Про старушку

— Что вы делаете?! — возмутилась Вика.

— Это надо выкинуть! Это мусор! — заявила старушка.

— Да отдайте, же! — женщина, наконец, вырвала из рук агрессивной старушки пакет с вещами и понесла его подальше от того места.

«Сумасшедшая, — думала про неё Вика, идя по дорожке. — Жалко же вещи! Хорошо, что я вовремя заметила!»

 

У Вики недавно не стало мамы. Горячо любимой мамы. Было очень тяжело, но вот спустя несколько месяцев Вика смогла находиться в доме матери без слёз и стала потихоньку там наводить порядок, потому что квартиру скоро нужно было продавать.

Она приходила примерно раз в неделю и прибиралась там, освобождала шкафы, складывала вещи. Что-то выкидывала, что-то оставляла.

Мама Вики была модницей! Она очень любила красиво одеваться, следила за тенденциями, несмотря на свой почтенный возраст. Одни шарфики и шейные платочки занимали в её комоде целый ящик. Блузки, нарядные платья, шуба, вполне добротная, кожаное пальто, разноцветные сумочки. Некоторые вещи, более дорогие, Вика выставила на продажу в интернете за чисто символическую сумму. А остальные просто аккуратно сложила в пакет и вынесла на помойку. Она всегда так делала и со своими вещами, которые были не нужны.

Вика была бы рада тому, что кто-то вещи возьмёт, и они пригодятся. Есть же нуждающиеся люди! Однажды она сама, чего греха таить, взяла так же около мусорного бака пакет с детским зимним комбинезоном для своей маленькой дочки. Денег тогда не было совсем (кризис, оба, и Вика, и муж потеряли работу) и эта «находка» пришлась очень кстати. Комбинезон был в хорошем состоянии, чистый и красивый. Вика до сих пор благодарна тому, кто оставил его для нуждающихся.

Теперь же с деньгами у неё было всё хорошо. Они с мужем работали, хорошо зарабатывали и могли себе позволить купить всё, что необходимо…

Словом, собрала Вика мамины нарядные блузки в пакет, вынесла и поставила около контейнера. Только отошла на пару шагов, зачем-то обернулась и увидела, как старушка, крепко уцепив только что поставленный пакет, размахнулась, чтобы закинуть его в мусорный контейнер. Вика в два прыжка подскочила и «отвоевала» мамины вещи. Она отнесла их на другую помойку и снова поставила около контейнера. Жалко же! Вещи почти новые!

Ту старушку она знала. Некая помешанная на чистоте и порядке дама-активистка. Мама, когда была ещё жива, про неё рассказывала, да Вика и сама не раз видела, (когда приходила к маме в гости) как та «выносила мозг» разным рабочим: дворникам, строителям дорог и прочим людям. Самостоятельно выдвинув себя на должность начальника по благоустройству «дворовой территории» она чувствовала своё превосходство над ними.

— Это что такое? Что это?! Я вас спрашиваю! — старушка «прицепилась» к рабочему, занимающимся стрижкой газона около подъезда. Шум газонокосилки и наушники в его ушах помешали ему с первого раза услышать пожилую даму. А та продолжила:

— Травка молодая, только вылезла, а вы её уже стрижёте, ироды! Уходи отсюда, уходи!

 

Бабуся схватила, лежащую на дорожке метлу и стала угрожающе надвигаться на мужчину газонокосильщика, который от неожиданности попятился и выключил инструмент. Тут подошёл другой рабочий, аккуратно и невозмутимо взял метлу из рук старушки и принялся подметать дорожку, не обращая на неё внимания. Газонокосилка тоже снова заработала.

— Я это так не оставлю! Я позвоню сейчас вашему начальству! — зло заявила старушка, пытаясь перекричать шум, и зашагала прочь.

Но тут же остановилась, потому что увидела, как посаженный ею накануне куст рядом с лавочкой во дворе «сидит как-то не так».

— Кто трогал куст?! — тут же закричала она, злобно озираясь. — Опять те мальчишки, наверняка, которые тут весь день вчера на велосипедах носились?! Ну, я им!… Кто окурков в клумбу накидал и мусор? Лилейник же погибнет! Ах, потому что урны около лавочки нет?! Так специально не поставили, я запретила! Чтобы не сидели тут и не мусорили! Ах, логики нет?! Да я покажу вам логику, умники! А ещё мать называется! С коляской! А дети сидят и слушают, как не стыдно!

…Дел у старушки было много. Поругавшись с отдыхающими во дворе людьми, а потом с дворником, она отчитала мужчину, который занимался вывозом мусора. Потом «на орехи» досталось рабочим, которые приехали на специальной машине спиливать ветки деревьев перед окнами многоквартирного дома. Бабуся стояла с ними рядом, как вкопанная, раздавая указания, и не ушла до тех пор, пока они не уехали. Следом она направилась посмотреть, как идут работы по сооружению сквера. Небольшую территорию оградили заборчиком, на котором было написано «скоро здесь станет комфортнее».

— Тут уже комфортно! И без них! — проворчала старушка, направляясь к месту строительства. Заборчик ей был не помеха, она его легко отодвинула. — Сейчас напортят, вековые деревья вырубят, знаю я их…

Старушка достала телефон и принялась тщательно фотографировать деревья, готовя «материал» для своей будущей жалобы. Ведь она, среди прочих заслуг, носила почётное звание «самого активного гражданина города». И в этом не было ничего удивительного, ведь активность измерялась количеством жалоб…

Вика грустно вздохнула, взглянув на то, как активная старушка снова кого-то отчитывала, вышла из подъезда дома и направилась домой. По дороге она всё думала о том, как та чуть не выкинула вещи мамы. Стало очень грустно. И тоска по ушедшей матери снова «накрыла» Викторию. Даже слёзы выступили. Она остановилась, достала из сумочки зеркальце и аккуратно промокнула глаза салфеткой.

 

Уже подходя ближе к своему дому Вика, увидев вывеску знакомой кофейни, вдруг вспомнила другой случай, про другую старушку. И тепло улыбнулась. Настроение улучшилось.

…Однажды они вдвоём с пятилетней дочерью гуляли на улице. Сначала они прошлись по дорожке, где чинно прогуливались пожилые люди, а так же мамы с колясками, потом зашли на детскую площадку, где дочь Вики немного покачалась на качелях, потом опять прошлись по дорожкам.

Проходя мимо кофейни, Вика решила купить себе горячий кофе. Стояла поздняя весна, однако было прохладно, и она немного озябла. С кофе в руках Вика с дочкой снова вернулись на детскую площадку. Малышка уселась на качели, а Вика села на лавочку, допивать ароматный напиток. Тут к лавочке медленным шагом, опираясь на палочку, подошла опрятная старенькая бабушка.

— Можно присесть с вами рядом? — спросила она.

— Конечно! — улыбнулась Вика. От кофе она согрелась.

Бабушка аккуратно села на лавочку и вытянула уставшие ноги. А палочку поставила рядом. Палочкой ей служила лыжная палка.

Вика осторожно, чтобы не смущать, краем глаза разглядывала пожилую женщину. На ней было яркое весеннее пальто с цветами: маками, ирисами. Вика подумала о том, что эта бабушка тоже модная, как и её мама. Правда обувь к своему наряду мама обычно подбирала модельную (хоть с больными ногами это и было нелегко), а у этой бабушки на ножках красовались удобные разношенные кроссовки.

Посмотрев на них Вика улыбнулась уголками губ. Она подумала, о том, что было бы интересно узнать, купила ли эти кроссовки бабушка сама, либо ей отдала их дочь, или даже внучка? А может, у неё нет никого, и она заказала их, воспользовавшись приложением одного из известных маркетплейсов? Ведь там можно найти вещи на любой кошелёк. И современные бабушки очень ловко управляются, и с компьютерами, и с телефонами, и с интернетом.

Почему то от этой бабушки веяло таким уютом и теплом, что хотелось её обнять. Вот просто взять и обнять. Или даже что-нибудь подарить ей, чтобы она улыбнулась.

«Сирень! — подумала Вика. — Вон там расцвела роскошная сирень под окнами дома, но… Не рвать же у всех на виду? Стыдно как-то и боязно. Может и тут есть такая активистка, как та, что около маминого дома командует? Такая раскричится так, что весь дом «на уши» поднимет. Стыдить начнёт, а то и в драку полезет…»

Вику вывел из задумчивости лай маленькой собачки, которую хозяин вел на прогулку, идя мимо по дорожке. Женщина посмотрела на сидящую рядом бабушку и подумала о том, как бы она обрадовалась веточке сирени…

 

«— Это вам, — сказала бы Вика и протянула бы благоухающую веточку.

— Ой, — растерялась бы бабушка. — Спасибо! Очень приятно. Приду и поставлю в вазочку. Я очень люблю сирень…»

И тогда уж точно можно было бы обнять эту уютную старушку. А она бы прослезилась наверное… Только зря. Не стоит плакать. Всё же хорошо!

Вика снова посмотрела на бабушку. Она сидела с умиротворённым видом, о чем-то задумавшись, и глядела, то на детей, гуляющих на площадке, то на дорожку. Лицо её было всё в морщинах. «Наверное, лет девяносто есть», — подумала Вика. И снова загрустила по своей маме.

Тут Викина дочка накаталась на качелях, слезла с них и подошла к матери.

— Пойдём домой, — сказала девочка.

— Пойдём, — улыбнулась Вика и встала с лавочки.

— До свидания, — сказала она бабушке, немного замявшись, всё ещё испытывая желание её обнять.

— До свидания, — ответила бабушка.

Вике показалось, что старушка хотела что-то сказать ещё, или может даже спросить, но передумала.

Так и пошли они по дорожке домой. Дойдя до середины, Вика обернулась и увидела, что бабушка всё ещё на них смотрит. Словно не решаясь расстаться с ними.

Всю дорогу Вика думала, отчего так бывает, что возникает тепло к совсем незнакомому человеку? И почему мы часто не решаемся проявить добрые чувства в чей-то адрес? Зато злые проявляем с большой охотой. Как та дама-активистка…

Жанна Шинелева

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.89MB | MySQL:68 | 0,390sec