразы «прости меня, я был вынужден уехать», адресованной ее матери, в нем не было. Тем не менее, Поля хранила его, как нечто ценное. Это было свидетельство, что где-то ее папа все-таки существует.
* * *
Девушка подошла к письменному столу, достала из ящика это самое письмо и несколько раз перечитала единственную строчку. «Интересно, а как это вообще ― когда у тебя есть папа…» В душе давно жила идея отыскать его, посмотреть, кто он, спросить, знает ли он вообще, что у него есть дочь? Но всё как-то не решалась…
«Даже если он живет по этому адресу, вот, что ему сказать? «Здравствуй, папа! Я тебя нашла»? ― Полина погрузилась в размышления. ― А если не найду ― потом всю жизнь буду жалеть…»
В тот день она решила во что бы то не стало отыскать своего отца.
* * *
Поездка, как и было запланировано, пришлась на июнь. Ее парень не поехал, и Полина оказалась в Москве одна. Единственная зацепка ― адрес, указанный на конверте ― привела её в Новогиреево.
Был поздний вечер. Выйдя из метро, Поля отправилась искать свою гостиницу, катя за собой большой чемодан. Навигатор зачем-то повёл через бледно освещённый двумя фонарями двор.
«Боже, хоть бы не нарваться на приключения…» ― подумала она.
― Де…шка, вас… до дому доставить? ― вдруг привязался к ней какой-то местный в не очень трезвом состоянии.
Поля ускорила шаг.
― Ну, что ж ты… От такого кавалера… ― поплелся он за ней. ― Да подожди ж… ― нагнал и взял за локоть.
Полина не на шутку испугалась и попыталась отдернуть руку. Но тот не отпускал.
― Дюбель, ты берега попутал? ― вышел откуда-то из темноты высокий мужчина, не более приятной наружности.
― А че? Твоя? ― отшатнулся пьяный в сторону.
― Моя.
― Пардоньте, пардоньте… ― скривился Дюбель и ушёл прочь.
Поля боязливо смотрела на невзрачно одетого человека, лет пятидесяти на вид. Грубые черты его лица не внушали доверия, скорее, наоборот, наводили ужас. Особенно пугал мрачный взгляд.
― Ну, куда тебе? ― прервал он паузу.
― Да я… лучше сама… ― отошла Поля на пару шагов.
Мужчина молча подошёл к ней, забрал из рук чемодан и покатил его в направлении, в котором шла Полина.
― Что вы… Как… А…
― Ну, ты долго будешь стоять? Все неприятности решила собрать этой ночью?
Поля растерянно пошла за ним. Поравнявшись, они двигались молча.
― В этих местах не стоит бродить одной, ещё и в такое время, ― не глядя на неё произнёс мужчина. ― Ты чего тут забыла?
― Папу ищу…
― Забавно, ― усмехнулся он. ― Папантёнок.
― Кто?
― Ну, как Мамонтенок, только папу ищешь. И кто ж твой папа?
Полина достала из кармана джинсовой юбки конверт и показала незнакомцу. На графе «отправитель» четко была выведена фамилия: «Воронцов А.Н.»
― Воронцов-Воронцов… И какие планы?
― Адрес есть. Туда завтра пойду.
― Ой, девка, вляпаешься еще куда-нибудь… С тобой сходить что ли.
Полина недоверчиво на него посмотрела.
― Вы хотите мне помочь?
― Я хочу, чтобы ты, на свою дурную голову, как кура в щи не угодила.
Поля сконфузилась от такой грубости.
― Ладно, не обижайся. Я адрес этот знаю, шпаны всякой там полно, не лучшее место. Вот, пришли. ― остановился мужчина возле гостиницы. ― Утром пересечемся. Сама не лазь.
― А как вас зовут? ― окликнула Поля незнакомца, когда тот уже собрался уходить.
― Можно просто Василий.
Так прошёл её первый вечер в столице. «Чувствую, будет непросто… » ― вздохнула Поля, наконец, добравшись до своего номера.
* * *
Наутро начались поиски отца Полины. Благодаря помощи Василия, было несложно найти дом по адресу на конверте.
Поднявшись по старой лестнице, они остановились у зелёной деревянной двери.
― Двадцать вторая? ― ещё раз уточнил Василий.
― Двадцать вторая…
Василий нажал на звонок.
― Кто там? ― послышался старческий голос из-за двери.
― Откройте, пожалуйста, мы по важному делу… ― сказала Полина.
― Кредиты не беру! Заменой окон не интересуюсь!
― Да мы не по этому…
За дверью стало что-то щелкать. Со скрипом она приоткрылась и, держась на тоненькой цепочке, показала худощавое лицо какого-то дедушки.
Старичок слегка выглянул и сперва обратил внимание на Полину.
― Доченька, тебе чего?
― Здравствуйте! Я ищу Воронцова. Он случайно не здесь…
― Воронцова? А по какому случаю?
― Понимаете, я его дочь. Правда… Мы еще не знакомы, но… Я бы очень хотела увидеть своего отца.
― Батюшки! Моя внучка что ли! ― удивился дед. ― Ну-ка, ну-ка, заходи.
Полина удивленно посмотрела на Василия. В её глазах читалась надежда. Она не до конца понимала, что будет испытывать, когда найдет своего папу. Но знакомство с дедом принесло ей радость, стало уже не так страшно за предстоящую встречу с отцом.
Старичок, открывший дверь, перевёл взгляд на Василия, отчего-то нахмурил брови и поджал губы.
― А этого я не пущу! ― грозно сказал дед.
― Что? Но… ― в недоумении произнесла Полина.
― Все нормально. Ожидаемо, ― вмешался Василий. ― Я внизу подожду, спустись, как поговорите.
Поля, немного расстроившись, зашла в квартиру дедушки.
― Ну, давай знакомиться, внученька! Я Николай Миронович! Тебя как звать?
― Полина… ― неловко сказала она.
― Полюшка, моя ж ты принцесса! Хоть кто-то решился деда на старости лет навестить!
― Простите, а где мой папа?
― Да по командировкам своим мотается! Некогда даже к батьке заехать. Ну, пойдем! Чайку попьем!
Николай Миронович и Полина увлеклись разговорами, рассказывали друг другу о своей жизни. Затем переключились на игру в нарды: дедушка настоял, что внучке непременно стоит научиться в них играть, и договорились о том, чтобы на недельке пойти в парк покататься на велосипедах. Поля давно так не смеялась. Ей почему-то вспомнились многие детские обиды: когда она, будучи маленькой девочкой, с завистью смотрела, как отцы играют с детьми на детской площадке, учат их кататься на роликах или кружат в воздухе. За пару часов Николай Миронович подарил ей кусочек этого счастья.
― Полин, а хочешь я тебе свои награды покажу? У тебя же дед ого-го! Не хухры-мухры!
― Конечно, хочу, Николай Миронович, ― улыбалась Поля.
― Ну, сколько можно! Дедушка! Зови меня дедушкой!
Поля улыбнулась. Старик притащил ящик с медалями и удостоверениями. Пока он рассказывал о военной службе, Полина открыла одну из бумаг и прочитала: «Борунцов Николай Миронович»…
― А потом я служил на северах, а там…
― Простите… ― перебила Полина рассказ старика. ― Кажется, вы все-таки не мой дедушка…
― Что? Как это так? Ты же сама сказала!
― Воронцов.
― Ну!
― А вы Борунцов…
― Ну! А ты как сказала?
― В. Буква «В». Воронцов.
Дед заметно расстроился.
― Вот же ж, тугоухий стал… А ты уверена, что там «В»?
― Простите, Николай Миронович… Уверена. У меня такая же фамилия. ― Полина поднялась с табуретки и направилась к выходу, ещё раз извинившись перед дедушкой за оплошность.
Перед тем, как она вышла старик крикнул ей: «Поля, я всегда буду рад тебя видеть! Велосипеды в силе! Если ты захочешь!».
Полина спустилась вниз и, чуть ли не плача, вышла на улицу. Василий все еще её ждал.
― Ну, неужели! Все нормально?
― Он не мой дед… ― расстроенно сказала Поля. ― Фамилия не та…
― Тьфу! Документы смотрят в самом начале! Эх ты!
― Что теперь делать? ― присела девушка на скамейку возле подъезда.
― В полицию. Пусть справки поднимут.
― Так, я даже имени отца не знаю! Мало ли таких А. Н. Воронцовых в Москве! Была бы хоть фотография, а то… ― у неё задрожали губы.
― Так, не реви! Распустила нюни!
Мимо Полины и её нового друга прошли две женщины. В их взгляде читалось нечто, копирующее выражение лица Николая Мироновича, когда тот увидел Василия.
― Почему они так на вас смотрят? ― спросила Поля.
― Боятся.
― Боятся?
― Да меня все тут опасаются!
― Почему?
― А ты, хочешь сказать, не испугалась меня при первой встрече?
― Ну… Вы были… Несколько… Грубы… Признаюсь, поначалу действительно было страшно.
― Ну, вот и им страшно, ― Василий вытер нос и плюнул на асфальт. Полина посмотрела на него осуждающе ― не мог хоть до урны свои сокровища донести? Вон она, урна, рядом совсем. А возле урны…
― Ой! ― вскочила с лавочки Полина. ― Смотрите! Тут щеночек! По-моему, у него что-то не так… ― маленькая белая собака доверчиво прыгала вокруг людей, поджав одну лапу.
― Здрасьте-приехали. Ещё с тобой теперь возиться, ― грубым голосом сказал Василий, а затем бережно взял щенка на руки. Было удивительно наблюдать, как в этом человеке соединяются жёсткость и доброта. ― Поль, ну, откровенно, зацепок у тебя больше нет. Езжай домой, дурью не майся.
― Не знаю…
― Мы к ветеринару. Ты с нами?
― Нет… Я в храм хочу зайти…
― Дело хорошее. Номер мой запиши.
На том и разошлись. Полина нашла на навигаторе ближайшую церковь и, не спеша, пошла в её сторону.
Город тем временем начинал тонуть в лучах закатного солнца. Поля шла и ни о чем не думала, только смотрела по сторонам. На скамейке возле книжного магазина сидела молодая пара и ребенок: они ели мороженое, вернее, мама снимала видео, а папа с сыном баловались, оставляя друг у друга на носах следы белого пломбира. В кафешке чуть дальше праздновалась свадьба, ведущий громко объявил танец отца и дочери, после чего толстый мужчина в синем костюме повёл в центр веранды молодую девушку в белом платье. От этой картины заставило отвлечься чириканье птиц. Поля увидела, как на дереве две птахи кормили птенцов. Наблюдая за тихим счастьем московских жителей, она дошла до самого храма. Оттуда, словно специально подгадав момент её прихода, вышел священник в чёрной рясе.
― Чадо, служба уже закончилась, ― добродушно улыбнулся ей седой батюшка. ― Тебя что-то привело? Или просто так?
Полина тяжело вздохнула.
― Отец…
― Сергий.
― Отец Сергий, я так устала…
Священник предложил поговорить на скамейке возле храма. Поля рассказала ему всё: как мечтала найти отца, что родные вообще не в курсе этой затеи, что парень отказался помочь, какие приключения с ней произошли в Москве…
― Батюшка, я так хотела найти своего папу… Неужели Бог этого не видит?
― Чадо, что для тебя «папа»?
― Я его не знаю.
― Знаешь. Кто такой «папа»?
Полина задумалась.
― Ну, это кто-то способный меня защитить, кто-то сильный… при этом заботливый… Кто-то мудрый, к кому я могу обратиться за советом, если меня что-то тревожит…
Отец Сергий улыбнулся.
― А теперь вспомни ещё раз свою поездку. Ты правда думаешь, что Бог тебя не услышал?
Полина подумала про Василия, ставшего её ангелом-хранителем на эти пару дней, потом про Николая Мироновича, и как они говорили по душам и играли в нарды, а затем перевела взгляд на батюшку.
― Батюшка… Получается, я немножко нашла папу?
Собеседники одновременно улыбнулись. На улице начинало темнеть, мимо мчались шумные машины. Священник и Полина, все еще сидя на лавочке возле храма, продолжали разговаривать о самых важных вещах в жизни. А завтра она уже планировала поехать кататься на велосипедах с Николаем Мироновичем. И позвонить Василию, спросить, как там белая собачка. Может, назвать ее Папантёнок?
Автор: Елизавета П.