Спаси и сохрани

Она шла по мосту, размахивая сумочкой, и явно была не трезва. Из-под курточки, облегающей стройное тело, выглядывал коротенький подол блестящего платья. Длинные ножки в гладких, капроновых чулочках и на высоких каблуках, несли хозяйку осторожно, стараясь не уронить. Но она покачивалась, то и дело спотыкалась, и проваливалась каблуком в ямки и трещины в асфальте.

 

Редкие фонари на мосту тускло освещали тонкую фигурку, не позволяя разглядеть объект полностью. Но вполне достаточно, чтобы понять, что девушка очень хороша.

Обычно природа награждает женщину не скупясь, статной фигурой и смазливой мордашкой одновременно. Редкое исключение, когда шикарная фигура сзади, сулит разочарование спереди.

Огромный город с тысячами огней остался за спиной, она шла в поселок, где жили не самые богатые люди.

— Дура блондинистая — ухмыльнулся Евгений, — ходит пьяная среди ночи по пустынным улицам, а потом будет плакать, что изнасиловали.

Он хорошо знал эту категорию молодых девчонок, гуляют всю ночь в ночном клубе, пьют, танцуют. Ищут себе богатого мужчину, а не найдя, плетутся домой пешком. Свои копейки нищенские потратили на дешёвые коктейли, а на такси не додумались оставить.

Евгений таких девушек ненавидел, но в то же время и обожал, они, глупышки эти, такие миленькие и доверчивые. Садятся в машину к доброму дяде, который беспокоится об их безопасности. И предлагает подвезти, чтобы не дай бог, не пристал какой-нибудь урод с недобрыми мыслями.

Такие наивные очаровашки в коротких юбках, с длинными, стройными ногами и пухлыми губами. Думают что дяденька в очках и с доброй улыбкой, не мужчина совсем, а ангел небесный, сошедший с небес для их спасения.

И так смешно верещат и царапаются, когда до них доходит, что у ангела имеются чисто мужские желания.

Нет, вы не подумайте, что Евгений маньяк, нет, конечно же, нет.

Евгений Иванович приличный человек, у него семья и дети, у него должность небольшая. И зарплата, как и должность, тоже не очень большая. Приходится таксовать по ночам, когда подвыпившие клиенты готовы заплатить щедро, чтобы добраться до дома.

И девчонок этих глупых, он не обижает, а требует оплатить проезд тем, что у них имеется.

Прокутила деньги в клубе, значит плати натурой, тем более что она у молодых девочек такая, что закачаешься. Гладкая кожа, упругие груди, тонкая талия, всё так, как нравится ему.

А самое приятное для Евгения Ивановича в этом процессе то, что они его боятся.

 

Боятся, умоляют не трогать и плачут. Некоторые даже пытаются отбиваться, таких приходится усмирять кулаками. Но это редко, он же не зверь какой нибудь, всего-то несколько раз зубы выбивал и нос ломал. А ещё он берет безделушку на память, колечко копеечное с пальчика, заколку с волос. Не драгоценности , упаси боже, он не грабитель, не вор, чтобы срывать золотые сережки с ушей.

Он обязательно спрашивает имя у глупышек, а потом пишет на бумаге формат А4, имя, дату и место, где любил этих нимф.

В бумагу он заворачивает трофей и аккуратно складывает под коврик в багажнике, это же его секретик, как в детстве. Иногда он достает свои богатства, и рассматривает, вспоминая полные ужаса глаза Оль, Ларис и Тань.

Он не маньяк, не извращенец, а всего-навсего мужчина, которому отчаянно не хватает женской любви.

Обычной любви и ласки, и женского тела, от которой кружится голова.

Всё это у него когда-то было, были радость и желание рядом с любимой, но всё съел проклятый быт. Тот самый, который жрет и не давится, глотает не жуя, семейное счастье миллионов.

Жена, у которой светились глаза и взволнованно вздымалась грудь, когда он приходил с работы, теперь его и за мужчину не считает. Он кошелёк на ножках, приходящий домой с зарплатой. Деньги Светочке на куртку, Диме на учебу, на еду, на квартплату, на бензин. Деньги, деньги, деньги… Ничего общего между ними не осталось, только шелест бумажных купюр, без которых нельзя прожить.

За 20 лет совместной жизни они стали друг для друга, чем-то вроде удобной вещи. Шкаф, стол, кровать, квадратный палас в зале, овальный на кухне, муж на диване, телевизор.

Он был вписан в список бытовых удобств, где-то в самом конце, после микроволновки и миксера.

Жена не вызывала у него желания, и ничего удивительного в этом не было. Как может стать объектом вожделения, уборочно-готовочный агрегат, вечно громыхающий посудой. Ему бы женщину, которая смотрела на него, как на бесстрашного воина, и немного побаивалась своего рыцаря в джинсовых латах.

Но к сожалению, это он боялся супруги, ее большого тела, обтянутого жуткими платьями, хриплого голоса и пустых глаз.

Где-то внутри этого чудовища, спряталась та стройная, розовощекая девушка, которую он когда-то любил.

 

И он знал, что монстр в тускло-коричневом платье, вызывающем отвращение, никогда не выпустит ту, с которой был счастлив.

Евгений притормозил возле пошатывающейся блондинки и опустив стекло позвал, стараясь, чтобы голос звучал мягче.

— Эй, красавица, ты чего так поздно ходишь одна? Это опасно, садись, подвезу, куда нужно.

Девушка не оборачиваясь махнула рукой, мол, проезжай дядя, без тебя дойду.

— Зря ты так — Евгений Иванович придал голосу ещё больше доброты и сердечности.

— Садись, не бойся.

Девушка нерешительно потопталась на месте, в салоне было темно, и она не видела лица водителя.

Поняв ее страх, Евгений Иванович включил свет в салоне, и добродушно произнес:

— У меня дочь твоего возраста, вот и переживаю за вас, глупышек.

Девушка осторожно подошла к машине, высокие каблуки цокали по асфальту как маленькие копытца.

— Садись быстрее, коза драная!Захотелось выкрикнуть Евгению, но он до боли прикусил кончик языка.

Он скажет это потом, когда она окажется в его власти, и ещё много других слов, которые возбуждают.

— Садись, не бойся — мужчина с трудом сдерживал себя, слишком долго приходится уговаривать, это злило всегда.

Девушка села в машину, поправила свое платье в блестках, оголив круглые, аппетитные коленки.

А Евгений Иванович щёлкнул кнопкой блокировки, и от щелчка, такого родимого и сладкого, заныл низ живота.

Обычно услышав этот звук, девчонки начинали паниковать, а эта сидела как деревянная, уставившись в переднее стекло.

 

— Ты не бойся — голос предательски задрожал, но это теперь можно себе позволить, птичка же в клетке.

— Я не боюсь — ответила спокойно жертва, и Евгений сразу понял, что налаженная система дала сбой.

Что-то в голосе девушки его встревожило, в висках застучал набат, и он за плечо, резко повернул ее к себе.

Нехорошо ухмыляясь, на пассажирском сиденье развалилась женщина лет под пятьдесят. Она было очень красивой, но старой для него, с неприятными морщинками возле губ и глаз.

И у неё было очень сосредоточенное, серьезное лицо, холодные как лёд, синие глаза.

— Поехали, что ли — ухмыльнулась блондинка и хлопнула левой рукой, опешившего водителя по колену. А в правой руке у наглой пассажирки блеснул широкий нож.

— Женщина, вы чего?

— Ничего, Евгеша.

Откуда она знает его имя, кто она такая?

— Выйдите из машины!

Он говорил стараясь чтобы голос не дрожал, жёстким, командирским тоном.

— Ты уверен?

— Выходите!

— Ты возишь только молодых и беззащитных? Я слишком стара для тебя? Хорошо, тогда разблокируй двери, я выйду.

Господи, что ей нужно, спаси и сохрани, не оставь малых деток без отца! Пусть уходит быстрее!

— Сейчас — трясущимися руками он разблокировал дверь, и в тот же момент почувствовал как в спину дунул ночной холодок.

Сильные руки схватили за воротник и выволокли на улицу, он ощутил удар по голове.

Бам! А может Бом!? Было похоже на удар колокольного языка, тяжёлого и твердого. В ушах лопнул огромный, воздушный шар, оглушил и придавил Евгения ударной волной.

 

Он очнулся на заднем сидении своей машины, со связанными руками и ногами, с кляпом во рту.

Водитель с широкими плечами и бритым затылком уверенно вел машину по лесной, ухабистой дороге. Она, дорога эта была узкой, и кусты царапали тонкими пальцами-ветками боковые стекла.

— Краску попортят — мысль о царапинах пришла первой, а за ним приполз липкий, тягучий страх.

Что с ним собираются делать эти люди, вернее нелюди, разве можно называть их по-другому.

Напали вдвоем на беззащитного человека, избили, связали и похитили.

Что им нужно от него, деньги, автомобиль или …

Или было страшнее всего, неужели это из-за тех девок, которых он подвозил? Может кто-то из близких этих шалав вычислил его? Но он был так осторожен, усы приклеивал и очки эти дурацкие с простыми стеклами носил. Номер машины замазывал, девок всегда затаскивал в лес и там оставлял в темноте, чтобы не могли проследить за ним.

Неужели прокололся?

Двое молча вытащили напуганного до полусмерти Евгения на поляну, и примотали к дереву скотчем.

А потом мужчина, который одел на лицо маску как у грабителей в кино, выдернул кляп, чуть не вытащив зубы несчастному.

— Ну что, сволочь, давай рассказывай о своих подвигах.

— Вы кто — просипел Евгений, с трудом ворочая языком, губы распухли, болела челюсть.

— Какая тебе разница! Жить хочешь?

— Да…

— Когда я включу запись на твоём телефоне, рассказывай о своих пакостях. Понял?

Для придания ясности ума и красноречия, большой кулак прилетел в левое ухо, и голова привязанного чуть не оторвалась от туловища.

— Учти, мы следим за тобой давно, и знаем обо всём. Если что утаишь, будет плохо.

Острый нож прорезал ткань на груди и коснулся холодным кончиком кожи.

— Не надо, я всё расскажу, пожалуйста, не убивайте меня!

 

Злодеи переглянулись, у блондинки дрогнули губы и сложились в некрасивый оскал, словно у бешеной собаки.

Евгений Иванович рассказывал долго, он перечислял даты, называл имена. Под влиянием огромного кулака возле носа, он вспомнил и о тех трофеях, что прятал в багажнике под ковриком.

— А теперь я наберу 02, и ты скажешь, что маньяк и насильник которого ищет полиция, привязан к дереву на поляне. Чтобы найти, нужно свернуть с трассы на третьем километре после заправки, возле двух больших сосен. Два километра по лесной дороге, пока не упрутся в поваленное дерево. Слева за кустами поляна, там и найдут того, кто два года держит в страхе город. Признание насильника записано в телефоне, который лежит на пне рядом. Попроси их приехать побыстрее, пока тебя не сожрали комары.

Дежурный не сразу понял о чем речь, и теряющему сознание от страха Евгению, пришлось повторить ещё раз те слова, что ему кулаком вбил в память, изверг в маске.

Когда заспанный дежурный наконец врубился, в чём дело, и кинулся вызванивать подмогу, злодеи снова залепили несчастному рот.

— Нас ты не видел, ни лица, ни голоса не запомнил! Если ляпнешь хоть одно лишнее слово, тебе не жить!

Нож воткнулся под ребро, Евгений вздрогнул и замотал головой, обещая молчать всю жизнь.

Проверив надёжно ли тот привязан к дереву, они нырнули в чащу леса, в последний раз угостив тумаком свою жертву.

Тайными тропами, в которых мужчина ориентировался великолепно даже в темноте, они спустились к реке. Там, под кустом их ждала деревянная лодка с веслами, привязанная к колышку.

Двое молча плыли по реке, судёнышко несло течением, мужчина изредка поправлял ход веслом, чтобы не прибило к берегу .

Сняв с себя одежду и обувь, парик и перчатки, криминальная парочка переоделась в заранее приготовленные вещи, что лежали в сумке на дне лодки.

Они делали всё быстро, не глядя по сторонам, и не замечая наготу друг друга.

Вдруг женщина, закрыла лицо руками и глухо завыла, покачиваясь всем телом.

Мужчина молчал, он не утешал ее, не обнимал, молча смотрел на ее вздрагивающее тело.

 

Так же резко, как зарыдала, она замолкла и выпрямилась, нагнувшись зачерпнула воды и плеснула себе в лицо.

— Леночка, ты молодец, ты смогла, не плачь моя хорошая. Я прослежу, чтобы этот гад был наказан, я тебе обещаю.

— Как думаешь, нас не найдут?

— Нас не будут искать!

— Но почему тогда всё это — она показала на одежду, сваленную в кучу и на лодку.

— Так нужно!

— Тебе лучше знать.

— На всякий случай, вдруг что-то пойдет не по плану.

— Спасибо тебе и прости меня — женщина взяла руку мужчины и поцеловала пальцы, испачканные засохшей кровью Евгения.

— И ты прости — он обнял ее и погладил по спине — не думал я, что через пятнадцать лет после развода, нас объединит ненависть.

— За последние несколько месяцев я узнала тебя лучше, чем за двадцать лет — и голос ее задрожал — Ветров, ты настоящий мужчина, я бы пошла с тобой в разведку!

— И ты — он засмеялся — и ты настоящий мужчина! С которым можно пойти в разведку! И очень красивая женщина! Насте повезло, что у нее такая замечательная мать!

Услышав имя дочери, женщина вскинулась и снова взвыла утробным голосом. Выбросив в ночную тьму боль и отчаяние за несколько коротких выкриков, она замолкла.

— Не плачь — мужчина сам еле сдерживал слезы, — она сможет пережить это, теперь всё будет хорошо. Она сильная, такая же как ты.

Лодку несло по течению к мосту, откуда всё начиналось, и где остался автомобиль мужчины.

А на поляне комары с упоением пили кровь привязанного к дереву Евгения. Они пищали радостно, впиваясь в оголённые участки тела и наслаждались ночным пиром под луной.

Он уже не сопротивлялся, не пытался отпугнуть их движением, лишь смотрел отекшими от укусов щелочками глаз в небо, и молился.

Есть бог, и он не бросит, поможет выдержать все страшные испытания, что выпали на его долю.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.82MB | MySQL:70 | 0,519sec