Новая невестка Зоя

Hовая девушка сына Валентине понравилась. Молодая, симпатичная. Приветливая, опять же. Всегда в хорошем настроении и с улыбкой. Даже сама Валентина иной раз на сына злая бывает — то машину в аварии помял, то крупную сумму на ерунду спустил… А Зоя нет. Всегда понимающая, только и слышно:

— Боречка, я все понимаю, ты не хотел. Видимо, важно это для тебя. Давай за твой кредит, который ты на кроссовки потратил, я заплачу. Работаю же…

 

А Валентина сама не своя. Думает, упустит Борис такую партию, потом приведет домой стервозу — мало Валентине не покажется. Вот у соседки снизу сын женился и жену домой привел. А потом оказалось: та на десять лет старше сына, да и ребенка имеет. Вот теперь они все и живут у Татьяны Михайловны, ждут не дождутся, когда та в мир иной отойдет, да квартиру свою им оставит. Потому Валентина сразу стала сыну намекать на возможность серьезных отношений с Зоей, чтобы создать ячейку общества.

— Чем тебе не жена? Симпатичная, кроткая. Молодая, опять же. Еще и денег не просит… — увещевала сына Валентина. — Если тебе мое мнение важно, то меня Зоя полностью устраивает.

— А где жить? Зоя снимает комнату с подругами, а мне и с тобой неплохо, — откусывая большой кусок пирога, пробормотал Борис. Сорокалетний мужчина имел за плечами один брак, в котором пробыл всего-то месяц, и тот был почти двадцать лет назад. Тогда новоиспечённая жена поставила вопрос ребром — или они начинают жить отдельно от Валентины Петровны, или она подает на развод. Разумеется, Борис выбрал маму, и поэтому бывшая жена отправилась восвояси. С тех пор прошло много лет, и в жизни мужчины появлялись одна за одной разные женщины. Но обычно до знакомства с мамой дело не доходило. Борис уже был небольшим начальником на своем заводе, имел неплохой автомобиль и солидную внешность, на которую неплохо клевали женщины. Но Валентина грезила о внуках, о чем не забывала напоминать сыну.

— Можете и у нас пожить, — кивнула на бывшую детскую комнату Валентина Петровна. — Квартира большая, не слишком и тесно у нас. Я останусь пока в своей комнате, а там посмотрим.

Смотреть пришлось недолго. Зоя переехала через неделю после этого разговора и почти сразу Борис вызвал мать на разговор.

— Мам, мы с Зоей не можем жить в комнате с окнами на север. Надо бы поменяться. Давай ты в маленькую комнату переедешь, а мы в твою.

— Чего это не можете? — приподняла брови Валентина. — Я всю жизнь в этой комнате живу.

— Зоя на выходных шьет на заказ, ей свет нужен. Опять же доход дополнительный… — неуверенно начал Борис. — Сейчас вот Зоя платье себе шьет. И кстати, я, по твоему совету, предложил ей расписаться.

— И?

— На пятнадцатое число назначили регистрацию.

— Свадьбу будете делать? Если рассчитываете на мою помощь, то увольте. Я и так пустила вас пожить, — пожала плечами Валентина Петровна.

Борис покачал головой.

— Зоя сказала, никакой свадьбы, только деньги переводить. И потом еще за кредиты платить… Деньги пока и так нужны, не до излишеств.

Валентина одобрительно кивнула. А потом подумала и согласилась переехать в маленькую комнату.

— В конце концов, — рассуждала она, — я в комнате только сплю. Основное время провожу или на кухне, или же в гостиной, за телевизором. Пусть уж молодые в солнечной комнате обживаются.

На том и порешили.

Зоя быстро обустроила семейное гнездышко по своему вкусу. Валентина ревностно поглядывала, как молодые снимают старые обои, меняют шторы с бежевых на ярко-красные и заносят огромный, похожий на чернильную кляксу, диван.

— А швейная машинка? — уточнила Валентина Петровна.

— Так она маленькая, ручная, — обезоруживающе улыбнулась Зоя. — В коробке лежит, в шкафу.

Валентина нахмурилась. Уж не обманула ли ее новоиспечённая невестка своими разговорами о швейном хобби — только лишь для того, чтобы переселить пожилую маму в крохотную угловую комнатушку с видом на мусорные баки? Но Зоя была так обходительна и мила, что все подозрения рассыпались сами собой.

 

— Я вам чай приготовила и кекс — купила, когда ехала с работы. С ежевикой, — продолжала улыбаться Зоя. — Вам, мама, в прошлый раз с ежевикой понравился, и я снова решила купить.

— Спасибо, дорогая, — растрогалась Валентина Петровна. — Ты мне скажи, вы с Борисом пополнение не планируете?

Зоя густо покраснела.

— Вы меня простите, конечно… Но тут дело такое. Неудобно и сказать…

— Что такое? — Валентина Петровна заподозрила, что у снохи проблемы со здоровьем. — Тебе же всего-то двадцать три.

Зоя, заикаясь и смущаясь. рассказала о своих опасениях, что при беременности ей придется ездить в область, ведь прописана она у родителей в деревне.

— Ах вот в чем дело! — расхохоталась Валентина Петровна. — Ну так это не проблема, ведь теперь мы одна семья. Завтра же пойду в ЖЭК и пропишу тебя в нашу квартиру.

Свои слова Валентина сдержала, и уже на следующий день на правах хозяйки оформила для снохи прописку в квартире. Зоя была так рада штампу с пропиской, что даже испекла для свекрови торт. Та, в свою очередь не могла нарадоваться благодарной невестке и постоянно делилась с соседкой снизу подробностями жизни с семьей сына.

— Да уж, не то что моя Лизка, — с завистью вздыхала Тамара Сергеевна. — Сначала лисой увивалась, а как только с Сашкой расписались, так и Володьку приволокла. Квартира то двухкомнатная, в одной Сашка с Лизкой, в другой Володька. А мне только и место, что на кухне.

— Не повезло, — сочувственно приобняла подругу Валентина. — Да только моя Зоя не такая. И готовит, и моет… Слова поперек мне не говорит. Только мама да мама. Прописала ее вот на днях у нас.

— Это ты зря, — покачала головой Тамара Сергеевна. — Я когда Лизку прописала, так она в край обнаглела. Уборку дома вообще прекратила, только по телефону с подружками своими трещит.

Но Валентина Петровна была уверена, это соседкин сын такой неразборчивый, а ее невестка не такая. Она еще и внуков ей нарожает, и в старости ноги мыть свекрови станет.

Через неделю после разговора с Тамарой Сергеевной к Валентине пришел сын.

— Мам, я к тебе с серьезным разговором.

— Что такое? — отложила вязание Валентина Петровна. В маленькой комнате было всегда темно и заниматься вязанием она была вынуждена на кухне, где больше света.

— Знаю. что у тебя деньги накоплены, может ты мне их дашь? Разумеется в долг! Хотим дом в деревне покупать. На ипотеку в городе все равно не хватит, а так — хоть воздух свежий. Тебе, в конце концов, не в коробке городской сидеть. А как дети пойдут — рядом речка, лес…. Красота. Что скажешь?

— И не знаю даже, — развела руками Валентина Петровна. — Я в деревню не очень хочу, мне и тут хорошо. Но раз надо денег, могу дать. Лежат ведь без дела.

Сказано — сделано. Получив от матери деньги, Борис незамедлительно поехал оформлять дом. Оказалось, молодые уже заранее присмотрели вариант, еще до разговора с Валентиной. И хотя той это было неприятно, ведь она думала, что тоже примет активное участие в выборе покупки, ничего поделать было нельзя.

 

— Ну ничего, может, там хороший домишка, — ворочаясь вечером на своей кровати в маленькой комнате, размышляла Валентина Петровна. — Может. и правда детей нарожает Зоя, да и переедут они в свою деревню. Я хоть тут одна поживу, совсем мне эта коммунальная квартира надоела.

Но мечтам не было суждено сбыться. Уже на следующий день, когда Борис ушел на работу, в двери позвонили. На пороге стояла незнакомая пожилая женщина, державшая за руку двоих детей. Еще один ребенок был увлечен тем, что рисовал на стене подъезда.

— Вы к кому? — опешила Валентина, решив что милостыню этой компании подавать не станет. — Мальчик, не рисуй на стене!

— Дак мы к Зое. Доча моя, Зоечка, у вас тут живет. А ты, выходит, сватья моя, — улыбнулась женщина.

— Это ко мне, — выбежав из своей комнаты крикнула Зоя. — Мама, заходите.

Гостья бесцеремонно отодвинула Валентину Петровну и ввалилась в прихожую, источая аромат немытого тела и сигарет.

— Это что это тут происходит? — только и смогла вымолвить Валентина, глядя, как трое незнакомых мальчишек скидывают грязные ботинки и наперегонки забегают на кухню.

— Это, Валентина Петровна, моя мама — Мария Анатольевна. Познакомьтесь, пожалуйста.

— А дети? Только не говори что твои, — оседая на пуфик, прошептала Валентина.

— Мои, — кивнула Зоя. — Петьку в пятнадцать родила, Ваську в шестнадцать, а Леньке всего три года. Раз так получилось, что я тут прописана, дети по закону должны быть со мной. Так что, Валентина Петровна, нужно будет потесниться. А маму я пригласила, чтобы она мне с детьми помогала. Вам, опять же, заботы меньше.

— Борис в курсе? — всхлипнула Валентина.

— Еще нет, — беззаботно встряхнула челкой Зоя. — Но, я уверена, он меня любит и все поймет. Про детей он знает, хоть и не про всех. Тем более, я тут прописана, а значит до совершеннолетия Леонида имею право жить. Если вам что-то не нравится, то можете переехать в Кудыкино.

— Чего?

— В Кудыкино, там у нас с Борисом дом. На меня , кстати, записан. По доброте душевной могу вас туда пустить пожить.

Валентина Петровна даже не нашлась, что сказать, и сказу же кинулась звонить Борису. К ее ужасу, сын все подтвердил — оказалось, он давно знал про детей, просто не хотел расстраивать маму. А что касается дома…

— Мам, ну это же в любом случае наше общее имущество. Мы же с Зоей семья. Кстати, ребят я планирую усыновить. Ты же хотела внуков — вот тебе сразу готовые, — пояснил Борис.

Обсуждение ситуации вечером на семейном совете результата не дало. Дети бегали и практически стояли на головах, свекровь постоянно что-то ела, без спросу доставая из холодильника, а Зоя улыбалась улыбкой победительницы. Борис же вообще только пожимал плечами и будто бы не видел проблемы в том, что мать переедет в деревню.

— Тебе там свежий воздух, а детям хоть тут нормальная школа рядом. Опять же не подумай, что мы тебя выгоняем…

— Таки выгоняете, — выразительно посмотрела Валентина на Марию Анатольевну, которая доедала купленную на днях палку домашней колбасы.

 

Целую неделю Валентина Петровна пыталась привыкнуть жить в этом дурдоме, но затем все-таки собрала чемоданы и со слезами на глазах покинула свое гнездышко. Домик в Кудыкино оказался не то чтобы развалюхой, но до квартиры с удобствами ему было ой как далеко. Поплакав, Валентина Петровна принялась за дело. Упорства ей было не занимать и потому она без посторонней помощи переклеила обои, повыкидывала кое-какую мебель и принялась облагораживать давно заброшенный участок. Спустя пару месяцев она и сама не заметила, как втянулась, а через полгода ее было нельзя отличить от деревенских жительниц. Валентина и сама удивлялась, но ей настолько понравилось жить в доме на земле, что она даже совсем перестала обижаться на Бориса и Зою.

— Да ты что, тут так хорошо, — по телефону рассказывала своей подружке, соседке снизу, Валентина Петровна. — Лес рядом, речка. Люди отзывчивые. А воздух, воздух какой! В общем, ни разу не пожалела, что поддалась на эту авантюру и переехала. А ты в гости приезжай, а лучше переезжай насовсем ко мне — вдвоем веселее, и работа спорится.

Автор: Татьяна Ш.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.99MB | MySQL:68 | 0,369sec