Чистильщик

Денис Лавров занимал должность заместителя начальника оперативного отдела. В свои сорок лет, он носил майорские погоны, был холост и имел дочь, пятнадцати лет.

С женой развелись десять лет назад. Для Дениса было ударом, когда супруга однажды сама предложила ему развод.

 

— Я так больше не могу, Денис! – кричала она ему тогда, – Ты постоянно на работе, ты постоянно где-то кого-то ловишь, а я вечно одна. А я с мужем жить хочу, дочь воспитывать, а она тебя точно так же как и я не видит совсем. Я сделала вывод, что ты кроме своей работы, больше в этой жизни никого не любишь, а я так жить не хочу.

Денис, конечно, пытался оправдаться, хотя сам прекрасно понимал, что супруга отчасти права. Работа действительно для него была на первом месте. Семья, конечно, тоже, но не всегда получалось совмещать, работу и семью. Денис скрепя сердце, согласился на развод, считая, что раз уж его жене с ним так плохо, то не стоит портить ей жизнь.

Вот и сегодня, он пришёл в пустую квартиру, и почему-то снова вспомнил Лену. А ведь им было хорошо вместе, и дочка у них прекрасная. Лена теперь замужем, живёт с новым мужем, говорит что счастлива, и с Денисом не общается, а Ксюша, та частенько ночует у отца, потому что отчима терпеть не может.

— Неприятный он, какой-то папа, я до сих пор понять не могу, что в нём такого нашла наша мама, ведь с тобой его даже сравнить нельзя. Ты красивый, умный, ещё и опер, а он тюфяк какой-то.

— Он тебя не обижает? Если что, то сразу мне говори.

— Нет, папа, не обижает. К тому же у меня характер как у тебя, меня обидеть -себе дороже.

— Вот и хорошо. А маму ты не осуждай, видимо она в нём, что-то нашла, раз за него замуж вышла. Хоть, как ты говоришь я и опер, а маму твою удержать не смог, и если честно очень жалею об этом.

Денис прошёлся по пустым комнатам, зашёл на кухню, выпил воды, выключил везде свет, и лёг на кровать. Сон никак не шёл, в голове крутились обрывки дня, который, к слову сказать, был очень сложным. Наконец они накрыли банду, которая вот уже полгода занималась кражами автомобилей, потом в гараже перебивали номера двигателей, а потом продавали их, за неплохую сумму. Начальство рвало и метало, и как всегда все шишки доставались Денису. И вот, наконец, они их вычислили. Работа, конечно, была проведена колоссальная, последние дни вообще у него в отделе никто не спал. Угонщики были настоящими профессионалами. Работали настолько грамотно, что вычислить их в огромном городе было почти невозможно. К поиску преступников были подключены все отделы полиции города, но посчастливилось всё-таки их «накрыть» оперативникам Дениса. И вот, как всегда, вроде бы такое дело сделали, и нужно отдыхать, но сон не шёл. А ведь ему завтра с утра на работу, первым делом на планёрку, к начальству, а потом дать указание своему отделу, правильно распределить, кто, чем будет заниматься.

Так толком и не выспавшись, Денис как всегда, в восемь утра был уже на работе. В коридоре отдела, он увидел своего непосредственного начальника. Белова Юрия Сергеевича. Тот, увидев Дениса, сразу же сказал:

— Денис, пойдём ко мне в кабинет, поговорить нужно, как говорится, тет-а-тет.

 

Денис молча кивнул, зная, что приказы начальства не обсуждаются, но чувствуя, что начальник в очередной раз подкинет ему какое-нибудь гниловатое дельце, с которым остальные отделы не справляются. На такие «подарки» Юрий Сергеевич был мастак.

— Значит так Денис, да ты садись, в ногах правды нет. В общем, у нас в округе орудует маньяк. Из посёлка «Сосновка» нам пришла оперативка: там за неделю нашли три тела. Все три — женщины, лет тридцати, тридцати пяти. Сам понимаешь, посёлок тут от нас недалеко, и естественно, обратились к нам, поскольку они, получается на нашей территории. Так вот, ехать туда придётся всё-таки тебе. Я тут подумал, и решил, что только ты сможешь справиться с этим делом, у тебя дар, преступников вычислять. А как ты здорово справился с этой бандой угонщиков, любо дорого посмотреть. Так что поезжай. Считай, что я тебе отпуск дал, там красиво сейчас, заодно отдохнёшь немного, и как раз разберёшься, что там к чему. Остановишься у Степаныча, он участковым там работает. Он один живёт, без жены и детей, так что места вам хватит. Он тебя, кстати, в курс дела и введёт. Так что отправляйся. Я вчера с ним разговаривал, он тебя уже ждёт. Говорит, что уже бабам там по улицам ходить страшно, вот он и забил тревогу. Отдел у них там маленький, и сейчас он там один. Все в город, к нам подались. В посёлках да деревнях сейчас вообще только участковые и остались.

Денису совсем не хотелось ехать. Хотя, посмотрев по карте, он подумал, что собственно от города совсем недалеко, на машине двадцать минут езды. Перед тем как уехать, Денис зашёл к ребятам, оставил за старшего своего друга Никиту, дал всем задания, и поехал в «Сосновку». Собственно как он и рассчитывал, в посёлке он был уже через двадцать минут. Дорога на удивление была хорошей, без ухабов и ям.

— Собственно и незачем тут оставаться, можно вечерами и домой уезжать, — подумал Денис, останавливаясь у конторы, где, по словам Юрия Сергеевича, должен был быть Степаныч.

Сам Игорь Степанович стоял уже на крыльце. Видимо, увидел незнакомую машину, и вышел посмотреть, кто же к нему пожаловал.

— Здравствуйте, я майор Лавров, оперативный отдел. Рассказывайте, что у вас тут произошло.

— А что произошло, маньяк у нас появился, женщин убивает. Вот что произошло. Пойдёмте внутрь, а то на солнце жарко, а у меня давление.

Денис зашёл в контору. Там было очень прохладно, и уютно. Он сел на стул, и приготовился слушать.

— В общем, так, стали у нас бабы пропадать. То одна, куда-то исчезла, то вторая. Ну мы то пока тревогу не били. Потому что, честно сказать, и искать то их сразу как бы смысла не было. Танька занималась самой, так скажем древней профессией, и частенько со своими кавалерами в город уезжала. Мария, баба конечно неплохая, но уж сильно любила выпить. Светка тоже. А вот спохватились мы, когда Любаша пропала. Она-то баба непьющая и негулящая, к тому же сынок у неё — инвалид, а она тоже пропала. Стали искать и стали мы их в лесу находить, замучены так, что аж смотреть страшно.

 

— Ну, хорошо, тогда с чего вы взяли, что это маньяк. Когда вы начали свой рассказ, то я, было, подумал, что и правда маньяк, только не сходится тогда. Бывают такие люди, которым что-то не нравится. У них там, в голове не так как у нас. В детстве, видимо травма была. Поначалу вроде всё сходилось, но когда вы сказали, что пропала женщина со всех сторон положительная, то получается, версия о маньяке отпадает.

— Да, но убиты то они все одинаковым способом.

— Понятно, и поэтому вы решили, что это маньяк орудует. Хорошо, давайте тогда подробнее поговорим о жертвах.

Игорь Степанович, встал, подошёл к сейфу, и достал папки.

— Вот, тут следователь приезжал, накалякал чего-то, и уехал, и так четыре раза. Тут и от медиков есть, вскрытие, так что читайте, а я пока чайку поставлю.

Денис углубился в чтение. Трупы женщин были найдены в лесу, в обезображенном виде. Следов насилия нет. Задушены, но перед этим над ними изрядно поиздевались. И самое интересно, что у каждой женщины на шее висела надпись «прощена».

Денис отложил папки. И посмотрел на участкового, который к тому времени уже налил чаю, поставил варенье и баранки.

— Похоже вы правы, это маньяк. Но почему он тогда тронул ту женщину, которая вроде бы ни в чём плохом замечена не была.

— А вот и для нас это загадка. Как уж она к маньяку этому в лапы попала, каким боком, непонятно. Я вот чего думаю, может она видела что-то, или стала свидетелем убийства, вот он и её заодно порешил.

— Не знаю, может быть. Но маньяки люди аккуратные, они не терпят разгильдяйства. Странно, очень странно. Почему тогда и на ней висит эта табличка «прощена»? К тому же скажу честно, следователь вёл дело из рук вон плохо, да и врачи, ничего путного не сказали.

-Хорошо, это дело я беру на себя.

— Конечно Денис Петрович, как скажете. Просто если честно, немного не по себе становится, ведь что у этого человека на уме, непонятно.

***

 

Вот и снова наступила ночь. Он вышел из дома и посмотрел по сторонам. В душе вновь и вновь поднималась эта буря, которая мучила его уже много лет. «Сколько же нелюдей живёт на этой земле», — думал он.

И мечтал только о том, чтобы у него хватило сил и терпения, очистить эту землю от всех этих грязных тварей. Он сел на велосипед, и поехал. Хоть и было темно, но он прекрасно всё видел. Это его Бог наградил таким зрением, чтобы он мог безошибочно отличать плохих людей, от хороших. И вот сердце ёкнуло, зло идёт! И прямо к нему в руки. Сейчас он её обязательно излечит от всей скверны, которая на неё налипла.

— Привет милая, далеко ли путь держишь?

— А тебе-то, какая разница, едешь на своём велосипеде, вот и езжай, а ко мне нечего приставать. Я с такими как ты даже не разговариваю. У тебя и денег нет, раз ты на велосипеде, а не на машине.

— Зря ты так, почему же ты сразу так судишь, может, это я спортом занимаюсь, ведь сама понимаешь, в офисе сидеть, тяжело. И машина у меня есть шикарная, и дом красивый, хочешь, покажу? Пойдём ко мне? Тут недалеко, к тому же и мне пешком ходить полезно.

Пока они шли, она повеселела, и всё время болтала о всякой ерунде, а его душа радовалась, он понимал, что сейчас она получит от него прощение, и придёт к Богу чистая, и непорочная…

***

Наступил вечер. Денис очень устал, потому что они со Степанычем прошлись по всему посёлку, поговорили с людьми, а также зашли домой к Любаше, как её звали в поселке. Она работала продавцом в овощном магазине. Женщина неплохая, строгая, с характером, но положительная. В долг не давала, и сама никогда не брала. Сына сама воспитывала. Он у неё инвалид с рождения, вот она за ним и смотрела. Никто не мог понять так же, за что её убили, и склонялись к той же версии, что и Степаныч, что она скорей всего, что-то видела.

— Ладно, на сегодня хватит, поеду домой, нужно отдохнуть, и кое-что проверить, а завтра я снова у вас.

— Ну, уж нет Денис Петрович, я вас так не отпущу. Пойдёмте ко мне, я вас «самогоночкой» собственного изготовления угощу, соленьями разными. Грибочками, огурчиками. Картошечки с зелёным лучком пожарим, пойдёмте.

Денис после такого приглашения вспомнил, что он целый день ничего не ел. Только утром как приехал, выпил со Степанычем чаю. И всё. Рот наполнился слюной в предвкушении вкусного, деревенского ужина.

 

Пока картошка жарилась, они успели «хлопнуть» по рюмашке, и закусить маслятами.

— Грибы у вас и правда, отменные, сами делаете?

— Нет, мне тут одна женщина помогает. Она одинокая, да и я тоже. Вроде бы и жить вместе уже как-то стыдно, старые мы оба, но и в тоже время жить одному не сахар, вот и помогаем друг другу помаленьку. У нас более — менее молодёжь, что с головой была, то сразу в город торопится уехать. Остаются те, кто делать ничего не хочет, а только самогонку жрать. Так что думаю, в посёлке нашем мне на мой век работы хватит.

В дверь постучали, и чуть погодя, в дверях показался мужчина, лет так пятидесяти, приятной наружности. Он удивлённо посмотрел на Дениса, а потом перевёл взгляд на Степаныча.

— Заходи Антоша, а я думал, что ты сегодня уже не придёшь. Познакомься, это у нас с города, опер, приехал нашим маньяком заниматься. А это Денис Петрович, Антон Васильевич Прохоров, — смотритель кладбища. Скажу честно, и не знаю, чтобы мы без него делали. У него и чисто там всегда, и цветы растут. Молодец, с душой относится. Садись, Антоша, я тебе рюмочку налью.

— Антон Васильевич, а вы что обо всём этом думаете? – спросил Денис.

— Если честно, до сих пор понять не могу, это же, как такого человека земля носит. Ну как можно так над женщиной зверствовать. Ведь она же человек, а какой путь выбрала, так это никого не касается. Только я вам сразу говорю, у нас в посёлке, таких уродов нет. У нас такое сотворить, никто не сможет, я правильно говорю Степаныч?

— Так вот и я так думаю. Живём, не тужим, и вот, пожалуйста. Мне кажется, это кто-то с вашего города, это у вас там только такие люди сумасшедшие живут.

— Кстати, а почему тогда следователь не отметил следы протекторов машины? Там ничего такого не было, хотя насколько я понял, туда можно и на машине добраться. Завтра, кстати, мы с вами Игорь Степанович и прогуляемся, к месту преступления. В связи с этим вопрос: далеко друг от друга этих женщин находили или в одном и том же месте?

— Нет, недалеко, но каждый раз, в другом месте. Завтра я вам всё покажу. А следов машины там действительно нет.

— А может он машину у дороги оставлял? Хотя проверять эту версию бесполезно, потому что следов нам этих уже не найти.

 

— Вот действительно напасть, какая то, — вздохнул Антон Васильевич, — И как таких людей земля носит, не понимаю. Вот от такой людской жестокости, и непонимания, я и пошёл смотрителем на кладбище работать, потому что пожил на свете немало. И много всякого видел. А теперь мне спокойно, работаю себе потихоньку, и понимаю, что в моем городе мёртвых все равны, и богатые и бедные. Плохие люди и хорошие.

***

И снова я проснулся от того, что почувствовал боль в груди. Я понимал, что мой создатель говорит мне, чтобы я не спал, чтобы не отдыхал, а выполнял свою миссию дальше. Нельзя мне прохлаждаться, потому что столько ещё нечестивых женщин по земле ходят. Они всё портят. В этом их грех, и моя задача, излечить их, и дать им прощение. Я вышел на улицу. Моросил небольшой дождик, и я даже поначалу расстроился, подумал, что скорей всего дома все сидят, и я никого не встречу. Но вот радость, навстречу идет Она. Её качало из стороны в сторону, и я понял, Бог на моей стороне, он мне указывает, что делать дальше.

— Милая, что же ты так поздно, и одна?

— Отвали от меня, не видишь, домой иду.

— Давай я провожу тебя, ведь опасно ночью, одной ходить. К тому же ты промокла вся, а у меня дома и бутылочка стоит, пойдём, выпьем?

— А пойдём, смотрю, мужик ты нормальный, посидим, о жизни поговорим, я расскажу тебе, как мне трудно на этом свете живётся.

Женщина подошла ко мне ближе, и на меня пахнуло перегаром, и ещё чем-то противным. Я сморщился, как же неприятно, вроде красивая женщина, а так своё тело и душу уродует, точно, нужно срочно её спасать. В груди горело нестерпимой болью, пока я её вёл в лес, а потом всё, как накрыло меня, и я, наконец, почувствовал облегчение. Вернее, легче мне стало потом, когда я посмотрел на дело своих рук, и поставил подпись «прощена».

***

Денис проснулся довольно рано. Он не любил ночевать вне дома. Игорь Степанович был уже на ногах. Он вскипятил чайник, и накрыл на стол. После завтрака, они направились в контору, откуда Денис позвонил следователю, а так же поговорил с начальником оперативного отдела.

 

— Так, ну скоро сюда Кирилл подъедет. Я с ним договорился, он возьмётся за это дело. Следователь он прекрасный, и я думаю, что мы тут разберёмся, что к чему.

После того, как приехал Кирилл, они пошли осматривать место преступления. Правда, это ничего не дало. Просто примятая трава, да запёкшаяся кровь, вот и всё. Больше никаких следов. Кирилл, отозвал в сторонку Дениса, и сказал:

— Странно всё как-то, ты не находишь? С чего это вдруг в таком посёлке маньяк нарисовался, тут, что-то не так? Ты спрашивал, людей незнакомых, приезжих, никто не видел?

— Это я узнал первым делом, но ничего подозрительного, сказали, что чужих людей не было. К тому же посёлок небольшой, тут незнакомые люди, сразу на виду.

— Неужели из города залётный кто-то? Тогда его будет тяжело найти.

В этот момент, к ним подошёл Прохоров. Он улыбнулся, поздоровался с Денисом, и Кириллом.

— А я тут неподалеку работаю, кладбище то рядом. Хотел к Степанычу пойти, да вдруг голоса услышал, дай думаю, посмотрю, кто тут.

— Кстати Антон Васильевич, раз вы говорите, что рядом тут работаете, а живёте тоже на кладбище?

— Да, у меня домик небольшой, только он далековато стоит от этого места. На другом конце кладбища. Я понимаю, что вы хотите у меня спросить, слышал ли я крики, или ещё что-нибудь, только я следователю уже говорил, что нет, всё тихо было. Да и далековато получается, если бы и кричали, лес звуки глушит, мне и неслышно было.

— Ясно, ну тогда хорошо, — Денис снова повернулся к Кириллу, и они пошли к машине Кирилла.

— Так, я поеду тогда в город, кое-какие дела подниму, что-то мне кажется, что я, где-то с таким уже сталкивался. А ты в город поедешь? — спросил Кирилл.

— Нет, побуду пока здесь. Мне ещё кое-что проверить нужно. А ты поезжай, вот я тебе тут телефоны написал, куда звонить. Я у Степаныча остановился, он тут местный участковый, так что если нас в конторе не будет, звони ему домой, я написал тут, где домашний номер, а где служебный.

После того, как Кирилл уехал, Денис со Степанычем пошли к нему домой. Пришло время обедать.

— Я у вас вот что хотел спросить, а этот Прохоров, он давно работает?

 

— Нет, года три, наверное. Жил раньше в городе, работал, семья была у него. Жена, и двое ребятишек, только погибли они, вот он сюда к нам и переехал. Устроился смотрителем. Я даже думал, что не выдержит он долго. Ведь у смотрителя зарплата, сущие копейки, даже прожить на них нельзя, а он ничего, держится. К тому же люди наши местные, к нему хорошо относятся, он же за могилками смотрит, и приплачивают ему, кто деньгами, а кто продуктами. Добрый он человек, хороший. Всегда поможет, если его попросят, такой даже мухи не обидит.

***

И вот я снова в поисках. В груди горит, создатель мой говорит, что я мало делаю, что ленюсь, что без меня ему самому в этом мире порядка не навести. Я его правая рука, и должен выполнить свою миссию. Я видел сегодня её. Она клиентов снимала. Вот я и решил, что она следующая. Незачем так над своим телом измываться, тебе его Бог подарил, а ты этот храм уничтожаешь, значит, тебя очистить нужно. Он подошёл к тому месту, где она обычно стояла. Она уже собиралась уходить, когда он её окликнул.

— Ну, надо же, а я-то думала, что Вы брезгуете, такими как. Ну, пошли к тебе, что ли, раз приспичило, обслужу, по первому разряду.

От этих слов меня передёрнуло, но я улыбнулся, и мы пошли. Я ускорял шаг, потому что в груди нестерпимо болело, а она шла за мной и хихикала, видимо думала, что я её хочу очень. Знала бы она, что я её спаситель, что хочу очистить ёё тело и душу от скверны, то не смеялась бы.

***

После обеда, Денис позвонил Юрию Сергеевичу, поговорил с ним пару минут, а потом повесил трубку.

— Так Игорь Степанович, мне ехать нужно, самому просмотреть кое-какую информацию, да со следователем поговорить. На днях вернусь.

— Вы уж Денис найдите этого душегуба. Сами видите, мне тут одному не справиться.

Город встретил Дениса нестерпимой жарой. В посёлке, где он был в это время, было намного прохладнее. Первым делом, Денис заехал в архив, чтобы просмотреть кое-какие документы. В голове стали складываться пазлы, и он всё понял.

— Ну, надо же, кто бы мог подумать, — думал он, — А ведь такой милый человек, даже удивительно. Как раз на него то и не подумаешь.

 

Поговорив со следователем, и договорившись, что завтра они поедут в посёлок вместе, Денис поехал домой. Ему нужно было принять душ, и привести себя в порядок.

***

Создатель отвернулся от меня. Он не хочет больше со мной разговаривать. Только он не прав, и я ему это докажу. Он думал, что следующую жертву я очистил просто так, но это неправда, она была ещё хуже тех, кого я освободил до неё. Это была настоящая паучиха, и ей нельзя было жить среди людей. А я дал ей прощение. Только создатель её не принял, и я не понимаю почему. Я каждый день молился, и доказывал ему, что я прав, но он был глух, больше он со мной не разговаривал.

***

Рано утром, Денис с Кириллом были уже в посёлке. Степаныч напоил их чаем, внимательно выслушал, и схватился за голову.

— Да быть такого не может, Денис, Вы явно ошиблись, никогда не поверю.

— А придётся. Ладно, чего ждать, пойдёмте к нему.

Денис открыл дверь, и посмотрел на сидящего человека. Тот казалось, и не удивился их приходу.

— Прохоров Антон Васильевич, вы задержаны по подозрению в убийствах четырёх женщин.

— Да,это я их простил, но как …?

 

— Я вчера поднял Ваше дело, о той аварии, где погибли Ваша жена и дети. Вот тогда Вы и загорелись этой идеей — наказывать. Женщина, которая сидела за рулём той машины, которая выехала на встречную полосу, была стльно пьяна. Но она избежала наказания, потому что у неё был богатый покровитель. Но вы решили мстить, и насколько я понял, решили очищать мир, от таких людей как она, то есть пьяниц, и женщин лёгкого поведения, я прав? Только я одного понять не могу, почему вы убили Любовь Григорьевну, она то вроде нормальная женщина, работящая, к тому же сына- инвалида воспитывала, который по Вашей милости теперь в детдом попал.

— Она издевалась над ребёнком, я сам видел, как она его била. И я понял, таких на свете тоже не должно быть, и мир должен быть очищен от них. Только я ошибся, и создатель от меня после этого отвернулся. Только по этой причине вы меня и нашли, а если бы я этой ошибки не допустил, то вы бы даже не догадались.

Денис ничего не сказал. Он молча защёлкнул наручники, и вывел чистильщика на улицу.

Автор: Оксана З.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.89MB | MySQL:70 | 0,431sec