«Такая у нас лю6oвь, мама!»

Сын Надежды Петровны опять собрался жениться… Опять на своей первой жене. Вторая, пока еще даже не бывшая, стояла у окна на кухне, глядя на серое небо, на долгий, нудный осенний дождь.

— По-моему, такой вид из окна ― не лучшее, что можно рассматривать накануне развода, — сказала Надежда Петровна, старательно придавая своему голосу теплоту… Но не было на самом деле в ее душе особой теплоты. Не особо доверительные отношения были у нее и с этой невесткой, Леной. Нет, не ругались, но и не слишком любили друг друга, бывает и так. Хотя странно: претензий особых к ней не было. А уж по сравнению с первой, Ольгой, которая вызывала стойкую неприязнь, эта намного лучше. Почему бы Лену не любить? Ну или хотя бы не жалеть, что ли. Хорошая ведь женщина, добрая, двух внуков Надежде Петровне родила — уж одно это чего-то да стоит! Особенно после Ольги…

 

Хотя и та, если честно, не так уж плоха. И тоже двух детей родила… Правда, они ни к самой Надежде, ни к Сереже, сыну ее, никакого отношения не имеют.

* * *

Так уж получилось, что женился Сергей первый раз в двадцать пять лет, по большой любви. Это сразу было видно — светился весь! И, сообщив, что уже предложение сделал, обрадовал:

— Так что скоро, мама, ты будешь бабушкой!

— Через сколько? — улыбнулась мать, подозревая, что речь идет о беременности. А сынок ответил:

— Уже, мамочка! У Оленьки есть сын, Витя, три годика скоро. Да, она замужем уже была, но развелась…

Понятно, что такая новость редкую мать обрадует, но куда денешься, если у сына любовь, и глаза светятся? Ольга эта самая, понятно, тоже любила — а чего бы разведенной одинокой матери и не любить молодого парня? Не всякую с таким «приданым» замуж берут, а ее вот, пожалуйста…

Знакомиться с будущей свекровью она так с сынишкой и пришла — с милым, забавным мальчиком, таким, как любой ребенок трех лет. Тот Надежду Петровну сразу стал бабушкой звать… что ей не очень нравилось — она себя молодой считала, пятидесяти еще не было! Не готова была бабушкой становиться… Но ладно, куда уж тут денешься.

Вот только сама будущая невестка все же не понравилась. И вовсе не потому, что уже разведенная и с ребенком — вот просто не понравилась, и все тут! На уровне подсознания.

Но ее особо никто не спрашивал, и она не вмешивалась — им жить! Была бы любовь, а все остальное… Ну да, не была она в восторге от этой женитьбы, но жить молодые планировали отдельно — вот в этой трехкомнатной квартире. А она, мать, жила в своей, однокомнатной. То есть однокомнатная принадлежала Сергею, для него они с мужем ее и покупали. А вот «трешку» Надежде ее отец оставил. То есть жить всем есть где, никаких споров по этому поводу не было, и жили вроде Сергей с Ольгой и малышом неплохо.

Только общих детей молодая жена рожать не собиралась. Как-то, будучи у них в гостях, Надежда Петровна, играя с Витей, спросила невестку:

— А общих-то когда собираетесь? — было у нее подозрение, что именно по этой причине со свадьбой поспешила, но Ольга ответила:

— Ох, не скоро! Я так с Витькой намучилась, что спешить не хочу.

— А что намучилась? Он вроде спокойный мальчик!

— Да просто уставала сильно… Еще и муж такой был, что я света белого не видела!

Ну, тут тоже все более или менее понятно, а свекровь в такие дела и вмешиваться не должна.

Словом, отношения у них были если уж не совсем тёплые, то вполне нормальные. Надежда Петровна даже с малышом частенько сидела, считала его своим внуком. Раз так получилось, то что делать — хороший мальчик, почему бы с ним не посидеть!

Так вот два года жизнь была вполне нормальной и счастливой, а потом Ольга собралась… да и ушла к первому мужу. Подробности Надежда Петровна узнала, когда уже дата развода была назначена.

— Как же так? Всего год прожили! — удивилась она.

— Ну как… Встретила этого, бывшего, ну и спелись опять. Типа любовь! Что я могу поделать? — говорил Сергей вроде и огорченно, но без особых эмоций… Но он вообще сдержанным был, как и сама Надежда Петровна. Но все же непонятно было:

— Какая там любовь? Она про него вроде слова доброго не сказала — и алкаш, и такой-сякой…

— Ничего не могу сказать, мама. Видимо, такой-сякой все же лучше меня!

 

Какие уж там объяснения были между самими супругами, теперь уже бывшими, — Надежда Петровна не знала, и поговорить с Ольгой тоже не удалось: она просто ушла из их с сыном жизни и все, как не было. Ну что же, бывает и так…

Ольгу она увидела где-то через полгода, — уже счастливую… и беременную.

— Отдохнула от Витиного младенчества? — не без некоторого ехидства спросила бывшая свекровь. Но на счастливую Ольгу никакие «шпильки», видимо, не действовали.

— Да, вы знаете, мы с Антоном второго ждем!

Дальше были уверения в том, что у них все чудесно, и Витя счастлив с родным папой, и «Как там Сережа», и всем спасибо, всем счастья…

Сережа и правда нашел свое счастье ― с Леной через два года. Надежда Петровна была рада за сына: хоть к тридцати годам, но все же наладил свою жизнь! Через год и дети родились — сразу двойня, мальчик и девочка — ну не все ли условия для счастья!

А вот нет, видимо… То есть были-были счастливыми — и вдруг перестали.

— Мы с Еленой разводимся, мама…

— Как?! Почему? — не сразу даже поверила Надежда Петровна. Сын вообще-то к подобным шуткам был не склонен, но и правдой такое быть не могло!

— Да, мама, такое случается. Мы решили опять сойтись с Ольгой.

А вот это было уже действительно слишком… Они с Ольгой решили!

— А Лена что решила? У вас все же общие дети!

Но что решила Лена, как к этому относится мама — разве это может интересовать двух любящих людей! Да ничуть их это не интересовало… Они так долго были врозь, что любящая женщина уже ребенка родила от своего… другого любимого мужчины. Да, тоже мальчика, Витя и Федя. Вот эта странная семейка Сергея и интересовала, а все остальное… ну так разве что, постольку-поскольку все, кто не Оленька и ее дети, все же существовали где-то рядом.

— Сергей, ты с ума сошел? У тебя двое своих детей, а ты хочешь взвалить на себя чужих?

— Своих я не оставлю, буду алименты платить. Я люблю Олю, мама! И она любит меня.

— А если этот ее алкаш опять свистнет, и твоя Оленька убежит к нему, уже за третьим ребенком? — мать действительно опасалась такого исхода.

— Не волнуйся, больше я жениться точно не буду! Буду ждать Олю. И приму ее, сколько бы детей она ни родила, — и, видя, что мать упорно отказывается его понимать, сел и попытался внести ясность: — Я все понимаю, мама! Может, я поступаю как последний подлец, согласен. С любыми обвинениями соглашусь! Но постарайся понять… Вот такая любовь у нас с Ольгой: она своего Диму любит, а я так же ее. Может, мы и не можем друг без друга потому, что мы такие похожие. У обоих вот такая любовь, понимаешь?

— Не понимаю, — безнадежно вздохнула Надежда Петровна.

Да, не понимала она, и никто, вероятно, не смог бы понять такое! А каково ей, матери, смириться? Сын смирился с тем, что его любимая может в любой момент уйти к своему любимому… Но она-то, Надежда Петровна, почему должна смиряться? Не нужна ей эта невестка, не нужны ей неизвестно чьи внуки! Леночка вот смирилась…

* * *

— Вы простите, Надежда Петровна, я поеду к своим, наверно… — печально, но без слез сказала уже почти бывшая невестка. — Завтра развод, так что…

— И что? Твои, наверно, плясать от восторга будут, когда ты к ним приедешь?

— А что делать? Не выгонят, — ответила Елена.

— Так ты выгони. Ну в самом деле, прояви ты наконец характер! У тебя двое детей, его детей, между прочим. Ты здесь прописана, а квартира моя. Он со своей этой… пассией своей ― пусть где хотят живут. В моей однокомнатной, в конце концов! А я здесь, с вами.

— Вы… это серьезно? Но ведь…

 

Лена не могла поверить, ведь муж уже сказал, чтобы собиралась, и даже милостиво пообещал помочь с переездом. Да, у нее были родители… и младший брат, живущий с ними. Известие, что скоро в их двухкомнатной квартире появятся трое новых жильцов, уже успело их ужаснуть. Они ― и родители, и брат ― говорили, что она имеет право на то, и на это, может подать в суд и выиграть… Но суды иногда очень долго тянутся, и жить все это время где-то надо будет!

— Вот и будем жить здесь, если ты не против. Я маленькую комнату займу, вы — в тех двух.

— А что скажет Сережа? — сомневалась Лена.

— Думаю, что ничего хорошего, — предположила Надежда Петровна.

* * *

Так оно, собственно, и было: Сергей с Ольгой были уверены, что бывшая жена сразу после развода освободит «их» квартиру, и они в нее въедут… и вдруг узнали, что их ждет «однушка»!

— Мама, как так? Как мы будем жить вчетвером в одной комнате? — не понимал он.

— Так расширяйтесь! Это твоя квартира, мы с отцом ее для тебя купили. А трехкомнатную мне мой отец завещал, разве не так? — стараясь сохранять спокойствие, сказала Надежда Петровна… Все же это был ее сын! И Сергей это помнил:

— Но ведь это мой дед был, почему ты меня гонишь из его квартиры!

— Да, Сережа, дед был твой. И он оставил квартиру мне — для моего сына и его детей. Твоих детей, сынок, Ксюши и Максима. А не для детей какого-то неизвестного алкоголика, уж прости. Им пусть их деды и бабки квартиры оставляют. Ну или ты, отчим, зарабатывай. А пока уж поживите в однокомнатной, что делать…

И Надежда Петровна порадовалась тому, что они с сыном не очень эмоциональные люди — до скандала не дошло. Да, возможно, их отношения с сыном будут на некоторое время испорчены, но есть надежда, что не навсегда.

Автор: Филомена

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.94MB | MySQL:68 | 0,418sec