Мечта разрушила её жизнь

Мечты, мечты, всем хочется, чтобы мечты сбывались и стремятся к этому. И хорошо, когда мечты сбываются, наступает удовлетворение своей жизнью. А вот Алевтина шла к исполнению своей мечты долго и сложными путями, наконец достигла, но… радости не испытала. Сейчас Алевтине почти шестьдесят и чем старше она становится, тем чаще вспоминает свою жизнь и понимает, что её мечта обошлась ей очень дорого.

 

Выросла Алевтина в многодетной семье, причем она была старшая. Кроме неё детей в семье было еще пять. Жили в деревне, жили бедно, отец часто пил, мать без продыху крутилась, чтобы накормить детей, обстирать, да еще и попадало ей от мужа. Старшая Алька помогала, как могла, иной раз даже выйти за ворота не было времени. Мать болела, постоянно чувствовала себя плохо.

— Мама, после школы я уеду в город и когда выучусь на врача, я тебя вылечу, — говорила матери Алька, глядя, как мать держится за голову и морщится от боли.

— Ну куда тебе в город? Вон эту ораву кормить надо, смотреть за ними, ты старшая, так что ни о каком городе и не мечтай, не поедешь, — ворчала мать.

— Поеду, все равно поеду, — настаивала на своем Алевтина.

Алька была не из робких и лелеяла втихаря свою мечту стать врачом, ни с кем не делилась, чтобы раньше времени мать не узнала. Она думала, что мать забыла об этом разговоре. Ей надоела эта деревенская жизнь, младшие братья и сестры, которые вечно крутились возле неё, надоел пьяный отец, надоела ругань и крики в доме, когда он приходил под вечер.

После окончания восьмого класса, она поставила мать перед фактом и уехала в город поступать в медицинское училище. Алевтина была шустрой и ушлой, несмотря на молодость и жизнь в деревне. Училась в училище, планы у неё были наполеоновские, она хотела во что бы то ни стало поступить в мединститут и выучиться на врача. Уже тогда она понимала, что начальники и профессора устраивают своих детей по знакомству в институты. А детям простых рабочих сложно тягаться с ними, но несмотря ни на что, цель Алевтина перед собой поставила и упорно шла к ней.

После окончания училища работала медсестрой в больнице, и как-то на дежурстве в разговоре, пожилой врач Иван Сергеевич спросил:

— Алевтина, ты шустрая, понятливая и ответственная, у тебя есть мечта в жизни?

— Конечно, Иван Сергеевич, причем еще с детства. Я хочу стать врачом-терапевтом, лечить людей, как вы. Только не знаю, смогу ли поступить в мединститут, боюсь, что провалюсь. Туда сложно поступать — большой конкурс на одно место. Я уже узнавала.

— А ты знаешь, что в учебных заведениях существует так называемая «рабочая» квота. То есть, если человека направляют на учебу с места работы, то его могут принять в институт. Нужно обязательно направление от руководителя. Но здесь тоже есть тонкость, по окончании учебы в институте, молодой специалист просто обязан вернуться на свое место работы и отработать там пять лет, так сказать отдать долг.

— Ой, Иван Сергеевич, спасибо, а я об этом даже не слышала. Завтра зайду к главному врачу и спрошу.

 

Главврач ей объяснил, что направление в институт можно получить только после трех лет работы на этом месте. Алевтина вновь воспряла духом, мечта её снова маячила впереди. Она продолжала работать в больнице, ей оставался один год до мечты.

Домой в деревню Алевтина ездила очень редко, и вдруг приехав в деревню в отпуск, узнала — мать в больнице, причем в тяжелом состоянии, а еще через два дня им сообщили, что она умерла. Очень переживала Алевтина, да и дети еще малые, особенно младший, ладно старшим от восьми до пятнадцати.

После похорон отец пил не просыхая, и она понимала, что братья и сестры после её отъезда останутся без присмотра. Но в один из дней, отец был почти трезвый и заявил дочери:

— Алька, ты старшая, и теперь ты должна заботиться о своих младших, кормить их и воспитывать. Я работаю, у меня нет на них времени.

Она конечно к этому не была готова, взять на себя заботу и воспитание младших сестер и братьев.

— Пап, у меня на жизнь другие планы и возвращаться в деревню не собираюсь. Я хочу поступать в медицинский институт.

Но вечно пьяный отец разве поймет желание и мечту дочери? Он грубо толкнул её и закричал:

— Я тебе сказал, что останешься здесь, будешь работать и кормить детей. Мало ли что ты хочешь, свои хотелки спрячь подальше… Как я сказал, так и будет.

Но дочь свою он не знал. В ту же ночь, она собралась, тихонько выскользнула за дверь и убежала из дома. Она шла на вокзал со слезами, ей было жалко братьев и сестер, но твердо решила больше сюда не возвращаться.

— Может быть я поступила жестоко, но есть еще после меня сестра и брат постарше тех детей, возможно они позаботятся сами о себе и о младших. А вообще-то моим сестрам и братьям будет лучше в интернате, чем жить с таким отцом, — думала она.

Алевтина не могла сказать, что она очень любит своих сестер и братьев, и огромной ответственности за них не чувствовала. Ну разве она могла кормить и воспитывать всех их одна, отец не в счет. Он никогда и ни о ком не заботился. Так и получилось, забрали детей в интернат.

Шло время, Алевтина старательно трудилась, даже на больничный не уходила, если вдруг приболеет. Шла целенаправленно к своей мечте. Отработав три года, написала заявление на имя главного врача, пришла и изложила просьбу. Главврач Николай Иванович, мужчина немного за пятьдесят, выслушав медсестру, сказал:

— Хорошо, Алевтина, я подумаю. Не ты одна хочешь поступать в институт.

— Как? Разве еще кто-то хочет учиться? – искренне удивилась она.

 

— Конечно, и мы не можем давать направление всем подряд. Есть еще молодой человек, сын нашего хирурга. А ему направление выдать выгоднее, потому что он выучится и вернется. А ты? Возьмешь и выйдешь замуж, родишь ребенка или двух и будешь сидеть дома. И значит обучив тебя, министерство здравоохранения зря потратит на тебя деньги.

— Но я не собираюсь замуж, а хочу выучиться и стать врачом, я старалась работала три года, ни одного дня не пропустила… — уговаривала почти со слезами медсестра.

— Ну ладно, зайдешь ко мне вечером после работы, я постараюсь что-нибудь придумать.

Вечером Алевтина вошла в кабинет Николая Ивановича с надеждой, но он ничего хорошего не сообщил.

— По этой квоте будет учиться сын хирурга, а на следующий год будет учиться дочь моего заместителя. Ты же понимаешь, у всех врачей есть свои дети и родственники. И каждый отец заботится о своем ребенке в первую очередь.

Алевтина расстроилась до слез, она заплакала, а главврач присел рядом.

— Значит я никогда не поступлю в медицинский институт.

— Ну погоди ты, Алевтина. Может быть я даже смогу тебе помочь, — загадочно и тихим голосом говорил он.

-У меня в министерстве здравоохранения работает мой хороший знакомый, я конечно мог бы к нему обратиться, он помог бы тебя устроить. Но… я могу просить только за близкого человека, а ты мне никто.

— Так скажите, что я родственница ваша, — наивно сказала Алевтина.

— Ну что ты! Ты предлагаешь мне обмануть моего знакомого в министерстве, — он поднял палец кверху.

У Алевтины рухнула мечта. Она просто разлетелась на мелкие осколки, и даже решила, что главврач выставит её сейчас за дверь. Но Николай Иванович повел себя странно, он вскочил, поднял за руку Алевтину и обхватив за талию, прижал к себе, а сам шептал:

— Я могу тебе помочь осуществить твою мечту, только и ты должна осуществить мою. Я ведь не старый, только скажи — «да», и твоя мечта сбудется.

— Так вот в чем дело! А я-то наивная. Видимо таким путем можно поступить в институт.

Она поняла это только сейчас и еще поняла, что это её единственный шанс. Она хотела ему залепить по щеке, но передумала, желание поступить в мединститут было велико. И Алевтина выдавила из себя:

— Я согласна.

— Ну вот и молодец, пошли, — он взял её за руку, толкнул дверь, незаметную в стене и завел в свой кабинет для отдыха.

— Я здесь отдыхаю, иногда работаю допоздна и остаюсь здесь ночевать.
Николай Иванович слово сдержал. Но Алевтине пришлось время от времени посещать его кабинет. А потом она без труда поступила в мединститут и даже продолжила работать в больнице. Работала после учебы, иногда и ночью, работала в выходные. Свободного времени у неё практически не было, она не могла погулять со студентами, сходить в кино, нужно было идти в больницу. Николай Иванович не собирался её отпускать от себя даже во время учебы в институте, и она появлялась у него в кабинете. Ей было противно, он до чертиков ей надоел. Но как только она начинала противиться, тут же слышала:

— Ты учишься в мединституте благодаря мне. Ты работаешь у меня в больнице, это тоже я для тебя постарался. Смотри, это может быстро закончиться, стоит только мне пальцем щелкнуть.

И Алевтина боялась. Она боялась, что её отчислят из института, или завалят на экзаменах, выгонят с работы. Она терпела, хоть и было противно смотреть на его потную лысину, чувствовать его мокрые ладони.

— Моя мечта стать врачом может рухнуть. А может этот Николай Иванович переключится на какую-нибудь другую молодую девушку? Скорей бы. Я так желаю этого, чтобы он отстал от меня.

И сама не замечая все больше и больше погружалась в это болото. И однажды почувствовала недомогание, тошноту. Оказалось, что беременна. Испугалась, призналась главврачу.

— Нууу, это бывает, — сказал он. — Нужно подумать, как избавиться от этого. В больнице не нужно светиться…

Он нашел какую-то знакомую женщину, которая все это делала на дому, и отправил Алевтину к ней. Потом были какие-то осложнения, две недели пролежала в больнице. А потом ей сообщили, что детей у неё не будет из-за этих осложнений.

После окончания института Алевтина встречаться с Николаем Ивановичем отказалась наотрез. А он особо и не настаивал. Алевтина стала врачом-терапевтом, но удовлетворения и радости от этого не испытала. Мечта её сбылась. Но её мечта обошлась ей очень дорого. Она стала запуганной, подавленной, и от профессии о которой мечтала в юности, не получала удовольствия. Постоянно думала о своей судьбе:

— И что в итоге? Сбылась мечта, но я потеряла невинность где-то там в кабинете, меня запугали, растоптали мою молодость. Почему я выбрала такой путь? Наверное, иначе бы моя мечта не сбылась. Ради чего я потеряла свою свободу и много лет была зависима от этого стареющего главврача? И нужна ли мне такая мечта? Моя мечта разрушила мою жизнь.

 

В тридцать девять лет Алевтина вышла замуж за Михаила, которого совсем не любила. Вышла, чтобы отвлечься, забыть Николая Ивановича, но семейной жизни не получилось, тем более у неё не могло быть детей. Михаил забрал вещи и ушел, оба даже не сожалели о случившемся.

Алевтина одинока, часто вспоминает свою, как она считает, неудавшуюся жизнь. Она считает, что стала жертвой собственной мечты. В то время, когда у неё стали открываться глаза, поняла, никакой радости и счастья не испытывает, было уже поздно. Работала врачом-терапевтом без интереса и энтузиазма, на пенсию ушла с радостью и облегчением.

Общается только с одной сестрой, которая следом за ней родилась. А с другим братьями и сестрами отношений не поддерживает. Чужие они друг другу.

Акварель жизни.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.86MB | MySQL:70 | 0,403sec