Без благородных манер

— Оденемся, как нимфетки, и пойдём в хороший дорогой ресторан. Себя покажем и мужиков посмотрим…
Так говорила одна из трёх подруг. Директор одной большой и очень дорогой частной гимназии, а поэтому… Она знала много умных слов.

«Нимфеткам» было по тридцать пять лет. Самое время, чтобы так одеваться — короткие юбочки, рубашечки, скорее открывавшие, чем прикрывавшие их совершенно роскошные декольте. Короче говоря… Во всеоружии.

 

Ресторан был очень дорогой, но они могли себе позволить. Заказали столик и уселись, ловя восхищённые взгляды мужской половины сидевших пар. И полные ненависти молнии из глаз их прекрасных половин.

Говорили подруги о своём, о женском, очень сокровенном, личном и важном. О мужиках.

Они ждали принца на белом коне, а лучше золотом. Высокого, стройного, красивого, богатого. Чтобы на руках носил, все капризы выполнял, не досаждал разговорами и не заставлял готовить и стирать. А лучше всего, ещё и благородного происхождения.

— А не как эти вот…
Кивали они друг другу и смотрели на весёлую компашку трёх полысевших мужиков с округлившимися животиками, пивом на столе, чипсами и горой стейков. И рассуждали они о делах совершенно неблагородных, а точнее. О рыбалке и футболе. И смеялись громко, открытыми ртами.

— Фу!
— Фи!
— Уф!
Сказали нимфетки и отвернулись, охарактеризовав тех, как «козлов и толстяков, не следящих за собой, и явно неблагородного происхождения», а значит, уж никак не подходящих таким молодым, прелестным дамам, как они. И тут…

В ресторан вошел он! Подъехавший на кроваво-красном феррари последней модели.

— Граф Кобург Кольдо Саксонский!!! — объявил кёльнер, стоявший у входа и проверявший всех насчёт заказанных столиков.
Подруги подтянулись и приняли боевые стойки. Точно, как борзые собаки делают стойку на зайца.

Высокий, подтянутый, средних лет, с легкой сединой на висках, в костюме, сидевшем на нём, как влитой, и явно стоившем целое состояние. И запонками с бриллиантами на выглядывавших из рукавов манжетах ослепительно белой рубашки.

— Ой!
— Ааа!
— Ммммм!
Простонали дамы. И наклонились вперёд, чтобы в декольте было больше для обозрения и меньше свободного места.

— Вот это мужчина! — сказала одна из нимфеток.
— Граф, красавчик и уж точно, очень богатый, — согласилась вторая. — А я, как раз так давно не была на Багамах. Ну, просто с самого рождения!
Третья ничего не сказала. Она стреляла глазами в графа Саксонского, глаза эти били наповал.

 

Так что, минут через десять их пригласили за графский стол, куда подруги прошествовали очень важно, посматривая свысока на всех остальных посетителей ресторана, а особенно на трио лысоватых и шумных козлов, пьющих пиво с чипсами и стейками.

Граф Кобург Кольдо оказался очень приятным мужчиной, умеющим вести светские разговоры, и сообщавшим заинтересованным дамам сведения о древности своего рода, замках и картинах.

Дамы стреляли в него глазами и декольте, и уже готовы были вцепиться друг другу в патлы… Ну, вы меня понимаете, дамы и господа. Чтобы убрать конкурентку.

Ведь пригласить на чашку чая, кофе, шампанского, коньяку, виски, водки или самогона, в конце концов, граф мог только одну из них. Что накаляло обстановку, но…

Разрядили её принесённые гарсоном блюда. Лобстер, огромный поднос всякой морской нечисти и прочая, прочая, прочая.

Дамы уплетали деликатесы, запивая их старинным вином бешеной стоимости и метали в графа призывные взгляды. Соревнуясь, чей взгляд будет более убийственным. Они ели и представляли себе совершенно не ресторанные картинки, а поэтому раскраснелись и были особенно хороши.

Граф тоже был в ударе. Он сыпал шутками, остротами, историями из жизни высшего общества… И нимфеткам уже было совершенно всё равно, на что он пригласит домой. На кофе или на самогон. Хотя, о чем это я?

Графья ведь не пьют самогон, кажется.

В продолжение ресторана находился сад. Маленький такой садик, с невысокими деревьями, кустами, цветами и скамеечками. Куда могли выйти посетители и посидеть. Просто так.

А запах от лобстера и других морских гадов был такой…

Такой запах, что донёсся и до этого самого садика. А оттуда.

Оттуда выполз маленький, серый котик. Худой и видимо очень голодный. Потому что, он пробрался между всеми и уселся прямо у ног графа. Видимо, посчитав того самым возможным претендентом на его внимание, но…

О Господи, как он ошибся.

 

На лице графа Кобург Кольдо нарисовалось такое отвращение и такое высокомерие… Он отшвырнул малыша, тихонько мяукавшего, левой ногой и тот, пролетев несколько метров, ударился о ножку столика, за которым сидели три пузатых и лысоватых мужика.

Отчаянно пискнув от боли и страха, котёнок упал. В ресторане наступила мёртвая тишина.

— Терпеть не могу этих безродных и грязных парвеню! — объявил граф на весь ресторан. — То ли дело, у меня в замке. Породистые гончие и ахалтекинские скакуны.
— Не извольте беспокоиться, подскочил к нему гарсон. — Мы приносим свои извинения и сейчас же уберём это безобразие.
И он направился к столику с пивом и стейками. Из-за стола с тремя лысыми мужиками поднялся один. Его лысина и лицо налились кровью. Он оказался почти двухметрового роста, и его кулак сжался с такой силой, что хрустнули пальцы. Двое друзей вскочили и стали его успокаивать и усаживать на место.
Официант подбежал к ним и предложил забрать котёнка. Но стоявший мужик подхватил плачущего пушистого малыша и посадил на соседний стул:

— Тарелку моему кошачьему другу!!! — проревел он так, что квартет, игравший Вивальди, замер.
— Тарелку, я сказал! — повторил он в лицо испуганного официанта. — И самое дорогое и лучшее мясо. И быстро!
— Не извольте беспокоиться, — ответил официант. — Сейчас будет исполнено! — и побежал на кухню.
В зале зааплодировали. Трое нимфеток сидели молча. Одна из них смотрела на графа.

— Фу, — сказал тот по направлению к трём пузатым, лысоватым мужикам и котёнку.
Тогда она встала и, пройдя через весь ресторан, на виду у всех, подошла к тому самому двухметровому великану и сказала громко:

— А ну-ка. Подвинься и угости даму виски.
Граф смотрел на всё это, раскрыв рот. Похоже, что ему не приходилось сталкиваться ещё с таким пренебрежением, а потом…

Потом две оставшиеся дамы тоже встали, посмотрели презрительно на графа и, подойдя к столику с тремя мужиками, потребовали и себе стулья и выпивку.

Из ресторана уходили парами, хотя. В одной паре было трое. Мужчина, женщина и серый котёнок.

 

В общем, так, дамы и господа. Сейчас первая из подруг замужем за тем самым двухметровым мужчиной, оказавшемся владельцем большой инвестиционной компании, а две других дамы вышли замуж за его друзей, известных адвокатов. И свадьбы праздновали в один день.

Теперь у «нимфеток» совсем мало свободного времени. Они готовят, убирают и стирают пелёнки. Ведь у них, почти в одно время родились девочки.

И чтобы собраться и сходить в свой любимый ресторан, они по выходным выпихивают мужей на футбол, хоккей, волейбол или регби. А если, не дай Бог, нет никаких спортивных соревнований, то они…

Отправляют всех троих на рыбалку, вызывают нянь и, одевшись соответственно, во всеоружии, идут. Порассуждать, чисто о своём. Сокровенном. Женском. О мужиках.

А графа Кобург Кольдо Саксонского взяли через год. Громкое было дело. Да вы, наверное, помните. Брачный аферист. Он обирал доверчивых женщин.

Упаси Боже. Всё это не имеет отношения к настоящим, благородного происхождения мужикам.

Я имею в виду, тех трёх. Пузатых, с залысинами. Без благородных манер и выражений, но…

С благородным сердцем.

Вот так.

А как иначе?

А иначе, никак.

Автор ОЛЕГ БОНДАРЕНКО

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.95MB | MySQL:68 | 0,413sec