Пустая баба

Григорий завязывал шнурки на ботинках в прихожей, настроение гнусное, они поругались с женой с утра. Зина стояла, облокотившись о дверной косяк, скрестив руки на груди, глаза заплаканные, красные, на лице сильнее проступила усталость, морщины, а ведь ей всего 38 – она не старя. Чувствуя её взгляд на себе, Григорий сел на пуф, упёрся локтями в колени, свесил большие кисти рук, он уставился в стену перед собой – пустой взгляд, тоже измученный.

— Зина, я так больше не могу, понимаешь? – хрипло сказал он. – Я устал от твоих больниц, лечений, аптеки в холодильнике, в ванной, на тумбочке у постели. Не получается у нас! Зачем ты себя мучаешь и меня?!

 

— Гриша, пожалуйста, в последний раз. Думаешь, мне легко, каждый раз надеяться, слышать биение сердца, а потом чистится, после ужасных слов: он замер, не прижился и т.д.

— Зина, давай остановимся, ну, нет у нас детей уже не надо! Тысячи пар живут без них и не умирает никто.

— Гриша, умоляю! – Зина начала сползать по косяку спиной, готовая прям здесь встать на колени.

Григорий подскочил, подхватил её за плечи, поднял и обнял крепко, крепко. Оба не молоды, но и не старики, чтобы так убиваться, ему всего 46, он выглядит великолепно, на свой возраст, подтянут, гладко выбритое до синевы лицо, с широким подбородком, густые волосы с проседью.

— Хорошо, хорошо, заеду в клинику сегодня, сдам материал, — гладил он её по спине, Зина слегка вздрагивала в его крепких объятиях. – Перестань, тебе нельзя нервничать, ты должна быть сильной. Может, подождать, хотя бы полгодика? — чуть отклонился он и посмотрел на заплаканное лицо жены.

— Нет, надо сейчас, доктор сказал…

— Они всегда говорят, — нервно оттолкнул её Григорий, подхватил свою кожаную сумку через плечо и собираясь выйти, — одно и то же, одно и то же, результат всегда одинаков.

— Гриша! – крикнула ему вслед Зина, муж уже нажимал кнопку вызова лифта в коридоре.

— Заеду, обещаю.

Зина немного успокоилась, вытерла слёзы, выпила порцию препаратов, назначенную докторами, витамины, гормоны. Начала собираться по делам, в клинику после обеда. Это десятое эко, Зина не оставляла попыток, она слышала, видела не раз женщин в женской консультации, в стационаре, которые делали и по двадцать эко и вынашивали, вынашивали детей в 46, 48, а ей всего 38.

Муж сдержал обещание, заехал в клинику и опять улетел в командировку вечерним самолётом. Не раз Зина отшучивалась перед подругами, да и просто перед едва знакомыми женщинами в гинекологии, что муж приезжает только оставить биоматериал, всё остальное время он работает. Они так живут около десяти лет. Он состоялся, добился многого, Зина всегда была его надёжным тылом, она верила в него, даже когда он в третий раз прогорел, и они сидели в долгах, на съёмной квартире. Занимала деньги для мужа у друзей и родных, просила у мамы, выслушивала унизительные и оскорбительные тирады в адрес легкомысленного Григория, но просила и брала, не жалея себя.

Они всё вернули, расплатились по счетам, когда у него стало получаться. Он добился своего. Сейчас они твёрдо стоят на ногах, у них большая квартира в центре, строят загородный дом в экологически чистом районе, в пятнадцати минутах от городской суеты. У обоих надёжные автомобили, отдыхают за границей минимум два раза в год. Но она не состоялась как мать, Зина всё своё здоровье, себя посвятила мужу и теперь хотела только одного – ребёнка.

Она работала много лет администратором в салоне красоты, амбициями не отличалась, жила семьёй и мужем. Она по сей день работает в той же студии, знает всех клиенток не первый год, ей нравится её работа.

Зина в очередной раз сделала знакомую процедуру, осталось только ждать и выполнять все предписания. Муж звонил постоянно из командировки, интересовался её здоровьем.

— Зин, а не смотаться ли нам в выходные в Анапу? – радостно интересовался муж по телефону, вечером после работы.

— Какая Анапа Гриша, ноябрь на улице, что там делать?

 

— Есть отличные отели с прекрасной инфраструктурой, с подогреваемыми бассейнами на крыше. Давай вырвемся, отдохнём, тебе полезно развеется, у меня сделка состоялась, я так переживал.

— Но у меня работа.

— Да ну её, твою работу, сто раз говорил – бросай.

— Гриша, мне нравится. Я не могу надолго, у нас Лиля на больничном.

— Не надо надолго, на выходные! Завтра прилетаю днём, сумки в багажник и в дорогу. В понедельник с утра будешь в городе, кстати, мне тоже надо.

Они прекрасно отдохнули эти пару дней, Григорий радовался своему успеху, он не переставал рассказывать жене, как лихо он обошёл троих конкурентов, профессионально провёл переговоры.

— В ближайшие три месяца, никаких командировок, — обнимал он жену в уютном трёхкомнатном номере люкс, на удобном диване перед роскошным телевизором.

— Я так счастлива, — прижималась к нему Зина, — мы так много с тобой пережили.

— Всё позади, — гладил он её по спине, по пушистому махровому халату, — всё будет хорошо, нам есть к чему стремиться.

— Как ты думаешь, в этот раз получится?

Григорий пожал плечами, миллион раз загадывали, он боялся давать себе надежду и жене, видел, как ей плохо после очередной неудачной попытки.

Вернулись действительно обновлёнными, влюблёнными, у Зины плановый визит в клинику, работа, у Григория любимая компания. Через неделю он опять собрался в поездку.

— Прости, я обещал, но так складываются обстоятельства, надо лететь.

Она в очередной раз собрала и уложила ему вещи в чемодан, так как он любил. Жена давно не провожала его в аэропорт, да и встречала, если он сам просил по телефону, а так он предпочитал с водителем приезжать.

Он задержался в этот раз на три недели, об очередной неудачной попытке забеременеть узнал от жены по телефону. Слёзы, депрессивное состояние на несколько дней, он даже рад, что его сейчас нет дома, он знал — так и будет. По возвращении жена просила и уговаривала его повторить попытку, не сейчас, надо подождать, но не останавливаться.

— Сколько раз у тебя на работе случались неудачи, но мы не останавливались, ты даже не думал об этом.

— Зина, — хватался за голову Григорий, меряя гостиную шагами, — как можно сравнивать компанию и ребёнка! Это же твоё здоровье, ты посмотри на себя, тебе скоро понадобится в другую клинику, к психологу или психиатру. Прими как есть – у нас не будет детей.

— Когда я бегала на аборты, потому что ещё не время, у нас ничего не было, ты меня не останавливал, просил, умолял, а тут сдаёшься.

— Ты их не делала столько, не преувеличивай.

— Всего пять, а потом всё! Как бабушка отшептала, я даже радовалась, но видишь, как получилось: пришло наше время, мы не можем иметь детей, — кричала на него Зина.

— Я тебя не заставлял, ты сама принимала решение!

— Потому что я верила в тебя, а ты в нас нет.

— Нет вас! Нет его! Есть ты и я! – доказывал ей Григорий. – Мне тебя жаль, я больше не могу видеть, как ты страдаешь…

Они рассорились, Григорий ушёл из дому, вернулся поздней ночью, ночевал на диване в гостиной. Несколько дней между мужем и женой глухая непробиваемая тишина. Григорий первый заговорил, приехав с работы пораньше, он судорожно собирал вещи в спальне, нёс какую-то чепуху про квартиру, загородный дом.

 

— Квартиру я оставлю тебе, машину, хочешь обе. Загородный дом? – задумался он перед открытым шкафом, обычно вещи ему аккуратно укладывала в чемодан жена, она почти не знал где – что лежит. Он педант, требовавший, чтобы рубашки укладывались по цвету с вешалками, но сейчас нервически заталкивала свои вещи в чемодан.– Дом, я тоже могу тебе оставить, но справишься ли ты? Там отделочных работ, на год минимум и финансово… — задумался он, захлопнув чемодан.

— Гриша, — присела на край постели Зина, она не понимала, что происходит, — ты опять в командировку?

Он тоже сел, с другой стороны, смотрел через огромное окно на город, суету на дороге, на соседнюю высотку.

— Я ухожу, — сказал он сухо.

— Что же ты не позвонил, я бы собрала вещи заранее, — поправляла Зина рубашки, торчащие из чемодана. – Надолго?
— Навсегда.

— Таких длительных командировок не бывает, — как полоумная сказала жена.

— Зин, это не работа. У меня была короткая интрижка, с одной нашей сотрудницей. Она беременна.

— Молодая?

— Да, — наклонил голову Григорий.

— Короткая интрижка и сразу забеременела, — скорбно сказала Зина и поднялась с постели.

— Зина, пойми, я не меньше тебя хотел ребёнка, сына, мне давно пора! Но у нас не получается, у тебя не получается…

— Как? – сквозь слёзы спросила она.

— Наверное, у тебя что-то нарушилось, после тех абортов… это моя вина! Я виноват. Готов оставить тебе всё, что скажешь, мы вместе создавали, строили, покупали, если бы не ты…

— Пустая баба, бесплодная, — пробормотала Зина, смахнула слезу. – Иди, конечно, иди, там ребёнок, ему нужен отец.

— Зина прости, — Григорий больше не мог видеть её такой, он подхватил чемодан, наспех застегнул его и ушёл, дверь не хлопнула, дорогая, итальянская, предусмотрены даже такие ситуации.

Зина погрузилась в глубокую хандру. Некоторое время она не верила в произошедшее, звонила по привычке мужу, он не отвечал. Полгода забвения, а потом начался развод, пару раз Григорий приехал к Зинаиде, пытался поговорить, договориться. Она только спрашивала:

— Ты уже стал отцом? Во всём состоялся?

На этот вопрос почти бывший муж не ответил.

Они развелись, муж оставил ей квартиру, машину, загородный дом не смог, строили его для большой семьи, с детьми, Зине ни к чему этот долгострой.

Она опять растворилась в своём горе, без мужа, без ребёнка, без семьи. Одна в большой квартире, с панорамными окнами, с видом на другую многоэтажку, где в окнах загорался тёплый жёлтый свет вечерами, закрывались шторы, или опускались жалюзи. Зина видела соседей с детьми и собакой в лифте, слышала ссоры молодожён этажом выше пару раз в неделю. Они так громко кричали, иногда прямо на лестничной площадке никакая звукоизоляция не помогала. Глупые, зачем на это тратить время.

 

Через несколько месяцев Зина попала в больницу с воспалением, брошенная, одинокая и разбитая, она перестала следить за здоровьем. Ещё и соседка по палате попалась торговка с рынка, всю жизнь провела там, болтливая до умопомрачения, к ней и с других палат приходили женщины, послушать байки. Жаль, Зина не могла себе позволить платную палату, как раньше, приходилось терпеть это безобразие. Наконец, до неё добралась неугомонная баба, когда всех её слушательниц уже выписали.

— А ты чё, как курага сушёная, сморщенная, да ещё и кислая! Дитя что ли, потеряла? Ткнёшься целыми днями в стену.

— Я пустая баба, мне нечего терять, — уставившись в стену, ответила Зина.

— Матку удалили?

Зина отрицательно кивала.

— Тогда с чего ты взяла, что пустая?! У меня нет обоих труб, 18-е искусственное оплодотворение, я уж и не верила, но зацепились же…- щёлкнула она пальцами, — надоело мужика уговаривать, достал, — приложила она пухлую руку к шее, — у самого шибздики никакие, а я мучилась. Двойню жду! – слегка хлопнула она себя по животу.

— Как это?! – повернулась к ней Зина, — вы же сказали у мужа плохо со сперматозоидами.

— Донорскую взяла и бах! – радовалась она.

— А муж?

— Что муж? У меня года знаешь какие, мне 44, слушать уже его не стану. Сбежит, ну и мать его так! И так 23 года терплю, никак от мамкиной юбки не отцепится. Вот поругались, опять к ней побежал, что за мужик?!-возмущалась женщина.

— Расскажите поподробнее, — поднялась с постели Зина.

— Про него, что ли? Свекруха нам свою жизнь воду мутит, — угрожала она пальцем, — она! Жалеет мальчика, а ему скоро полтинник, тому мальчику…

— Нет, про донорский материал, про клинику. Сколько стоит?

— Вот пойдём на обед, всё расскажу, а то лежишь полумёртвая, не жрёшь ни хрена, куда тебе дитя вынашивать? – оценила её крепкая в теле, с модной в 90-е стрижкой тётя.

Так завязалась дружба между Евгенией и Зинаидой. Зине стали нравятся её пошлые, иногда похабные шуточки и рассказики, она насмеялась от души, со своей соседкой, впервые за много месяцев перестала себя жалеть, у неё появилась предчувствие, что она больше не будет одинока, ей есть ради чего жить.

Зина сделала эко через несколько месяцев в городском перинатальном центре, воспользовавшись донорским материалом и всё, получилось! С первого раза! И беременность проходила нормально, всего два раза лежала в больнице на сохранении. Она родила чудесную девочку, маленький, комочек нежности весом всего 2800. Целых 2 кг 800 гр счастья, сладких поцелуев в пяточки, в попу, везде. Милая, долгожданная девочка, мамин смысл жизни.

Взрослая сорокалетняя мама была так счастлива, что даже не обратила внимание на высокую девушку, в шёлковой пижаме из платной палаты с такой же фамилией, как у неё. Однофамилицы – подумала Зина, получая выписку вместе с ней.

 

Девушка рожала второго мальчика, забирал её из роддома бывший муж Зинаиды. У него всё хорошо в семье, жена молодая, красивая, двое сыновей, но вот в бизнесе не ладится. Пару жирных контрактов пришлось упустить, потому что супруге нужна была поддержка перед родами и отдых на Мальдивах. А ещё вторая жена не умела и не собиралась укладывать ему рубашки в командировку, как он любит. Она ценит в первую очередь себя. Она дала ему, всё, что он хотел, а взамен требует намного больше.

Зина растворилась в материнстве, вот только иногда звонки Евгении и её вульгарные разговорчики о мужиках не дают ей расслабиться.

— Ты у нас баба непустая, с приданым! За тобой целая очередь из женихов выстроится, надо только захотеть. Зин, есть у меня один молоденький, разведённыш, всё ходит ко мне на рынок – вздыхает. Давай я вас познакомлю? Вы ж как ровесники будете смотреться, ему всего 32…

— Спасибо, Жень не надо, мне одного ребёнка хватает, — отвечала приятельница, еле сдерживаясь от смеха.

— Ну ты смотри, у меня тут много молодых и не очень, свободных и женатых на рынке.

Посмеялись и забыли. А если серьёзно, Зина встретила мужчину, но уже позже, года через три после рождения дочери. Она состоялась как мать, как женщина, ведь это никогда не поздно.

Конец

источник

На правах рекламы:
Новогодняя Пижама с шортами и блузой, артикул 193433754 персик и новогодние тапочки — носки теплые с высоким верхом
белого цвета, смотрятся супер.

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.93MB | MySQL:68 | 0,430sec