Отчим предложил отправить мальчика к бабушке в деревню.
— В смысле – к бабушке? – не поняла Оля. – Зачем?
— А чего тут непонятного? – недовольно спросил кавалер и добавил многообещающе. – Пусть едет! А мы с тобой поженимся и родим своего!
![](http://ladylike.su/wp-content/uploads/2024/07/Screenshot_122.png)
— Ну, почему, Костик? — Ольга Александровна умоляюще смотрела на своего любимого мужчину. – Разве у нас все так плохо?
— У нас с тобой – хорошо. А пащенок твой мне не нравится! – нагло произнес Константин Петрович.
И женщина и на этот раз промолчала, понимая, что этим предает своего мальчика, тринадцатилетнего Васю.
Наталья и Константин были в отношениях уже три года. И сегодня речь, в который раз, зашла о переезде мужчины на постоянное жительство к своей любимой Наталье, с которой он виделся регулярно.
И Костя опять отказал. И все – из-за Васи, который очень не нравился ухажеру матери. А такое случается очень часто, хотя считается, что чужих детей не бывает.
Ничего подобного – очень даже бывает! И причин для этого могло быть несколько.
Во-первых, банальная ревность, которую никто не отменял:
— Оказывается, Олька любит этого у.родца сильнее, чем меня!
Во-вторых, мальчик мог просто мешать двум взрослым людям заниматься тем, чем обычно занимаются любящие друг друга мужчина и женщина.
А, может, Вася напоминал Константину, что до него его Леля – он любил называть женщину этим «старорежимным» именем — так же сильно любила кого-то другого.
И подтверждением тому был плод той любви: большеголовый лопоухий Василек, как звала его любящая мама.
А возможно чувство неприязни было сложным и содержало в себе все три компонента. Но факт оставался фактом: не нравится и точка!
Жизнь Оли была проста и незатейлива. Она уже успела сходить замуж, развестись и одна воспитывала сына: незадавшийся муж сбежал через месяц после рождения ребенка.
И женщина осталась одна – мама жила в другом городе, точнее, поселке, и пока работала. А в стране уже цвел капитализм: без денег нельзя было ступить и шагу. Марли в обозримом пространстве не было, а на подгузники денег банально не хватало.
Оля крутилась, как муха на стекле. Помогать с малышом за символическую плату согласилась соседка – пенсионерка баба Зина, хорошо сохранившаяся старушка в трезвом уме и твердой памяти.
Она называла мальчика Васяткой и пела ему колыбельные про кисоньку, незаслуженно обиженную злым поваром: повар сливочки слизал и на кисоньку сказал.
И мальчик прекрасно засыпал под эти немудреные слова и уже стал улыбаться при появлении соседки. А первым его словом было, к сожалению, не мама, а баба: Олечка уже вышла на работу.
Это было, по словам бабы Зины, немого опрометчиво, но она согласилась тетешкаться с младенчиком подольше: Васятка рос спокойным мальчиком и практически не доставлял хлопот, как другие «оглашенные чадунюшки», как называла цветы жизни соседка.
К тому же, сбежавший муж неожиданно начал платить алименты. И стало полегче.
Помнится, был такой польский сериал «Совесть пробуждается» — про одного красавца-разведчика – Клосса: его показывали во времена махрового социализма, когда мы еще со всеми дружили.
И тогда все, не избалованные советские граждане, приникали к экранам: до чего же было интересно смотреть про этот самый процесс пробуждения, которому способствовал главный герой в исполнении харизматичного Станѝслава Микульского.
Возможно, и в случае с Олечкой, произошло подобное: проснулась та самая госпожа Совесть, которая, обычно, обнаруживает свое существование во второй половине жизни.
Но, так или иначе, с Божьей помощью и помощью соседки, Оле удалось выкарабкаться: она всегда интенсивно «била лапками», как лягушка, попавшая в банку со сливками и позже выбравшаяся из нее, встав на кусок взбитого масла.
Когда сыну исполнилось десять, женщина снова встретила свою любовь. Ей оказался симпатичный отставной военный, абсолютно свободный и без детей, хотя возраст кавалера перевалил за пятьдесят: Ольга была значительно моложе.
Они познакомились в супермаркете — в очереди на кассу: да, так прозаично. А потом он предложил ей донести покупки. И донес, что характерно.
А она пригласила его выпить кофе. Нет-нет – просто кофе, не вкладывая в это никакого постороннего смысла. К тому же, Васька оказался дома.
И Константину Петровичу – так звали нового знакомого – неожиданно понравилась довольно красивая, спокойная женщина и ее уютный дом: он понял, что пора прибиваться к берегу, хотя до этого служил в сухопутных войсках и морскими терминами не пользовался.
И они стали встречаться, а потом он стал регулярно заходить к Леле в гости и иногда оставался ночевать: в квартире было две комнаты.
Но неожиданно выяснилось, что Костя, привыкший хорошо отдавать и выполнять команды и маршировать на плацу, совершенно не умеет, не любит и не хочет выстраивать отношения. И это коснулось сына женщины – Васи: с ней-то у кавалера все было в порядке.
Мужчина, почему-то, невзлюбил мальчика, хотя тот отнесся к появлению в жизни мамы поклонника благосклонно и никаких претензий по этому поводу не высказывал, как сделало бы большинство других детей.
И на робкое и регулярно поступавшее предложение съехаться, исходившее исключительно от Лели, Константин всегда отвечал отказом:
-Не хочется пока, да и Васька твой меня раздражает.
Это больно задевало мать, но она не показывала виду: может, все устаканится? И, заискивающе глядя Косте в глаза, тихо смеялась над его шутками.
Да, мужчина считал, что у него выдающееся чувство юмора, которое он демонстрировал постоянно.
Вот и недавно у него появились свежие «шутки юмора»: известную ведущую одной из юмористических передач он обозвал Дубиной Реговицкой, а всем известного Феликса Эдмундовича — товарищем Жердинским.
И сам первый весело зареготал, как говорят в одной недружественной нам стране, вполне довольный произведенным впечатлением.
Ведь его смех трудно было назвать смехом – ржанием, реготанием, да, чем угодно: но к смеху это не имело никакого отношения.
Вообще, мамин кавалер очень напоминал половника Скалозуба. Но великое произведение проходили гораздо позже: Вася пока до этого не дорос.
А мама была согласна, на что угодно: готовить этому лбу вкусную еду, смеяться над скабрезностями и слушать гадости про Ваську – лишь бы Косточка оставался с ней.
И Косточка оставался с ней: так прошло три года.
Все шло по-прежнему: никто ни с кем не расписался. Кавалер часто приходил в гости и иногда оставался ночевать, показывая, что этим он делает великое одолжение:
— Видишь, на что я ради тебя иду! А, ведь, ты прекрасно знаешь, что мне не нравится твой Васька!
Да, погрустневшая Олечка это видела так ясно, что глазам становилось больно.
И тут в семье произошел аттракцион неслыханной щедрости: дядя Костя подарил Васе компьютер!
Конечно, не новый, и модель была устаревшей, но это был вполне работоспособный гаджет. И за это Константин Петрович удостоился уймы слов огромной благодарности.
А мальчик стал все вечера проводить в компьютере, пытаясь овладеть премудростями такой привлекательной сегодня виртуальной жизни.
На помощь взрослых рассчитывать не приходилось, потому что все оказалось очень печально.
К дяде Косте обращаться не хотелось, да он и не «волок» в компьютере.
Мама недавно пыталась заказать себе самостоятельно дебетовую карту одного банка, рекламируемую в интернете. И заказала, чем очень гордилась: у нее теперь будет хороший кэшбэк!
Но когда курьер доставил карту, неожиданно выяснилось, что в графе имя, вместо привычного «Ольга», красовалось, почему-то, Ольгат: мама нажала лишнюю кнопку.
И была сразу высмеяна дядей Костей, продемонстрировавшем свое ржание во все красе. Хотя, по уразумению Васи, Ольгат Александровна тоже звучало неплохо.
Поэтому мальчик раздобыл где-то две бумажные книги про соло на клавиатуре и комп для чайников и стал все вечера тренироваться. А еще записался в школьный кружок по овладению компьютерной грамотностью.
И дело потихоньку пошло: Вася мог уже относительно быстро печатать почти без ошибок – пальцы теперь не проскакивали мимо нужных кнопок, как раньше.
А потом потихоньку начал вести свой блог, который озаглавил «Мюсли и мысли»: Васятка рос очень неглупым и смекалистым.
И стал потихоньку радовать читателей простенькими текстами, озаглавливая их по временам года: мы после зимы, сны на исходе весны и всякое такое. А еще – что же произошло летом? Позже напишу и об этом!
И у мальчика неожиданно стали появляться подписчики! Гордости и радости его не было предела.
Оля как-то случайно увидела все это и просто поразилась: ей все показалось довольно интересным! А ведь сыну недавно исполнилось только тринадцать.
А потом совершенно неожиданно, когда они отдыхали после л.юб..овных ут.ех, Костя, на этот раз оставшийся ночевать, предложил отправить мальчика к бабушке в деревню: в деревню к бабке, в глушь, в Саратов – почти по классике. Да, опять великий Грибоедов!
— В смысле – к бабушке? – не поняла Оля. – Зачем?
— А чего тут непонятного? – недовольно спросил кавалер и добавил многообещающе. – Пусть едет! А мы с тобой поженимся и родим своего!
«А этот разве не мой?» – мелькнуло в Олиной голове, но радужная перспектива затуманила ее мозги: они поженятся! Наконец-то сбудется ее мечта!
А как же Васька? Ведь у мамы там даже газа не было – все готовили на электроплитке. И что там будет делать городской подросток, впервые появившийся в компании деревенских? Как бы его не запинали…
Но уже было ясно, что царский подарок Константином Петровичем был сделан не просто так, а в качестве подкупа мальчика: так будет его легче уговорить.
А если откажется – все придется отобрать. И это тоже сообщил как бы, между прочим, бравый военный.
— Ты меня хочешь послать к бабушке Лизе в деревню? – спросил за ужином сын в день, когда дядя Костя не пришел.
И мама смущенно отвела глаза: значит, правда!
Ведь мальчик все видел и понимал: он очень сильно раздражал этого чужого дядьку. Но он также видел мамины счастливые глаза. Значит, придется ехать к бабушке, которую он видел всего один раз в жизни.
Хорошо, хоть компьютер можно будет взять с собой! Ведь у него теперь был блог, который занимал все его мысли. Только бы там был интернет…
— Ну, что ты надумала? – спросил во время очередного визита мужчина. – Когда будем отправлять любимого внучка к бабуле? Она, наверное, ждет на дождется! — и добавил: — Даю на размышление два дня – в среду приду за ответом. Ну, или за компьютером!
И весело заржал, довольный своей очередной шуткой.
И Оля решилась. Для этого пришлось тщательно проштудировать все по следующему вопросу: что делать, если залил клавиатуру.
Точнее, особое внимание было уделено самому процессу залития или залива – какая разница! – клавиатуры так, чтобы уж наверняка.
И это женщине удалось: кто хочет, тот добьется. А она очень этого хотела: поэтому, «клава» перестала работать. Ах, какая неожиданная незадача! И кто бы мог подумать!
Компьютер был заранее отсоединен от сети и находился в состоянии полной боевой готовности.
— Ну, что? — спросил Косточка, заранее уверенный в ответе: куда ей деваться с подводной лодки!
— Я решила, что Василек останется со мной! – спокойно ответила женщина, хотя ей хотелось кричать.
— Как это – останется? – изумился кавалер. – Ты понимаешь, какую кашу ты завариваешь?
— Ничего – расхлебаю!
— А ты, …, не думай, что я тебе все это оставлю! – вдруг заорал бравый военный, глядя на Ваську: дело происходило в его присутствии.
— А ну вали отсюда со своим барахлом, мер.зо̀та, — четко и тихо произнесла обычно тихая мама Оля. И добавила: — Подумаешь, благодетель нашелся!
И мужчина остолбенел: его, как говорила баба Зина, взяла оторопь. Ведь от мамы с сыном ожидалось совсем не этого, а прилетело это.
Тут, конечно же, сработал эффект неожиданности. К тому же, Костя не думал, что дело зайдет так далеко.
А еще произошедшее сулило много неприятных моментов — нужно было тащить компьютер обратно, а это в планы кавалера не входило: ведь ему было хорошо с Лелечкой!
Женщина не была избалована мужским вниманием и не требовала больших затрат из-за гордости и самодостаточности. Она была хорошей хозяйкой и полностью устраивала его в пос.тели.
Если честно, то и Васька ему не слишком мешал. Но мужчине нравилось смотреть, как ему во всем пытаются угодить, часто переступая через собственные принципы. И в такие моменты он чувствовал себя господином: ведь власть, все еще, считается одним из самых сильных н@р…котиков.
И кавалер, бросая взгляды на Олю – неужели она это допустит? – вызвал такси, собрал вещи и убыл к себе, в комнату большой и недружной коммуналки. Где, по-прежнему, выдавливали зубную пасту в чайник, стригли в суп зубные щетки и мылись чужим мылом, испытывая при этом чувство глубокого удовлетворения.
А после его отъезда Оля обнаружила, что из шкатулки исчезло колечко, подаренное Косточкой на Новый год.
— Вот ж.лоб, — заплакала женщина: кольца было жалко, хотя она его пока не носила.
Когда-то Оля прочитала, что жемчуг может принести слезы, поэтому его лучше носить в паре с серьгами или подвеской.
Но пары к кольцу и не оказалось, а неприятностей у нее и так было предостаточно.
Поэтому, кольцо в шкатулке дожидалось своего часа: предполагалось, что на этот Новый год она получит к нему что-то подходящее.
А слезы жемчуг, все-таки, принес. Вот и не верь после этого приметам!
Но еще, к своему удивлению, Оля поняла, что ей жалко только кольца. Чего нельзя было сказать по отношению к кавалеру: после его ухода женщине стало значительно легче и комфортнее.
Так бывает, когда в доме стоит покой.ник – твой любимый человек. И это – очень тяжело.
Сейчас этого практически нет – сервис ритуальных служб достиг невиданных высот. Но раньше случалось повсеместно.
И когда гр.об вынесут, оставшиеся люди испытают неожиданное облегчение, за которое им может быть даже стыдно: наконец-то все это закончилось!
Так получилось и с Олей, которая после ухода любимого, стала, напевая, лепить пельмени.
Лишившийся любимого гаджета расстроенный Васька впервые отказался ей помогать, хотя раньше делал это с удовольствием. Но потом, все же, умял тарелочку маминой вкуснотищи.
А назавтра к ним доставили новенький компьютер: ведь блог сына нужно было постоянно поддерживать новыми интересными текстами.
— А ты этот компьютер купила на свои деньги? – осторожно поинтересовался Вася.
— Конечно, сынок.
— Значит, его никто у нас не отберет?
— Никто, Василек.
— А дядя Костя ушел навсегда?
— Думаю, да.
— Ты только не переживай, мам. Я стану блогером и заработаю тебе на такое же кольцо. Даже лучше!
Как же она не заметила, что ее мальчик вырос! И душу женщины залила радость.
А, ведь, она уже почти собиралась лишиться этой радости. Но не было бы счастья, да несчастье помогло, как говорится.
Но несчастье – это, вовсе не горе: это просто временное отсутствие счастья.
И оно у них обязательно будет. К тому же то кольцо, говоря честно, ей не очень-то и нравилось.
Автор: Ольга Ольгина