Квартирный вопрос

Лидочка не приглянулась Анне Семеновне с первого взгляда: уж очень наглой она ей показалась. Разулась в центре прихожей и, даже не поздоровавшись, прошла на кухню.

– Я пью только зеленый чай со сливками, — безапелляционно заявила девица, шумно плюхнувшись на стул.

Сын только виновато улыбнулся и кинулся ставить чайник.

– Ну, во-первых, здравствуйте, — взяла себя в руки пожилая женщина. Все-таки девушка первый раз в доме, может, у нее просто стресс от волнения. – Меня зовут Анна Семеновна…

– Наслышаны, ага, — громко лопнула на губах шарик жевательной резинки Лидочка и откинулась на спинку стула. – Про ваши, типа, аристократические манеры. Учительское прошлое, все дела…

 

От такой наглости Анна Семеновна даже не нашлась что ответить. Она была уверена, что эта Лидочка здесь первый и последний раз. Уж она найдет, что сказать сыну про его поспешный выбор и неразборчивость.

Сыну хозяйки квартиры, Виктору, было уже тридцать восемь, но за плечами у него вообще не было более-менее серьезных отношений. После школы он, по наставлениям матери, пошел учиться на инженера. Душа парня лежала к спорту, но здесь Анастасия Семеновна была непреклонна – физические нагрузки вредны для растущего организма. Хотя скорее всего причина ее негативного отношения к спорту была более прозаична. Дело в том, что отцом Вити был школьный учитель физкультуры. Анна Семеновна в свое время кинулась в роман с коллегой как в омут с головой, совершенно забыв, что кавалер был безнадёжно женат. Очнулась от любви женщина, когда аборт было делать поздно, а объект любви удалился, что называется, в закат.

С младых ногтей Анна Семеновна вдалбливала сыну – семейные отношения для слабых духом. А вот сильные, такие как она, живут в одиночку и легко со всем справляются. Виктор охотно верил. Зачем вообще жениться, ведь у него есть мама. Она и накормит, и постирает, и одежду на работу погладит. Верил, пока не встретил на своем жизненном пути Лидочку.

Лидочке было двадцать восемь, и она уже трижды успела побывать в браке. Благо, хоть детей не нажила. Хотя, если совсем начистоту, ничего не нажила. Ни работы, ни образования, ни жилья. Но об этом Анна Семеновна узнала позже, а сейчас…

– Мам, мы с Лидой заявление подали, — нарушил звенящую от напряжения тишину Виктор. – Женимся, в общем.

У пожилой женщины от новости даже потемнело в глазах.

– То есть как так женитесь? – не поняла Анна Семеновна. – Ты мне ничего не рассказывал, Витюш. А где… Где вы будете жить?

– Как где? Тут, конечно – отхлебнув из чашки свой зеленый чай, ответила Лидочка. – У Вити же есть комната, вот там и будем жить.

Виктор с готовностью кивнул и вопросительно уставился на мать.

 

– Погодите… – Анна Семеновна никак не могла прийти в себя. – Жить здесь? Но куда же я?

– Мам, — сын положил руку на плечо матери. – Ты не переживай, все будет хорошо. Просто Лиде пока негде жить, ее выгоняют из общежития.

В этот же вечер невестка осталась ночевать в Витиной комнате. Анна Семеновна весь вечер пыталась поговорить с сыном наедине, но Лида не спускала с него глаз. Словно чувствовала – мать непременно начнет прочищать влюбленному сыну мозги.

– Ребят, вы ужинать будете? – заглянула она в комнату сыну.

– Не, — весело откликнулась Лидочка. – Мы пиццу заказали, сейчас привезут уже. А вам бы не помешало научиться стучать, все же молодые тут живут…

А наутро женщина обнаружила в двери, ведущей в комнату сына, врезной замок. В целом, Анна Семеновна была достаточно толерантной, как это сейчас называют, дамой. Но замок на одной из комнат в собственной же квартире все же выбил ее из колеи.

– Однако… – только и смогла промолвить женщина, глядя, как Лидочка закрывает Витину комнату на ключ, чтобы на минуту отлучиться в ванную комнату.

Прошло три недели, но Анне Семеновне казалось, что прошла вечность. Новоиспечённая невестка нигде не работала и не училась, а только и делала, что валялась в неубранной постели. Виктор же рано утром уходил на работу, а приходил – голодный и уставший – когда за окном уже начинало темнеть. Лидочка даже не думала приготовить жениху ужин. Ведь для этого нужно было вставать и идти на кухню. Вместо этого накрашенная и разодетая девушка уходила на улицу, а возвращалась аккурат за полчаса до прихода сына.

– Вить, может твоя Лида будет тоже участвовать в приготовлении еды для семьи? – заметила Анна Семеновна, глядя, как сын накладывает в тарелку макароны и собирается идти в свою в комнату.

– Ма, ну ты тоже, — буркнул тот, запихивая в рот кусок хлеба. – Лида вообще-то беременна, ей тяжело ходить.

У матери подкосились ноги. Неужели эта безродная девица решила привязать к себе ее сына ребенком? Еще не хватало тут, в ее квартире, сопливых детей.

Два дня Анна Семеновна не могла ни есть, ни пить. Она сидела в своей маленькой комнате с окном на кирпичную стену соседнего дома и тихонько плакала. Неужели она растила своего сыночка вот для этой хабалки? Да и вообще, еще неизвестно, от ее ли сына этот ребенок.

 

Нужно было что-то делать, и после долгих раздумий женщина решила поговорить с молодыми начистоту. В воскресный день Анна Семеновна напекла полное блюдо сахарных пончиков – такие просто обожал сын – и постучала в двери к молодым.

– Витюш, я там чайник поставила… Пойдемте, пончиками баловаться…

На удивление, спустя пять минут ребята пришли на кухню. Анна Семеновна буквально сверлила глазами живот новой родственницы, но ничего так и не увидела. Видимо, срок был очень мал.

– Как живется вам, не тесновато? – начала издалека женщина. Расчет был прост, надо было подтолкнуть новую семью переехать и жить отдельно. Пусть делают в своем жилье, что хотят, главное – ей не мешают.

– Тесновато, — вздохнул Виктор и, потупив взгляд, продолжил. – Мы тут подумали, может тебе стоит переехать? Все-таки у нас семья, ребенок на подходе. Ему, сама понимаешь, своя комната будет нужна.

– Да-да, — поддержала мужа Лидочка. – Комнат всего три: наша спальня, детская и гостиная…. Еще одной спальни нет, как ни крути…

Виктор дернул Лидочку за рукав и продолжил:

– Лида хотела сказать, что ребенок будет шуметь. А у тебя давление. Может переехать пока к тете Свете в деревню? Временно, конечно. Там и экология, и воздух.

Ошарашенная от такого предложения женщина только хлопала глазами. Немного придя в себя, Анна Семеновна отхлебнула чай и уточнила:

– То есть, вы предлагаете мне съехать из моей собственной квартиры? А не вам зарабатывать на свой угол? Спасибо, сынок…

Не говоря ни слова, Анна Семеновна поднялась и уже собиралась выйти из кухни с гордо поднятой головой, но тут услышала вслед:

– Вообще-то эта квартира уже Витюшина, по закону. Вы же на него ее переписали. Так что это теперь нам решать, будете вы тут жить или нет, — бросила в спину пожилой женщине Лидочка.

Анну Семеновну буквально трясло, когда она зашла в свою комнату. Вот это новости! То есть она еще и спасибо должна сказать этим двум за то, что живет в честно заработанной квартире? Бессовестные!

В отчаянии женщина тут же позвонила своей старой подруге. Ей было просто необходимо с кем-то поделиться своими эмоциями и чувствами.

– Главное, успокойся. Сейчас что-нибудь придумаем… – утешила ее приятельница. – Есть у меня одна идея…

 

Спустя десять минут Анна Семеновна уже перестала хвататься за сердце, а еще через полчаса уже вовсю планировала сценарий операции под кодовым названием «Квартира». Она была уверена, Лидочке нужна была только жилплощадь от глупого Витюши. А тот, ослепленный любовью, не замечал всех негативных качеств молодой супруги.

Утром, едва дождавшись, когда Лидочка выйдет из комнаты сына, женщина тут же, будто бы нарочно, столкнулась в ней в коридоре.

– А куда это вы собираетесь? – удивленно подняла глаза на свекровь Лидочка.

– Да по делам… – отмахнулась Анна Семеновна. – К нотариусу вот, по квартире узнать, потом в МФЦ… Буду вечером.

Под пристальным и подозрительным взглядом невестки женщина накинула пальто, обулась и вышла из квартиры, держа в руках толстую папку с документами.

Вернулась Анна Семеновна, как и обещала, вечером. Когда женщина вошла в квартиру, с работы успел вернуться сын.

– Привет, ма. Заходи… Голодная? А Лидуша тортик испекла.

На кухне и вправду вкусно пахло свежей выпечкой. Лидочка была сама на себя не похожа: милая и кроткая, девушка молча поставила на стол чашки и разлила чай.

– Где была? Как день прошел?

Сын, который раньше не мог найти времени поговорить с матерью, сегодня живо интересовался ее делами. Анне Семеновне оставалось только диву даваться: родственников как будто подменили.

– Да ездила к нотариусу узнавать… Вы вот вчера сказали, что мол квартира это не моя. Так я отозвала завещание, которое на тебя было, сынок. Отписала я все Свете, сестре моей… Она ж меня моложе на пятнадцать лет…

На самом деле она блефовала. В реальности она весь день просидела у приятельницы в гостях.

А Лидочка внезапно переменилась в лице.

– То есть как – завещание? Ты же мне сказал, квартира твоя вся?! Да пошел ты, нищеброд…

Девушка выскочила из кухни и минуту спустя уже одевалась на пороге с чемоданом в руках.

 

– Погоди, а ребенок? Ну прости, мы что-нибудь придумаем с жильем…

Виктор выскочил в коридор и попытался обнять Лидочку.

Звонкая пощечина на Витином лице поставила точку в этой истории.

Анна Семеновна торжествовала – невестка показала свое истинное лицо. План отлично сработал, и Виктор, наконец, смог разглядеть свою избранницу как следует. Уже на следующее утро сын подал на развод и через месяц пару развели. Витя переехал в съёмное жилье, а уже через полгода привел знакомиться с мамой следующую избранницу.

Но это уже совсем другая история.

Татьяна Ш.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.8MB | MySQL:68 | 0,416sec