Черствые сердца

Раиса Ивановна была похожа на черепаху – толстый вязаный платок накрывал ее спину как панцирь, а из-под «панциря» она вытягивала длинную, морщинистую шею. Она ставила во дворе свой стульчик чуть поодаль от местных старушек, поближе к тротуару, и смотрела на всех проходящих с нескрываемым недовольством. Создавалось такое впечатление, что только она видела в проходящих людях весь тот негатив, который не видят другие, поэтому нередко шипела и ворчала им вслед.

 

Местные старушки действительно с недоверием относились к Раисе Ивановне. Живет она в их доме несколько месяцев, но кроме ее имени и отчества о Раисе Ивановне ничего неизвестно. Привезли ее сюда какие-то люди, выгрузили нехитрые пожитки и след их простыл. Старушка долго не выходила из своего логова, а когда вышла со стульчиком в руках и прошла мимо лавочки, местные пожилые жительницы между собой переглянулись.

— Соседка, как вас звать хоть?

— Раиса Ивановна, — через плечо представилась она и пошла дальше, стуча палочкой.

— Так может посидим вместе, познакомимся ближе?

— Еще чего! – прошипела Раиса Ивановна. — Больно надо!

Алена тоже знала о существовании новой соседки, приходилось с ней сталкиваться, причем – буквально. Однажды Раиса Ивановна села так близко к тротуару, что трудно было ее не задеть. Алена, погруженная в свои мысли, проходя мимо старушки, задела ее колено.

— Что, не видишь куда идешь? – грубо спросила Раиса Ивановна.

— Простите, но вы сидите так близко к тротуару, что вас ни объехать, ни обойти.

— Это тебя ни объехать, ни обойти. Разжирела, так смотри куда прешь.

— Вам бы вежливости научиться.

— Молодая еще, чтобы замечания делать.

На этом диалог закончился. Пожилые соседки на общей лавочке сочувственно глянули на Алену и понимающе закивали, мол – не ты одна в опале у этой старой черепахи. В дальнейшем Алена предпочитала держаться от Раисы Ивановны подальше и обходить ее стороной, но старушка по привычке шипела ей вслед. Досталось от злой соседки и Ване – младшему сыну Алены, когда мячик, с которым дворовые пацаны играли в футбол, закатился ей под ноги. Ваня пошел его забирать, за что был огрет тростью по спине.

— Ах ты шельмец, своим мячом чуть не сшиб меня.

— Ну не сшиб же!

— А мог бы! Играйте в свой мяч где-нибудь подальше.

Хм! Где ж подальше, это детская площадка, имеют право! Ваня пожаловался маме, но Алена сказала не обращать внимания на пожилую соседку – может она не в себе?! А если и в себе, то таких людей и их нападки надо игнорировать.

Однажды у Алены заболела родная тетя и легла в больницу, в кардиологическое отделение. Алена набрала фруктов и пошла навещать свою тетю Зою. В палате было шесть кроватей, и Алена не сразу заметила в самом углу свою нервную соседку. Во время разговора с тетушкой, Алена услышала, что кто-то сзади застонал. Она обернулась и увидела спящую Раису Ивановну.

— Ой, это же наша соседка.

— Да? — удивилась тетя Зоя. – Весьма неприятная особа. Вся палата воет от ее грубости и хамства. Вот только когда спит ее немного жаль – постанывает, значит снится что-то плохое, или больно ей, а как только проснется – начинается ворчание.

— Да, я знаю. Она одинокая, ставит стул во дворе у тротуара, проходу не дает и вечно ворчит. Ваньку своей палкой огрела, мне нахамила.

— Тогда понятно, что к ней никто не приходит. Лежит ее телефон на тумбочке и все время молчит, ей даже не звонят. Пытались мы с ней наладить контакт, да куда там: «Пошли вы все к черту, отстаньте от меня, зануды», вот и все общение. Карга старая.

 

Алена с тетей Зоей старались говорить тише, почти шепотом, но Раиса Ивановна подала голос:

— Я не сплю, сплетницы. Вы что – думаете, что я совсем старая и ничего не слышу? Хватит обо мне судачить!

Алене стало неловко и даже как-то жалко старушку. Она посмотрела на пустую тумбочку Раисы Ивановны, взяла из сумки яблоко и апельсин и отнесла своей пожилой соседке.

— Здравствуйте, Раиса Ивановна, если помните – я по соседству с вами живу.

— Помню-помню, прешь как танк. Я еще с ума не выжила, всех помню. И не нужны мне твои подачки! Убери это свое гнилье с моей тумбочки!

Тетя Зоя махала руками, делала резкие жесты, намекая на то, чтобы Алена не связывалась с нервной старушкой. Алена пожала плечами, забрала фрукты и вернулась к своей тетушке. На следующий день от тети Зои она узнала, что Раиса Ивановна ночью умерла – вечером ей стало плохо, увезли в реанимацию, там она и скончалась. Узнав об этой новости, все соседи облегченно вздохнули, и никто даже не упомянул старушку добрым словом. Казалось бы – можно и забыть пожилую соседку, но тут, через несколько дней, произошло следующее…

Алена возвращалась вечером домой с работы, у подъезда ее чуть не сшибла какая-то женщина с большой коробкой в руках.

— Смотрите, куда прете! – возмущенно крикнула она. – Чуть не сшибла меня.

Эти слова показались Алене до боли знакомыми, да и интонация голоса как у Раисы Ивановны, только женщина моложе. Алена остановилась и увидела, что вещи носят из квартиры покойной соседки. Женщина унесла коробку в припаркованную у подъезда машину и опять вернулась.

— Вы родственница Раисы Ивановны? – спросила Алена.

— Да, я ее дочь, а что вам надо? – недовольно ответила женщина.

— Да, в общем-то ничего. Просто я знала вашу маму, была недавно в больнице, она там лежала. К ней никто не ходил, как-то жалко ее стало.

— Жалко у пчелки, вы это знаете? – женщина начала повышать голос. — Померла так померла, туда ей и дорога. Вмотала она все наши нервы – и мои, и мужа моего, и внуков, и правнуков. Пришлось поднапрячься, да квартиру ей снять подальше от нас, мы как чувствовали – долго она не протянет, а тратиться долго мы на нее не собирались, в дом престарелых ее палкой нельзя было загнать.

В конце своего диалога женщина уже сорвалась на крик, будто бы за что-то отчитывала Алену. Но тут под ноги ей бросились дерущиеся дети – как Алена поняла, это были внуки женщины.

— А вы чего тут крутитесь? – женщина была близка к истерике и с размахом хлопнула всех внуков по макушке. – Я вам сказала, гаденыши, таскайте коробки, а не бегайте! Приедем домой, вы так у меня получите, мало не покажется. Всем зады надеру.

— Да пошла ты! – крикнул на бабушку пацаненок лет семи.

Алена поспешила уйти домой. Ну и семейка, где каждый друг друга стоят. Видимо чёрствые сердца передаются у них по наследству, все друг друга ненавидят. Почему-то жалко стало только детей – ведь вырастут, станут такими же как их бабушка и прабабушка, уже между собой не научились ладить. Видимо, у них это в крови.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.92MB | MySQL:68 | 0,401sec