А куда им деваться?

– Нет, это невозможно! Это уже просто невозможно! – причитала Людмила, шагая из кухни в свою комнату.

– Что на этот раз? – вздохнул её муж, разбирая большие настенные часы, которые взялся починить.

– Теперь у неё, видите ли, голова 6олит от телевизора. И еда моя не нравится – то жирно, то сухо, то ещё что-то. Я вообще готовить перестану, вот тогда по-другому заговорит.

 

Переполненная гнeвoм и o6идой, женщина собрала посуду и отправилась обратно. На их старенькой кухне она застала Любу, сестру своего мужа, бездетную и незамужнюю женщину сорока лет, которая почему-то считала всех себе обязанными.

– В чужие кастрюли когда лезть перестанешь? – спросила Людмила ядовитым тоном и небрежно бросила тарелки в раковину.

Люба хмыкнула, забрала еду и ушла в свою комнату. В этот момент на кухню зашёл Саша, высокий худой парень, с копной непослушных волос.

– Мам, поесть что-нибудь готовила? – спросил он, взял со стола сушку и с хрустом откусил.

– Ты ещё тут, – проворчала женщина. – Готовьте сами, я с сегодняшнего дня ничего делать не буду.

– Понятно, – улыбнулся Саша и пошёл к себе. Он уже давно привык к постоянным ссорам в семье, так что про запас держал пару пакетиков макарон быстрого приготовления.

– Ну конечно, ест всякую дрянь, – проворчала Людмила, бесцеремонно зайдя в комнату сына. Парень в это время сидел на компьютерном кресле, закинув ноги на стол и поставив тарелку с макаронами на живот.

– Ты же сама сказала «готовьте сами», я и приготовил.

– А заглянуть в кастрюлю не судьба? Для кого готовлю? Любка только всё и тащит. Да бабка твоя, и то постоянно недовольная. Сегодня знаешь, что учудила?

– Мам, всё нормально, я сыт, – отмахнулся Саша, надел наушники и подсел ближе к монитору.

– Ну да, вам всегда некогда.

С этими словами Людмила вышла, громко закрыв за собой дверь, из-за чего с той посыпалась краска.

Поздним вечером в квартиру вернулась Оля. Она тихонько сняла ботинки и на цыпочках, чтобы не привлекать внимание, прошла по коридору, прислушиваясь возле каждой двери.

Из первой комнаты донеслись голоса дедушки и бабушки.

– Переключи, это мне уже надоело, – попросила Нина Ивановна.

– Что включить то? Вот, фильм какой-то идёт, – пробормотал Фёдор Алексеевич.

За второй дверью послышалась классическая музыка. «Тётя Люба, как всегда, думает о высоком», – улыбнувшись, подумала девушка.

– Выбросить их уже пора, сто лет ведь, не меньше, – вздохнула в следующей комнате мама.

– Да нет, – не согласился папа. – Такие и двести лет могут работать.

Брат допоздна играл, так что его обычно было не видно и не слышно.

В комнатке Оли всегда всё лежало на своих местах. Книги, косметика, пара памятных игрушек, цветок в горшке, подаренный учениками на день рождения в прошлом году. Девушка работала учителем русского языка и литературы, а ещё была классным руководителем 9А, с которым и ездила в этот вечер на экскурсию.

Всем им предстояло пережить выходные. Действительно пережить, потому что два дня в одной квартире – слишком большой срок для этой семьи.

В субботу с самого утра Людмила загремела ложками на кухне. В остальной части жилья царило напряжённое молчание. Затем женщина взялась за уборку, вздыхая и охая возле каждой двери, давая понять, что ей нужна помощь, но все усердно продолжали её игнорировать.

Первым не выдержал Сашка – он направился в ванную, перепрыгивая с места на место.

– О, проснулся один, – недовольно посмотрела ему вслед мать.

– Мам, тебе помочь? – спросила Оля, выглянув в коридор.

 

– Нет, Оленька, отдыхай, отдыхай. Я и сама управлюсь, – грустно улыбнулась Людмила.

– Может, тогда мне обедом заняться? – предложила девушка.

– Да ну, что ты, – отмахнулась женщина. – Я сейчас всё быстренько сделаю. А ты лучше поспи ещё, всю неделю не высыпаешься.

Оля уже пыталась браться за дела, на которые жаловалась мама, но всё заканчивалось тем же недовольством, так что свои попытки она забросила.

Нине Ивановне было тяжело ходить, так что обедали они с мужем у себя. Люда приносила им еду, раскладывала на столе и отправлялась по своим делам.

– Пора уже скатёрку то сменить, – заметила старушка. Она не терпела пятен и любила всё идеально белое.

– Сменю, – выдавила из себя Людмила, а выйдя за дверь, добавила так, чтобы всем было слышно. – Скатёрки смени, еду принеси, окна помой. Служанка я вам тут?

Высказать своё негодование напрямую она почему-то не могла. Может быть, потому что чувствовала себя им обязанной – ведь все они расположились на жилплощади Фёдора Алексеевича, который в своё время получил бывшую коммунальную квартиру в собственность.

Пока родители Сергея ели суп в своей комнате и смотрели передачу о животных, за кухонным столом собралось остальное семейство.

– Устала. Хоть бы раз отдохнуть нормально от работы, – по привычке вздохнула Людмила.

– Так сходи куда-нибудь, мам, – посоветовала Оля. – Или возьми отпуск и съезди на недельку к тёте Кате. Там у них озеро, искупаешься, позагораешь.

– Да куда уж мне. Кто вас тут покормит без меня? Да и Нине Ивановне уход требуется.

– Что-что, а уж приготовить то что-нибудь сможем, – поддержал дочь Сергей. – Да и за мамой присмотрим.

– Ой, ладно, – отмахнулась Людмила. – Потом, на пенсии отдохну.

В этот момент в проёме показалась Люба, одетая в салатового цвета халат и розовые тапки. В руках она держала грязную тарелку и кружку. Женщина поставила их в раковину, взяла чистую посуду, положила в неё еду, налила чай и ушла.

– Вот, – кивнула в её сторону Люда. – Ест, спит, музицирует и больше ничего не делает. Честное слово, я скоро кухню на замок закрывать буду, а дверную ручку дёгтем намажу.

– Да ладно, пусть ест, жалко тебе что ли? – усмехнулся Сергей.

– Жалко не жалко, а кормить эту дармоедку больше не стану, – твёрдо заявила женщина. – Сорок лет в обед, пусть сама готовит и за собой убирает. Чай не ребёнок уже.

Вечером после дающей надежду тишины в квартире раздался вопль, послышались быстрые шаги, и включилась вода в ванной. Через минуту оттуда Люба бегом направилась к комнате снохи, потирая правую руку и переминаясь с ноги на ногу.

– Что это такое? – глухо спросила она, когда Людмила появилась в дверях с довольным видом.

– Получила? – спросила она. – Я тебя предупреждала.

Все обитатели квартиры выглянули из-за дверей и наблюдали за происходящим.

– Какой дрянью ты её намазала? – разозлилась пострадавшая. Гнев её правда нисколько не напугал того, на кого был направлен.

– Красным перцем, – объяснила Людмила. – Ну, не куксись, не прикидывайся, там немного было. Но в следующий раз будет больше, так и знай.

– Мам, зачем ты это сделала? – расстроенно спросила Оля.

– Мам, а если б это папа был или бабушка? – с иронией спросил Саша. Его эти семейные драмы не слишком задевали.

 

– Нет, у нас только Любка ходит опустошать холодильник посреди дня и ночи, – наставительно проговорила женщина. – Ну теперь будет знать.

– Мам? – посмотрела на Нину Ивановну Люба, как бы ожидая защиты.

– Что попало, что попало, – пробормотала старушка и ушла к себе. Фёдор Алексеевич последовал за ней. Перед тем, как дверь захлопнулась, из неё долетели слова. – Что там у нас по программе сегодня?

– Какая-то викторина, что ли, – ответил дедушка и закрылся.

Сергей быстренько собрался и ушёл на дежурство. Он работал ночным сторожем и очень любил свою работу, потому что в сторожке мог спокойно читать книги, смотреть фильмы, и никакие претензии не поступали в его адрес целые сутки.

После напряжённого ужина все разошлись, надеясь заняться своими делами. Оля собиралась на свидание, Сашка обсуждал с другом новую игру, дедушка с бабушкой дремали. Только двум женщинам было не до полезных и приятных дел.

Людмила, не находя себе места, решила перебрать овощи на балконе. Она оделась, шагнула через порог и оказалась в луже киселя, который сама же и варила.

– Любка! – заверещала она.

Разозлившись, женщина сбегала на кухню, принесла оттуда стакан загустевшего киселя, открыла дверь Любы своим ключом, радуясь, что в своё время прибрала себе по одному экземпляру от всех замков, и вылила напиток на голову золовки.

– Что вы такое делаете? – теперь уже разозлилась Оля, до этого пребывавшая в хорошем настроении. – Как мне всё это надоело.

Девушка вернулась к себе и начала собирать чемодан. Одежду, обувь, книги – она запихивала туда всё без разбора.

– Оля, куда ты? – Людмила заглянула в комнату с озадаченным видом.

– Ухожу, – отрезала девушка, продолжая засовывать в чемодан всё подряд.

– Куда? Зачем? – расстроилась мать.

– Куда угодно. У меня уже нет никаких сил это наблюдать. Хотите ругаться – пожалуйста. Только здесь ноги моей больше не будет.

– Оль, ну правда, не уходи, – подключилась Люба. На голове у неё был сооружён тюрбан из полотенца.

– Вы чего тут? – протиснулся Саша, только что тоже угодивший в лужу из киселя на полу.

– Вот, Оля от нас уходит, – сообщила ему Людмила.

– Ну это и неудивительно, – усмехнулся парень, снимая носки. – Ваши разборки похлеще, чем в бабушкиных сериалах.

– Да ну тебя, – обиделась женщина. – Лучше б с сестрой поговорил. Оля, мы тебе мешаем заниматься? Ну всё, будет тихо, никто сегодня и слова не скажет.

– Внучка, ты это чего? – подключился Фёдор Алексеевич. – Хочешь, комнатами поменяемся? Нам куда такую большую с Ниной, всё равно только спим да телевизор смотрим.

Это наивное, но искреннее предположение, что она уходит из-за нехватки места, заставило Олю остановиться и остыть.

– Спасибо, дедушка, – улыбнулась она. – Я останусь только если мама и тётя Люба прямо сейчас объявят мировую. Мама перестанет брать на себя всю работу по дому и будет делить её с нами, а тётя Люба пообещает быть самостоятельнее, по очереди готовить и мыть за собой посуду. И да, никакого больше вредительства вроде перца и киселя.

Скрепя сердце женщины согласились на уступки. Все они любили Олю за её лёгкость и простоту, за то, что поддерживала в их семье добрые отношения, поэтому её отъезд расстроил бы всех без исключения, даже брата, который свои чувства никогда не проявлял.

 

Вернувшись с работы, Сергей застал семью за общим столом и очень удивился.

– Мам, пап, и вы тут? – спросил он, усаживаясь рядом с родителями.

– Да, надоело одним сидеть, – ответила Нина Ивановна.

Ещё большее удивление ждало мужчину после ужина. Почти весь вечер молчавшая Люба вдруг вызвалась вымыть посуду и, что не менее удивительно, Людмила просто согласилась, не отпустив в ответ какое-нибудь язвительное замечание.

– Сань, я точно попал домой? – спросил Сергей сына, когда они по поручению жены и мамы отправились за покупками.

– Сам в шоке, пап, – ответил парень, смеясь. – Это всё Оля их перевоспитала. Надеюсь, что так теперь будет всегда.

– И я надеюсь.

Сергей и Саша зашагали в сторону супермаркета, а Людмила в это время, удивляясь и борясь с самой собой, прилегла, накрылась пледом и взяла в руки женский журнал с советами по домоводству, кулинарными рецептами и новостями из мира звёзд. Кажется, ей ещё предстояло научиться отдыхать, но она была на верном пути.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.9MB | MySQL:68 | 0,411sec