Прости, если сможешь!

— Ой, дорогая моя, жалко мне тебя. Такая ты хорошая, умная, красивая, работящая. Да ведь ничего у вас с Васькой не выйдет! – качала головой потенциальная свекровь, глядя на очередную «невесту», приведенную сыном.

— Почему? Мы уже три месяца встречаемся, все хорошо. Вот, даже с родителями решили познакомить друг друга. – Кристина хлопала наивными глазками и не могла понять, о чем толкует эта милая женщина.

 

— А больше он тебя ни с кем не познакомил?

— Нет, а с кем еще нужно? Родители – самые дорогие люди. С друзьями, разве что…

— Ну я не знаю. Может быть, с женой?

Василий был единственным ребёнком у родителей. После его рождения мать сильно болела, решили не рисковать, не рожать второго. Вася рос баловным, ни в чем ему не отказывали. Сколько он себя помнил, всегда мечтал о большой семье, в первую очередь – о братьях. Чтоб играть в футбол, ходить в походы и строить шалаши. Был у Василия двоюродный брат, Игорь, с которым они с детства были дружны. Но родные братья остались для него мечтой. Повзрослев, Василий решил, что у него непременно будет большая семья. Однако, не все разделяли столь грандиозные планы. Ни одна из его девушек не готова была продолжать отношения, едва Василий заводил мечтательные речи о пяти детях.

— Вась, какие пятеро? Я и на одного не решусь раньше тридцати. Фигуру портить, целый год ходить как бочка? – очередная девушка решила прекратить отношения сразу, едва парень заикнулся о своих планах на будущее.

Когда несколько девушек, одна за другой, сбегали без оглядки, испугавшись перспектив стать многодетными матерями, Василий совсем приуныл. Мечта его оказалась невыполнимой для большинства подружек. Кроме одной. Марусю он знал с детства – жили в соседних домах, гуляли в одном дворе. Маше Василий нравился, но признаться в своих чувствах девушка не решалась. Благо ее подружка оказалась пошустрее и шепнула непонятливому парню, где искать свое счастье. Из многолетней дружбы вскоре вспыхнула настоящая любовь.

Ребята встречались год перед свадьбой. Маруся полностью разделяла желание жениха иметь большую семью. У нее есть младшие братик и сестренка, не впервой было нянчиться. О количестве детей молодые не говорили, но Василий считал, что их должно быть не менее четырех. А если повезет, то и семерых не грех нарожать. Маруся смотрела влюбленными глазами на жениха и думала, что за таким и в огонь можно, и в воду, и детками обрасти, любым количеством.

Первая беременность наступила всего через месяц после свадьбы. Василий был счастлив! Едва ли не на руках носил любимую жену, выполнял все ее прихоти, в любое время дня и ночи мог сорваться и бежать покупать то, что Марусе хотелось. Все дела по дому полностью взял на себя, чтобы жене стало полегче.

Маруся вся светилась от счастья. Если он так о ней заботится сейчас, то и дальше ничего не изменится. Вася – действительно идеальный муж, о котором можно мечтать.

Первой родилась Лизонька. Крошечная, тихая малышка, которая могла весь день спать или тихо лежать в кроватке рассматривая потолок и бортики кроватки. Василий, хоть и ожидал рождения сына, не подал вида, что расстроен появлением дочки. Взял на себя многие обязанности по уходу за ней, помогал купать, вставал ночью, чтоб сменить пеленки.

Когда Лизе исполнилось два месяца, муж начал намекать Марусе, что пора бы и за вторым идти.

— Вась, ну я же только родила, куда сразу второго. Мне бы оправиться, — держа на руках дочку, удивилась Маруся.

— Сама подумай, они ж будут как двойняшки, в одних пеленках вырастут. Так куда проще, чем одного вырастить, отвыкнуть от младенца, а потом снова в бессонные ночи погружаться. Тем более, Лизавете братик нужен.

— Или сестренка. – поддержала мужа Маша.

— Ну да, но лучше бы братика. Защитник. Она у нас вон какая тихая, да нежная, куда ей без защиты. Вот родится брат, будет ее защищать.

Слова Василия оказались пророческими, но не до конца. За несколько дней до первого дня рождения Лизоньки родились близнецы — Маша и Даша, громкие, неспокойные. Эта парочка была такой шумной, что родители удивлялись, до чего ж они отличаются от старшей сестры Лизы. Близнецы росли бойкими, палец в рот не клади. Этих маленьких сорванцов в юбках потом боялись даже мальчишки. Рогатки и палки были их любимыми игрушками, а с коленок не сходили синяки.

 

Но все это будет в будущем. А на момент рождения еще двух дочек Василий был готов расплакаться. Снова девочки! Ну как же так? Он что же, бракодел? Не способен пацана сделать?

Показывать при всех свое разочарование он не стал. Дети родились, надо жене помогать с ними. Однако, в его заботе уже не было столько искренности и нежности. Маруся, уставшая от двух беременностей подряд, с тремя малышами на руках, была слишком измотанной, чтоб заметить изменения в настроении мужа. А если и замечала — списывала на усталость.

От разочарования Василий целых полтора года не заикался о новых детях. Маруся даже порадовалась, раз перестал просить еще детей, значит, на трех дочках они остановятся. Но она рано радовалась.

— Марусь, а не пора ли нам еще одного ребенка родить? Лизаветку скоро в садик, Маша и Даша вон какие шустрые. Надо им брата родить. Чтоб разбавить ваш дамский коллектив.

— Вась, а может, еще годик подождем, чтобы все трое в садик ходили? Тогда уж полегче нам будет.

— Ну, Марусь, я же тебе говорил, хочу большую семью. Ты знала, на что шла. Если тебе помощи не хватает с детьми, давай я родителей своих подключу, и твоих тоже, работу вторую найду. Но я хочу не меньше пяти детей. Ты разве забыла?

Марусе хоть и было тяжело с дочками, отказать любимому мужу было куда тяжелее. И вскоре в их доме появился новый кричащий кулек – Катюша. Самая творческая из всех. То изрисует все стены, будет пытаться играть на всех инструментах и петь в любое время дня и ночи. А попытки танцевать предпримет даже раньше, чем сделает первый шаг. Рождение четвертой дочери Василий впервые отметил запоем. Три дня, пока жена была в роддоме, а его родители помогали готовить квартиру к приезду невестки с новорожденной внучкой. Василий жил и пил в гараже, как будто у него случилось вселенское горе.

Буквально за несколько дней до рождения Катюши, у его двоюродного брата родился третий сын. Василию было стыдно звонить и признаваться, что его жена снова девку родила. Вася много пил, но горькая не могла заглушить боль разочарования. Он что, проклятый какой? Почему у всех знакомых сыновья, а ему одни девки достаются! Вот и сейчас дома бабский рай – три дочери, мать, теща, а завтра жена с четвертой дочкой вернется. Даже отец и тесть ретировались, как только увидели, что у них дома «весело» и шумно. А Васе бежать некуда. Ему только третья работа поможет как можно реже появляться дома. На том и порешил.

На этот раз Маруся заметила, что муж без настроения – сам не свой — но не стала уточнять, в чем причина. Она сама была измучена до предела. Родить за короткий срок четырех детей — было бы не под силу и более крепкой женщине, а Маруся никогда не отличалась крупной фигурой. Наоборот, после каждых родов она сильно худела и выглядела все более измотанной.

К счастью, после рождения Кати, муж не просил новых детей целых три года. Лиза пошла в школу, сорванцы Маша и Даша держали в страхе детский сад. А Катюшу дедушка возил в художественную школу и на балет. Девочка оказалась безумно талантливой, ее активности хватало на все.

— Вась, какие детки у нас получились замечательные! Прямо сама себе завидую. Такие все красивые, умненькие, ладные. Но ты знаешь, я в декрете уже засиделась. На работу хочу. Через два месяца Катюше три года исполнится, вернусь на работу. Переключусь на более важные дела, чтобы не тупеть в четырех стенах.

— Верно говоришь, и мне бы полегче стало, а то ведь почти дома не бываю. – Вася посмотрел на нее внимательно, а потом добавил. — Но ты не думала о том, чтоб еще немного дома посидеть?

— Вась, ну мы же обсуждали это. Куда нам еще одного? Мы и так на голове друг у друга сидим.

— Вот я об этом и говорю. Мои родители предлагают наши две двушки обменять на трешку для нас и однушку — для них.

— Как это?

— Ну вот так, чтоб нам полегче было. Вот я и подумал. Может, попытаемся сына родить? У тебя помощниц целый дом, а мне хоть одного сынишку…

 

Как не тяжело было Марусе распрощаться с идеей выйти на работу и выплыть из бесконечной пучины пеленок и подгузников, а все же решила она уступить мужу. Прошерстив кучу литературы, которая было посвящена планированию пола малыша, Вася и Маруся были полностью готовы к рождению сына. Через месяц Маруся сделала тест и увидела две полоски. Тут же решила задать вопрос мужу:

— Вась, а если снова двойня? И снова девочки?

— Ну нет, снаряд в одну воронку дважды не бьет! Не бывает так! – отмахнулся тот.

— Не скажи…. Что-то у меня странное предчувствие, что снова двое…

— Ну и хорошо, мы все учли, значит, будет два парня.

Предчувствие не обмануло Марусю. На первом же скрининге врач подтвердил двойню. А на втором Вася понял, что опять напортачил. Да и закон подлости никто не отменял. Повернув экран к замершим в ожидании родителям, врач УЗИ радостно прокомментировал:

— Поздравляю! У вас здоровые девочки. Все показатели в норме.

Василий едва смог скрыть гримасу разочарования. Опять? И не одна, а две? Шанс на рождение сына снова испарился. А у брата Игоря уже пятый сын родился. Василию хотелось расплакаться от бессилия. Ну почему жизнь так несправедлива к нему? Почему одним с первого раза дарит сыны, а ему, мечтавшему о нем, шесть девок?

Вскоре родились Кира и Кристина. На этот раз Маруся еле выносила детей. На последних сроках ей было сложно не только ходить и вставать с кровати, но и переворачиваться с одного бока на другой. Рождение малышей Василий воспринял стоически, молча.

На этот раз ему не хотелось пить, ибо не было никакого смысла. Но и с женой разговаривать не хотелось. Василий ходил, словно в воду опущенный. Его родители и тесть с тещей дежурили в их доме по очереди, помогая со старшими внучками. Василий почти не появлялся дома, приходя поздно вечером, а уходя рано утром. Он был раздавлен и разочарован. Жена его предала! Иначе назвать ее поступок было нельзя. Она не старалась! Она сомневалась, стоит ли рожать. Вот потому и получаются одни девчонки. От обиды Василию не хотелось находиться рядом с женой. Наказать ее, так сказать! Однако, спустя год после рождения двойняшек, родители Васи решили дать им возможность побыть вдвоем и отпустили в маленькое путешествие.

— Поезжайте в Питер на выходные! Побудьте одни, ведь за столько лет брака, да с таким количеством детей, вы уже забыли, что такое быть супругами.

Клавдия Петровна, мать Василия, первой заметила, что с сыном твориться что-то неладное. Вот и решила дать ему и невестке развеяться. Только после возвращения из поездки сын остался таким же замкнутым, а невестку стало все чаще мутить по утрам. Новость о пятой беременности жены Василий воспринял без особого энтузиазма.

— Опять что ли? Как крольчиха, ей-богу! Самой не надоело?

Слова мужа больно задели, ведь именно он хотел большую семью и много детей. В положенный срок родилась Варюша. Такая же горластая, как и первые близнецы. Маруся моментально превратилась в тень, практически перестала спать из-за дочки, которая могла кричать сутками напролет.

Вернувшись из роддома, Маруся заметила, что муж не обращает на нее внимания. Он даже не подошел и не посмотрел на новорожденную, как делал это всегда. Дальше – больше. Не помогал жене выбрать имя малышке. Ему она была совершенно не интересна. Он не ночевал дома, оставаясь в квартире родителей.

Спустя месяц Маруся поняла, что больше не выдержит. Постоянные крики младшей, истерики старших, которые хотели внимания к себе, да еще и муж, который перестал появляться дома. Маруся несколько раз пыталась выловить его и поговорить. Но он либо молча уходил, либо бросал такие фразы, от которых Марусе становилось страшно:

— Ты нарожала, теперь не ной! Мне столько девок не нужно! Можешь половину в детдом сдать, не расстроюсь.

Однажды подобные речи услышали свекры и устроили сыну выволочку. Мол, сам хотел детей, изволь терпеть и не жаловаться, жене тоже тяжело. Василий не стал оправдываться, просто собрал вещи и ушел. Тихо, пока Маруся была с детьми на прогулке. Вернувшись домой, женщина не сразу поняла, что муж оставил их. Дозвонившись до него, она спросила:

 

— Вась, а ты куда пропал? Детей надо спать укладывать, я одна не справлюсь.

— Справишься. Привыкай, теперь одна с ними будешь возиться. Мне надоело это бабское царство. Я с тобой развожусь. – грубо ответил он.

— Как это? – Маруся опешила от услышанного. Ее ноги подкосились, и женщина сползла на пол.

— Вот так. Да сколько можно! Нарожала девок. Куда их столько? Я хотел одних пацанов! Хотел, чтоб как у брата моего было – пять сыновей. А не семь девок! Позор какой. Надо мной все друзья смеются! Говорят, либо я бракованный, либо ты! Я тебе давно сказал, мне сын нужен.

— Но я не виновата, что одни дочки. Это не от меня зависит.

— Ты давай бросай умничать! Я тебе все сказал. Нет от тебя сыновей, так и живи одна. Я с тобой разведусь. За десять лет натерпелся, хватит, нет больше сил моих.

— Не дождешься, – бесцветным голосом прошептала Маруся, — не разведут нас. Варюшка только родилась, да и остальные дети еще маленькие.

— Ну и что? Не разведут, так и не надо. Но и жить я с тобой не буду.

— А как же дети? С ними ты тоже общаться не будешь?

— Зачем? Нужны они мне. Были б пацаны. А эти… нет, сама расти их, я не хочу в этом участвовать.

— И где ж ты жить будешь?

— Пока у друзей, а потом к родителям перейду. Нечего на съем деньги тратить.

На следующий день приехали родители Василия. Свекровь плакала и извинялась за подлый поступок сына, свекор сжимал кулаки и сдержанно говорил, что «намылит шею этому паразиту». Оба пообещали и дальше помогать с малышками, не бросать невестку и внучек. Маруся словно впала в анабиоз, погрузилась в кокон, через который не проникали внешние раздражители. Возможно, именно это и позволило ей пережить предательство мужа и научиться жить заново.

Свекровь практически переехала жить к невестке, помогала всем, чем могла. А свекор, после переезда к ним Василия, демонстративно не общался с ним, либо отвечал на его вопросы сквозь зубы. Вася поступил как предатель, от чего родителям было невыносимо стыдно и обидно. Первое время Василий отправлял жене почти все деньги и не подавал на развод. Спустя год решил, что пора ему личную жизнь строить. А значит – надо свое жилье снимать и отдавать Марусе минимум из заработанных средств. Оформив развод, он отправился на поиски новой жены.

Свекровь до сих пор не теряла надежду, что сын одумается. Она старалась при каждом удобном случае рассказывать о внучках, их достижениях, курьезных случаях. Но Вася был равнодушен к подобным разговорам.

— Ой, сынок, ну какие у вас с Марусей дочурки славные растут! – не унималась мама, поймав Васю дома. – Лизонька умничка – учится на все пятерки, Даша с Машей на карате пошли. Ух и бойкие лапушки! И Катюша — просто красавица, такая талантливая!

— Угу, — пробубнил сын, не отрываясь от телефона.

Мать краем глаза заметила, что он рассматривает фото девушек на сайте знакомств.

— Ты бы зашел к ним, дочки скучают, о тебе постоянно спрашивают. Особенно Катюша. – вполголоса проговорила женщина.

— Зайду как-нибудь. Катька – это которая по счету? — не отрываясь от телефона, бросил сын. Матери стало так противно, что она чуть не отвесила ему оплеуху. Всего за год забыл своих детей! Где это видано?

Прошло несколько лет. Девочки выросли умными, послушными и талантливыми. Постепенно стали выходить замуж, а отец все не бросал попыток построить личную жизнь. Но теперь он выбирал внимательнее. Искал ту самую, идеальную мать его будущих пятерых сыновей. К сожалению, как и в молодости, желающих родить от этого уже потрепанного мужичка, было мало. Вернее сказать – не было совсем. Молодым и красивым он не нравился, а ровесницы раздражали своими умными речами и уже устоявшимися характерами.

К тому же, в последнее время он заметил странную закономерность – стоило ему представить новую возлюбленную родителям, как она исчезала, не объяснив причину разрыва. Даже те, кто уже готов был идти с ним под венец, внезапно блокировали его, а при личной встрече переходили на другую сторону улицы.

 

Последней его надеждой стала Кристина – молодая и не очень умная стажерка, которая пришла к ним в офис, едва закончив техникум. На мир она смотрела широко распахнутыми глазами, «не затуманенными разумом», как говаривал о ней коллега Василия. Девушка была младше половины его дочерей, но мужчину это не смущало, ведь красавица отвечала взаимностью на его ухаживания. А за много лет провалов на личном фронте, ему пришлось существенно снизить планку.

Кристина уже через месяц согласилась стать его женой, а спустя еще два — Василий решил представить ее родителям. И этот поступок стал для влюбленных роковым.

Кристина была милой и очень понравилась престарелой женщине. Но скрывать от девушки правду мать Василия не собиралась.

Отправив сына за тортом, она подсела поближе к потенциальной невестке и начала вкрадчиво:

— Ой, дорогая моя, жалко мне тебя. Такая ты хорошая, умная, красивая, работящая. Да ведь ничего у вас с Васькой не выйдет.

— Как так? Мы же любим друг друга. Вы не смотрите, что у нас разница в возрасте большая. Я его правда люблю! – Кристина хлопала наивными глазками и не могла понять, о чем толкует эта добрая женщина.

— Да я верю. Только вот ты по возрасту совсем как его старшие дочки.

— Дочки? Васенька не говорил, что у него есть дочки, — округлила глаза гостья.

— Старшая Лиза уже сама мамой стала, я уж год как прабабушка, а Василий – дед замечательного внука. Такой богатырь у нас растет!

— И сколько же у него дочек?

— Семеро! Красавицы! Все, как подбор, талантливые. Не нарадуемся с дедом.

— Какие семь дочек? Вы о чем? Мне Василий не рассказывал. – девушка была поражена новостями о возлюбленном.

— Я и не удивлена. Он ведь после младшей, Варюши, ушел и семьи. Мы с дедом и сватами Марусе помогали девочек поднимать. А Вася наш личную жизнь строил. Искал ту, которая ему семь сыновей родит. Вот, тебя нашел. Ты идеально подходишь – молодая, здоровая, крепкая! Родишь, как ногой дернешь! Правда, мы с дедом уже помогать не будем, куда нам, силы уж не те. Но ты выходи за Васю, не сомневайся! Правда, он на трех работах пропадать, как с первой женой было, уже не сможет, но ты же сильная, справишься со всем одна. – Клавдия Петровна подошла к окну и увидела, как вдалеке показалась фигура сына. Медлить было нельзя. Надо гостью напугать посильнее:

— А это точно правда? Что-то уж очень сильно смахивает на вымысел. Все-таки, семь детей…

— Так давай я тебе покажу фотокарточки. Мало ли, вдруг Вася надумает вас познакомить, а ты и имен не знаешь. Смотри, у меня вот такие фото есть. Вот старшенькая наша, Лизонька, через год после нее родились Машенька с Дашенькой, обе замуж осенью вышли, в один день решили свадьбу сыграть. А это — Катюша, после нее снова нас невестка двойняшками порадовала – Кирой и Кристиной. Они у нас в институте учатся. Ну а это последняя, Варенька, самая шумная. Ее Васька из роддома забирать не хотел, а потом и вовсе ушел.

— Не понимаю, как же он мог? — Кристина была в ужасе. Доказательства неопровержимы. Столько детей! Как он мог не сказать о них. Да еще и нагло рассуждать, как хочет сына. А лучше трех!

— Ну уж как есть. Потому и говорю, жалко тебя, хорошая ты, но уж больно молода и неопытна.

— Ой, Клавдия Петровна, мне, кажется, пора. Передайте Василию…

— Что?

— Нет, ничего. Не нужно ничего передавать, — ответила девушка, пытаясь попасть ногой в сапог. Было видно, что «маленькие секреты» возлюбленного стали для нее полной неожиданностью.

После побега Кристины Василию пришлось смириться с тем, что жены у него никогда не будет, да и о рождении сыновей вскоре перестал мечтать. Мать рассказывала о том, какие у него славные дочери, как они заботятся о матери, каких деток нарожали замечательных. И ни одна, ни единого раза не вспомнила о нем, не спросила, не поинтересовалась. Василий не был на выпускных и свадьбах дочерей, их жизнь проходила мимо него.

 

Только переступив порог шестидесятилетия, он в полной мере осознал весь масштаб одиночества. Отец умер, мать переехала к невестке, а квартиру свою продала и деньги одной из внучек отдала. Василий все это время жил словно на отшибе. Когда-то мать рассказывала о дочках, а как переехала к Марусе, перестала общаться с Васей. Приходить в дом первой жены ему было совестно. На душе было погано и ничего не помогало избавиться от этого чувства. Даже родная мать его бросила и выбрала доживать свой век рядом с невесткой и внучками. А он никому не нужен.

Однажды вечером ему позвонила Маруся и попросила приехать – умирала мать. Василий не успел сказать матери последнее «прости». На похороны решил не идти, не хотел встречаться с дочками и их семьями. А когда стало совсем тяжело на душе, сам позвонил бывшей жене.

— Ну здравствуй. Что звонишь? Мать мы схоронили рядом с отцом. Почему не пришел проститься? – спросила она сразу, как только подняла телефон.

— Совестно было в глаза вам смотреть. А матери все равно уж. Марусь, ты прости меня! Один я, можно я приеду? – робко спросил Вася.

— Отчего ж нельзя, приезжай. Сегодня как раз девять дней, мы на кладбище поедем. Ты с нами?

— Да. Я с вами…

После посещения могилки Маруся пригласила Василия к себе домой, напоила чаем, дала полистать пухлый альбом с фотографиями дочерей и их семей. С фото на Василия смотрели красивые, но совершенно незнакомы дети, в которых он лишь издали замечал свои черты и черты бывшей жены. И на всех фото его дети были рядом с матерью. Было заметно, как они ее любят и ценят. Они жили счастливо, без него. От нахлынувших чувств Вася расплакался, упал на колени и стал просить прощения.

— Марусь! Ты меня прости, если сможешь! Я ведь последний человек! Пропащий. Чем думал все эти годы, как мог тебя и детей бросить, не знаю? А теперь совсем один, ни родителей, никого, а детям я не нужен. Ты их хорошо воспитала, они тебя любят. А я помру под забором – обо мне и не вспомнит никто! Прости, прости меня, если сможешь!

Маруся дождалась, когда закончится истерика бывшего мужа, и с улыбкой ответила.

— Я рада, что ты все понял, что одумался и попросил прощения. Я хорошо воспитала детей, верно. Но я их воспитала с помощью твоих и своих родителей. Я на тебя зла давно не держу. Но уж раз ты об этом заговорил, отвечу – поздно лить слезы и прощения просить. Жизнь прожита, ничего не изменишь. Ты живи и дальше своей жизнью, а я своей буду жить. Ты мне не нужен. Как и детям. Уходи, Вась, не трепи себе нервы. Считай, что я тебя простила. Со временем и дети простят. Но нам ты больше не нужен.

Вася поднялся с колен, отряхнул штанины и, опустив голову, вышел на лестничную площадку. Он вздрогнул, когда за его спиной повернулся ключ в дверном замке. Ну вот и все, оборачиваться нет смысла. Обратной дороги нет и не будет. Прощай Вася, ты сам сделал свой выбор много лет назад.

Ольга Брюс

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.89MB | MySQL:68 | 0,366sec