А зачем ты жене признался?

Зинаида Дмитриевна злилась на сына. Прошло всего 7 лет, как тот женился на богатенькой девушке из города. Уже и двое внуков родились. Невестка у нее была что надо. Ее уважала, подарки возила, сына материально поддерживала. А недавно обещала купить ей путевку в санаторий. А тут недавно позвонила вся в слезах.

– Вы понимаете, Илюша мне изменяет! — рыдала невестка в трубку, — не могу в это поверить, но я буду, наверное, разводиться с ним.

 

– Да что ты, Анечка, я сына хорошо знаю, не мог он. Он же тебя сильно любит, всегда мне это говорил. И деток любит. Это все наговор, доченька. Мало ли что люди болтают, а ты не верь. Слушай мужа своего.

– Да как же не верить, Зинаида Дмитриевна, если своими глазами СМС на его телефоне видела «Зайчик, как доехал до дома? Твоя киска соскучилась» — продолжала всхлипывать невестка.

– Подумаешь, СМС, мало ли кто-то пишет? Может, завидуют тебе, поэтому семью разрушить хотят, — свекровь говорила уверенным голосом, которому хотелось верить, — мне вон тоже на телефон всякую ерунду шлют, то кредиты предлагают, то ссылки присылают какие-то. Не плач, дочка, не плач. В семьях все бывает. Никого не слушай, верь своему мужу.

Аня не знала, что ответить, и как жить дальше, она тоже не знала. Муж, конечно, все отрицал, и, хлопая глазами, делал удивленное лицо. А потом попросту поставил блокировку на свой телефон, чтобы «Аня не думала ерунды про него».

На следующий день Аня созрела. Для окончательного решения ей не хватало всего чуть-чуть. Стопроцентных фактов. Она пошла в салон связи и попросила сделать распечатку звонков с номера мужа. К счастью, сим-карта была зарегистрирована на нее.

Один из номеров чаще всего фигурировал в исходящих и входящих, и это бы не ее номер.

Аня решилась и набрала номер телефона. Как и предполагалось, трубку взяла женщина.

– Здравствуйте, это жена Ильи, — заявила с ходу Аня.

В трубке повисло молчание.

– Какая жена? – раздался женский голос с хрипотцой.

– Обычная. Законная. А еще у нас двое детей.

Зачем Аня рассказывала все это незнакомой женщине, она не знала. Где-то в глубине души, возможно, надеялась, на женскую солидарность. Или быть может сочувствие.

Снова повисла тишина.

– Откуда у вас мой номер? – голос звучал без возмущения. Скорее, с сожалением.

– Это неважно, — Аня сглотнула ком в горле.

– И что вы хотите? – в трубке раздался шумный вздох.

– Я не знаю, — Аня и правда не знала, — наверно, просто хочу убедиться, что муж мне изменяет, — слезы выступили у Ани на глазах.

– Убедились? – спокойно спросил голос.

– Нет. Скажите, что Илья с вами спит, и я уйду.

– Я люблю вашего мужа, — слова обожгли Аню, и слезы хлынули прямо на улице у всех на виду. Она зажала рот ладонью, чтобы не завыть.

Люди оглядывались на женщину с коляской, которая выглядела совершенно бледной и несчастной.

– Вы понимаете, что у нас маленькие дети? – зачем-то выдавила из себя Аня, хотя понимала, что это ничего уже не изменит.

– Мне все равно. Я его люблю. Если хотите знать, он не говорил мне, что женат, но это не имеет значения. Даже если вы не разведетесь, я все – равно буду с ним встречаться.

Аня не выдержала и повесила трубку. Собственно разговаривать больше было не о чем. Шагов для отступления не было. Оставалось перейти от слов к делу и пода́ть на развод.

Первые два дня после разговора с его любовницей Аня обдумывала свое решение. Пода́ть на развод, и отпустить мужа на все четыре стороны было слишком просто.

Аня жаждала мести.

 

С мужем она почти не разговаривала, чтобы не нервничать, ведь она кормила ребенка грудью и боялась, что от таких переживаний пропадет молоко. Для себя же она решила, что пока не придумает, как отомстить, разговора не будет.

Однако случилось неожиданное.

Однажды вечером муж бухнулся перед ней на колени.

– Дорогая моя, я такой идиот, ты не представляешь. Не знаю, сможешь ли ты меня простить, я себя точно не прощу. Я не могу больше молчать, потому что мне стыдно перед тобой и детьми. Каюсь, я тебе изменил. Но это ничего не значит. Я люблю только тебя, и больше никого.

Аня не ожидала такого поворота, поэтому растерялась. Отцепив его руки от своих коленей, она обрадовалась, что дочка в комнате закричала, и ни сказав ни слова, метнулась к ней.

Муж остался на кухне в растерянности. Он ожидал скандала, слез, чего угодно, но не такой реакции.

Илья подошел к двери и заглянул в комнату. Аня кормила малышку грудью.

– Потом поговорим, — глядя стеклянными глазами в отражение в серванте, тихо сказала она в пустоту.

Муж кивнул, и вскоре хлопнула входная дверь в квартире.

– А зачем ты жене признался в измене, глупый совсем? Гулял бы потихоньку, да и жил за бы за ее счет, — кричала на сына свекровь в телефонную трубку.

– Мам, да она с Ольгой по телефону разговаривала, она и так все знала. Смысл отпираться? – оправдывался сын. – Рано или поздно всё равно бы подняла тему. А так молчит, значит, что-то задумала. – задумчиво произнес Илья, провожая взглядом ягодицы, обтянутые короткой кожаной юбкой незнакомки.

– Ох, — охнула свекровь в телефоне, — не простит ведь теперь. Вдруг и правда разведется? Все равно ты глупо поступил. Надо было отпираться до последнего. Не пойман – не вор. А теперь на алименты подаст, и на всю жизнь тебе кабала. У тебя и баб то таких, как Анька, никогда не было. Все голодранки попадались, а эта с хорошей работой, квартирой, с богатыми родителями. Эх-х-х, упустишь ты свое счастье, — снова вздохнула женщина.

Сын молчал в душе́ постепенно соглашаясь с матерью.

– А эта Ольга-то что за птица? – вдруг оживилась мать.

– Да ничего такая, образованная тоже. Моя ровесница 40 лет. Хорошая тетка.

– А квартира у ней есть? Выгонит тебя Анька, куда жить пойдешь? Ко мне в деревню приедешь? – выспрашивала она.

– Есть трешка у нее, — закивал сын.

– Вот и женись на ней, — резюмировала мать, — нечего по съёмным квартирам скитаться.

– Да я еще и не разводился, мам, может, обойдется, — заулыбался сын.

– Ох, не знаю, Анька — девка слишком правильная. Вряд ли простит. Кстати, теперь ты мне путевку в санаторий должен. От невестки теперь вряд ли чего перепадет, — усмехнулась Зинаида Дмитриевна.

– Ну мам, как только будут деньги, так и куплю, — заржал Илья в трубку.

Тем временем Аня продумывала план мести. На ум приходило только одно. Когда-то отец Ани помог ее мужу устроиться на хорошую работу к его другу, нужно было попросить отца, чтобы посодействовал в увольнении. Это первое.

А второе…

Второе казалось ей сначала совсем нереальным, но очень желанным. Поэтому начать она решила именно с него.

 

Так как проблем у Ани с деньгами не было, она наняла детектива, чтобы выяснить адрес любовницы мужа. Через двое суток адрес пришел ей в СМС. Теперь оставалось только действовать по плану и ждать.

Разговора с мужем она все дни эти избегала, однако сегодня можно было и поговорить.

– Илья, я подумала над твоими словами, и решила, что каждый человек имеет право на ошибку. Тем более, детям нужен отец, — выдавила Аня улыбку.

Илья кинулся на колени перед женой, пафосно разыгрывая слезы раскаяния.

– Анечка, я так рад, что ты меня поняла. Я всегда знал, что ты у меня мудрая женщина, — лепетал он, как показывают в романтических фильмах.

Аня отвернулась поморщившись. Запах, голос, лицо это мужчины были ей противны. Как же она могла так ошибиться несколько лет назад?

Ане всегда не везло с мужчинами. Влюблялась не в сильных, уверенных, обеспеченных, а в слабых. В тех, кто сам нуждался в поддержке.
Ее поддержке. Так она и вышла за Илью.

Расписались ровно через неделю после того, как она помогла ему рассчитаться с крупным долгом, из-за которого его преследовали коллекторы.

Родители ее были против, но когда она сообщила о беременности – смирились. Чего уж теперь. Какой бы ни был зять, а все равно отец ребенка.

После разговора предполагалась сцена примирения, как это обычно бывает, в постели. Чтобы не сорваться, Аня быстро собрала вещи и сказала, что переночует сегодня с детьми у родителей.

Илья удивился и хотел возразить, но подумал, что Аня еще не до конца его простила, поэтому сбега́ет из дома. Поэтому он не стал ее удерживать, тем более что отметить их примирение можно было и с Ольгой.

У родителей Аня не выдержала и рассказала отцу обо всем. Пыталась сначала молчать, но у нее на лице было написано, что она переживает кошмар.

– Пап, после всего, что я для него сделала, он взял и просто вытер об меня ноги, понимаешь? Никакой благодарности…Преданности… ничего.

Отец встал, взял телефон в руки, задумался.

– Я прибью его, — пробурчал себе под нос.

– Нет, пап, не надо, — замотала головой Аня, — это слишком просто. И это не выход. Я отомщу сама. Только поддержи меня, когда попрошу.

Отец понимающе взглянул на несчастную дочь и внучку, морщившую личико у нее на руках.

– Я всегда на твоей стороне, дочь, — вытер ей слезы отец, и Аня по-детски прижалась к его большой ладони щекой.

Через два дня Аня вернулась домой отдохнувшая и почти спокойная. Все детали плана были продуманы при поддержке отца.

– Илья, — с порога заявила женщина, — через час нам надо быть у нотариуса, отец уже договорился о времени приема.

– А зачем? — опешил муж, откусывая яблоко.

– Там что-то насчет твоей зарплаты, — соврала Аня, — твой шеф хочет тебе ее повысить, но у него нет для этого оснований. Другие акционеры будут против. Их юрист сказал, что если у тебя будет алиментное соглашение на детей, на 150 000 в месяц, то на основании этого тебе поднимут зарплату.

– Чего? Какой нотариус? – промычал муж.

Аня знала, что муж совершенно не разбирается в таких вопросах, поэтому врала без зазрения совести.

 

– Слушай одевайся быстрее, или ты хочешь расстроить моего отца? Он же с нотариусом договаривался, чтобы без очереди приняли, — Аня сделала недовольное лицо.

Муж решил не нарываться на ссору с отцом, и вскоре они оказались у нотариуса. Через 30 минут алиментное соглашение лежало в прозрачном файлике, свернутое в трубочку в Аниной руке.

– Вот и хорошо, — не глядя на мужа, подытожила Аня, — сегодня я снова у родителей, детям там нравится, — не дав сказать Илье ни слова, попрощалась она.

Илья задумался. Что-то с ней было не так. Он никогда не понимал Аню до конца, но сейчас совершенно запутался. На всякий случай позвонил матери, чтобы рассказать про нотариуса.

– Какие алименты, если вы женаты? – удивилась она, — а когда услышала сумму в 150 000, сразу прихватило сердце, — ой, сынок худое чувствую, — причитала она в трубку. Что-то Анька твоя задумала, ей-богу. Больше ничего нигде не подписывай! – растерянно пробормотала она в трубку.

Илья пошел пешком, хотелось немного прогуляться, и заодно решить: ехать вечером к Ольге или ночевать дома. Раньше бы такой вопрос вообще не возник, но теперь он опасался. Сам не зная чего.

И правильно делал.

Дома Илья открыл бутылку с пивом и обомлел, увидев СМС от шефа. В нем сообщалось, что он уволен и с завтрашнего может не появляться на работе. От неожиданности Илья залпом выпил бутылку темного и с круглыми глазами застыл на табуретке.

Как уволен? Почему?!

Через две минуты до него дошло, что это просто розыгрыш. Видимо, шеф решил пошутить так перед тем, как поднять зарплату. От этой мысли стало веселее, но ненадолго. Он улыбнулся догадке и отправил шефу СМС «Спасибо, было смешно». Шеф ничего не ответил.

Чувствуя напряжение во всем теле, Илья решил сходить к Ольге. Прихватив в магазине бутылочку дорого вина, через тридцать минут он оказался у двери любовницы. Та почему-то была открыта.

Из квартиры раздавался мужской голос и пахло пиццей.

«Любовник что ли?»— возмутился Илья, чуть не выронив бутылку с вином.

– Оля, я не виноват, прости меня, черт попутал. Но дело серьезное. Анализ на ВИЧ положительный, если бы я знал, то вчера не пришел бы к тебе… — мужчина говорил очень убедительно.

Оля смотрела на него круглыми непонимающими глазами, и думала, что этот разносчик пиццы, попросивший у нее стакан воды, совсем ненормальный.

Из коридора раздался кашель.

На кухню зашел Илья, белый как стена.

– Вчера? Вич? – его слова опережали мысли.

Ольга замотала головой.

– Я не знаю этого человека, сумасшедший какой-то…Он пиццу от тебя принес, и я открыла дверь…— начала оправдываться женщина.

– Оля, так ты еще и с ним?! – в глазах усатого мужика застыл ужас. – Значит, у него тоже ВИЧ?!

Илья смотрел на Ольгу и не знал, как реагировать. Хотелось придушить эту изменщицу, благодаря которой он мог подцепить неизлечимое заболевание.

– Илья, выгони его, я не понимаю, что происходит? – Ольга стояла, вжавшись в стену.

– Хотя нет, ты могла и не подцепить, я слышал, что такое бывает…

– Какой ВИЧ, что вы несете?! Я вас не знаю! Илья, скажи ему! – взвыла Ольга.

 

– Ах так? Значит, не знаешь? – усатый мужик достал телефон из кармана и поднес к носу Ильи. – Вот видишь номер? Ты свидетель, эта женщина умерла для меня! – мужик на глазах Ильи отправил ее номер в черный список. – Счастливо оставаться! – махнул он рукой и направился к двери, — а долг ты мне всё равно отдашь, или квартиру заберу, три миллиона на дороге не валяются, по судам затаскаю… — мужик вышел из квартиры и хлопнул дверью.

– Какой долг? Какой ВИЧ? Я ничего не понимаю…— сползала Ольга по стене.

Илья сглотнул. Долг, ВИЧ, любовник, квартира. Нет, сейчас он совершенно точно не хотел эту женщину. Как он мог связаться с такой изменщицей, да еще и с долгами? Вот аферистка!

Скорей домой, к своей верной Анюте, — била барабанная дробь у него в голове.

– Илья, куда ты? – рыдала Ольга навзрыд от обиды.

– В кожвендиспансер, — кинул у порога Илья и выскочил в подъезд, вспоминая, часто ли бывает, что болезнь не всегда передаётся от партнера к партнеру.

Сделав срочный анализ, он выдохнул: «Пронесло…» Осталось помириться с Аней, и все будет по – прежнему.

В телефоне брякнуло СМС :«Это не шутка, кретин» — пришло от шефа.

Илья поднес телефон ближе к глазам. Нет, зрение не обманывало.

– Ладно, потом разберусь, надо с Анькой поговорить, и все решится, — бубнил он про себя, направляясь к дому. Нервы были на пределе.

Открыть дверь своим ключом не удалось.

Ни с первого раза. Ни со второго. Ни с третьего.

– Да что, черт возьми, происходит? – швырнул он в кусты телефон, когда не смог дозвониться ни до жены, ни до тестя, — они все издеваются что ли?

Из кустов зазвонило. Он сунул руку и попал в крапиву. Увидев номер звонившего чуть не выкинул телефон обратно.

Это была мама.

– Да, мам! — заорал он на нее так, что она чуть не упала от неожиданности, — я занят!

– Ой, Илюша…, а что это твои вещи ко мне привезли, пакеты раскидали в огороде мужики какие-то, ты что переезжаешь ко мне? – голос старушки звучал напуганным.

Илья застыл с трубкой в руках.

Рядом голубь ворковал рядом с голубкой, а та постоянно отбегала от него. Из соседней квартиры тянуло свежими пирогами. Небо затягивало тучами.

– Похоже, переезжаю…— промямлил Илья, до которого только теперь стало доходить, что жена сменила замки в квартире, номер телефона и отправила его вещи к свекрови. И что увольнение — не шутка.

– Все бабы одинаковые, — сплюнул он сквозь зубы, — а говорила, что любит, гадина, — сплюнул он еще раз.

– А как ж Оленька? — с надеждой прозвучал голос матери, — может, к ней, пока не поздно?

– Да поздно, ма, поздно…
— Так санатория не будет? — почти заплакала женщина в трубку.
Илья раздул ноздри и сделал отбой, чтобы не нахамить ей.
«Теперь ничего не будет», — он сжал зубы и пошел в сторону вокзала.

***
– Все прошло отлично, вы были великолепны, на карту можно перевести? – улыбалась Аня мужчине.

– Можно на карту, милочка. Обращайтесь еще, — отвечал мужчина, отклеивая черные усы.
Анна Медь

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.9MB | MySQL:68 | 0,387sec